Кристиан Бэд – Кай из рода красных драконов 3 (страница 42)

— Все на месте! — отрапортовал Багай, когда парни встали в пары как для занятий фехтованием. — Так мы и стояли утром. Этими же парами.

— Ну, тогда там — чужаки! — подытожил Айнур, указывая на дым. — Это ловушка! Нас хотят выманить в лес ночью! Нужно занять оборону в лагере!

— Слишком глупая ловушка, — не согласился Майман.

— К оружию! — крикнул Айнур, не желая тратить время на разговоры.

Его воины ещё не поняли, что там за дым. Занимались, чем было приказано. И только теперь побежали к костру.

— Подожди, — поднял ладонь Ичин. — Пересчитай-ка ещё своих людей!

— Почему моих? — так и взвился Айнур. — Знаки ваши — дикар… то есть волчьи! Мои люди не знают эти ваши дымы!

— Тот, кто подаёт знаки, плохо знаком с ними, — пояснил Ичин. — Любой из моих воинов сделал бы иначе. Он не пожалел бы рубахи, чтобы полностью накрывать костёр и прекращать дым. Выпускал бы его нужными порциями. И мы бы сразу прочли по дыму, что происходит.

— И что? — продолжал яриться Айнур. — Люди-то мои здесь при чём?

— А при том, что у костра люди, которые видели, как нужно подавать сигналы, но не всё запомнили или не нарастили умения.

— Или вайгальцы! — не согласился Айнур.

— Или кто-то из твоих воинов. Кто родом из волков, барсов или медведей, но видел такие сигналы очень давно.

Ичин был спокоен и говорил размеренно. Но Айнур замотал головой, как бык.

— Мои люди!.. — начал он. — Они все посланы по делам! Им нет смысла жечь костры в лесу и накрывать их рубахой!..

— А где мальчик, которого я перевязывала сегодня? — спросила вдруг Шасти. Она поднялась от костра и подошла ко мне. — Где тот, которого ранили стрелой? Кима?

Глава 22

Болото

К болоту мы отправились ночью. С заготовленными, но пока не зажжёнными факелами. Волков вели в поводу: летать в темноте, к сожалению, был способен, только Бурка.

Почему мы вышли так поздно? Так Айнура ещё надо было успокоить. Узнав, что пропал Кима, пацан лет тринадцати, тихий, упорный и отмороженный на полголовы, а с ним Эльдэ, сын Чиена — наш предводитель просто взбесился.

Требовал от Шасти срочно уничтожить «глаз колдуна», чтобы лишить магов терия Вердена возможности проследить за нами с помощью «проклятого камня». И не надо, мол, врать, что это невозможно! И вообще наши парни просто не могли пойти на болото — это хитрая засада и попытка нас выманить! (Зачем и куда нас надо выманивать, Айнур и сам не понимал, но кто бы сумел ему это объяснить?)

Если бы не шаманы, предводителя пришлось бы вязать. Частично он был прав — чёрные колдовские камни и в самом деле были вражеским оружием и глазами колдунов. Не стоило их использовать.

Шасти кивала, но только разводила руками. Она не смогла придумать другой ловушки. А времени ждать у нас не было. Что если шпион снова выманит тварей из болота?

Эликсир правды из мозга ютпы мог бы помочь, но он ещё только зрел в одном из горшков. А вот простенькую ловушку «на крови» удалось создать с помощью одного только «глаза».

— Я использовала не сам камень, а амулет на его основе, — оправдывалась Шасти. — Нанесла на кожу охранные знаки. — «Глаз» должен теперь работать только мостом между кровью и заклинанием огненной ловушки. Никакой колдун не сможет отследить такую слабую магию.

— А что это за ловушка? — спросил я, чтобы перебить стенания Айнура.

Сколько можно уже орать?

— Ютпу вызывают с помощью магии и жертвенной крови, — начала объяснять Шасти, и наш предводитель заткнулся, чтобы послушать.

Колдуны не очень-то делятся своими секретами.

— Магия создаёт ворота в преисподнюю, а кровь открывает их, — продолжала Шасти. — Я не могла запретить шпиону применить на болоте магию. Не могла запереть путь в подземный мир Эрлика так, чтобы никто не смог создать там ворота. Я слишком слаба для этого. А вот отследить появление крови на этих воротах, когда они уже созданы, не так уж и сложно. Кровь — это как стук, как просьба воротам открыться, как сигнал тварям из бездны. На «звук» этого сигнала я и установила ловушку. Тот, кто попытался бы открыть ворота, вызвать из преисподней ютпу, пролив на болоте человеческую кровь, попал бы в капкан из демонического огня. Суть такого огня копится в колдовском «глазе», когда он зреет. Чёрный камень кормится, использует душу человека — как топливо. Она — его дрова. И теперь попавший в ловушку — снова горит, как жертва чёрному камню. Нам нужно спешить, пока колдун, попытавшийся вызвать ютпу, не выгорел весь дотла!

Айнур грозно сопел, но выслушал пояснения до конца.

А потом шаманы взяли его в оборот, доказывая опасность существования открытых ворот между нашим миром и преисподней.

Раз шпион уже пролил кровь, и ловушка сработала — значит, созданы и открыты ворота. И нужно спешить, чтобы их уничтожить.

Дедушка Тин велел выдвигаться сразу же после заката, чтобы полночь застала нас на болоте, так он сказал. Ну и мы пошли.

Шли малой группой: Айнур (он был слишком зол, чтобы не возглавить ночную экспедицию), Ичин (Майман остался защищать лагерь), все три шамана, Шасти, полдюжины волков и барсов со своими крылатыми зверями — те, кому уже приходилось сражаться с тварями. Ну и мы с Чиеном.

Людей Айнура Ичин, шаман рода барса и военачальник, отказался брать в ночной лес. Он не верил, что «городские» воины способны сражаться при свете луны и факелов. Не верил, что они не погибнут по одной своей неумелости. И Айнур уступил.

Ичин был старше, опытнее, сильнее духом. Теперь я понимал, чего ему стоило справляться с раной, которая каждый день по чуть-чуть превращала его в демона.

Выздоровевший Ичин был не человеком — скалой. Он умел настоять на своём без крика и шума. И сейчас я видел: чем сильнее сгущались над нами тучи, тем решительнее становился предводитель барсов.

Майман тут же уступил ему руководство, оставшись в лагере. Они уже сражались бок о бок и знали, кто из них чего стоит. Айнур сначала пытался настаивать на своём, но кто бы его слушал?

К тому же воинов у Ичина с Майманом было теперь побольше, чем у ближника правителя.

Я тоже не спорил. Малой группой было легче отступить, если на болоте и вправду зверствуют ютпы.

Можно было и вовсе не брать тех, кто не владел силой, способной противостоять порождениям Эрлика. Но если сработала ловушка, а ютп вылезло не так уж и много, то и воины, и крылатые волки нам пригодятся, чтобы увезти потом раненых и трофеи.

Да, мы уже вкусили соблазна продать яд и прикупить на вайгальские монеты оружие. И потому нагрузили двух волков пустыми горшками. Изъяли у Шонка здоровенные глиняные посудины, похожие на амфоры — толстяк хранил в них ячмень, чтобы мыши в лесу не слопали.

К сожалению, больше горшков у нас не было, а бурдюки под яд не годились.

Правда, Незур так и не вернулся из города. Но вайгальский воин был под печатью, а значит, предать нас не мог. Только подраться и угодить в специальную юрту-тюрьму или запить с радости.

Я решил послать утром в город Лойчена или Багая, чтобы прошлись по палаткам, где продают араку, нашли Незура и напомнили ему, что дома ждут сильно, и если не вернётся — по шее надают ещё сильнее.

В общем, Ичин сам отобрал людей, которые пойдут с нами ночью к болоту. И я промолчал из жадности. Хотя брать с собой тех, кто не мог противостоять тварям, мне вообще не хотелось.

Но сильнее всего меня напрягало то, что и Шасти никак нельзя было оставить в лагере. Ловушку-то ставила она. И я здорово нервничал. А потому шёл в середине нашего маленького отряда и крепко держал жену за руку.

Слушал, как шуршит под ногами Айнура трава, как фыркают в темноте волки, которым очень не нравилась вся эта затея, как вздыхает над ухом идущий рядом Чиен.

Чиен сначала не заинтересовался экспедицией. Но когда я вспомнил, что видел Киму, уходящим в лес вместе с Эльдэ, он молча потащился за нами. Ичин только кивнул — кто в такой ситуации откажется от третьего драконьего меча?

Ну, да, конечно. С одной стороны Чиен — это драконий меч и опыт сражения с ютпами, с другой — параноик, истероид и шизик в одном флаконе. Если все эти «трое» взбесятся разом вместе с Айнуром…

Хорошо хоть шаманы были жизнерадостными дедушками. Глаза отдыхали на их улыбчивых лицах, пока мы собирались в рейд. Теперь же я дедков не видел вообще: они скользили по лесу тише воды, ниже травы.

С Багая я взял клятву, что старшие за нами не пойдут. Не знал, сработает ли? Проще с демона взять клятву, чем с пацана, которого пилит тупой пилой любопытство. Но пришлось поверить на слово.

Айнур, идущий во главе отряда, остановился и поднял руку. Впереди показались тени наших разведчиков — два волка Маймана шли по тропе впереди нас. Это были самые опытные охотники.

— Слишком тихо, — чуть слышно прошелестел один из них. — Будьте настороже.

В лесу действительно было непривычно тихо — даже птицы не орали.

И чем ближе мы подходили к болоту, тем тревожнее нам делалось. «Неужели там опять вылезли эти мерзкие твари?» — думал я, покрепче перехватывая руку Шасти.

Ну да, моя жена — ведьма, она фигачит молниями. Но она маленькая совсем. Мало ли что с ней может случиться?

И ведь ближе неё сейчас у меня в этом мире никого нет. Но надо было потащить Шасти с собой на болото, чтобы эта простая мысль меня осенила.

Ичин был замыкающим, но сейчас подошёл к Айнуру.

— Ждём здесь, — приказал он негромко и пояснил. — Дымом пахнет.