Кристи Оуэнс – Нарушенный кодекс моего ликвидатора (страница 2)

—Что это? – пробормотал заказчик, начав листать файлы. Его лицо постепенно темнело. – Она… Она расследует все связанные дела…

Ричард стоял неподвижно. Свет из окна падал на его лицо, и в этот момент он действительно был похож на ангела. Его неестественно белые волосы, благородные черты лица, будто высеченные из мрамора… И этот шрам – неровная белая полоса, пересекавшая левый глаз. Казалось, Сам Бог провел черту, отвернувшись от своего творения. Глаз под шрамом был мутным и неподвижным – вечное напоминание о наказании.

– Кажется, у нас появилась новая цель, – заказчик откинулся в кресле, его пальцы сомкнулись. – Эмили Вашингтон. Она соединяет слишком много фактов. Слишком опасна.

Ричард не двинулся, но в его единственном зрячем глазу что-то мелькнуло.

—Я не возьму этот заказ.

Тишина повисла густая и тяжёлая. Заказчик медленно поднялся.

—Объясни.

– Она не представляет реальной угрозы вашему проекту.

– Она разгадала твой метод! – мужчина ударил ладонью по столу. – За несколько часов!

Ричард стоял, как изваяние. Его разум, всегда ясный и холодный, вдруг отказался выдавать логичные аргументы. Внутри что-то перевернулось – странное, тёплое и совершенно незнакомое чувство.

«– Её смерть привлечёт внимание», – произнёс он, и даже сам услышал слабость этого аргумента.

Заказчик смерил его взглядом, затем медленно кивнул:

—Хорошо. Я передам заказ другим.

Эти слова прозвучали как приговор. Ричард почувствовал, как холодная волна прошла по его спине. Теперь на Эмили охотились не только он.

– Они не справятся так чисто, – попытался он возразить.

– Это уже не твоя забота, – заказчик сделал паузу. – Или… ты хочешь её защитить?

Ричард молчал. Он и сам не понимал, что происходило. Лишь образ её зелёных глаз преследовал его, и мысль о её гибели вызывала тошноту. "Мой изумрудик…" – неожиданно пронеслось в голове.

"Изумрудик… Да, это подходит ей. Её глаза – как те редкие изумруды, что хранят в себе всю глубину мира. Холодные, но полные скрытого огня. Бесценные…"

Он вышел, не прощаясь. Спускаясь на лифте, Ричард поймал своё отражение в полированных стенах. Ангел…падший с мёртвым глазом. Существо, от которого отвернулось небо. И где-то в глубине его ледяной души зародилось нечто странное, тёплое и опасное.

Теперь ему предстояло не просто наблюдать за Эмили. Ему нужно было опередить других охотников. Защитить ту, чьи глаза напоминали ему самые редкие и прекрасные изумруды, что он когда-либо видел. Спасти ту, что невольно стала единственным светом в его вечной ночи.

Глава 2. Перемена караула.

Утро в стальном чреве Манхэттена ворвалось в кабинет, словно ледяной кинжал. Оно было таким же безжалостным и резким, как голос Эмили Вашингтон, сорвавшийся с телефонной трубки. Она возникла в детективном бюро «Гарднер и Сыновья» на полчаса раньше, словно тень, бегущая впереди рассвета. Её деловой костюм, выкованный из графитовых сумерек, сидел безупречно, а волосы цвета воронова крыла, туго стянутые в узел, казались непробиваемой броней. Единственным бунтом против этой монохромной строгости были глаза – два изумрудных метеора, в которых сейчас бушевал неутолимый пожар аналитического голода.

Офис, купавшийся в янтарном утреннем свете, представлялся обманчивым оазисом тишины перед надвигающейся бурей. Но Эмили не искала мира в этом каменном лабиринте, и он, как назло, не предлагал его.

– Вашингтон, доброе утро, – голос Лэндона, хоть и ровный, звучал как натянутая струна, выдавая скрытую под спудом нервозность.

Эдриан Лэндон, детектив-менеджер, восседал на вершине карьерной пирамиды, будучи ее непосредственным начальником. В свои тридцать с хвостиком он являл собой образец подтянутой, строгой фигуры, с обликом, обманчиво скрывающим его фактический возраст. Этот голубоглазый блондин со взглядом из закалённой стали выглядел моложе, но его умение лавировать в пучине самых запутанных дел внушало Эмили неподдельное уважение.

– Лэндон, – одними губами выдохнула Эмили, словно пароль, бросая на стол папку с отчетом, детально препарирующим ночное убийство.

– Просмотрел твой предварительный вердикт. Филигранная работа, и ты права, – киллер экстра-класса. Но вот тут, – Лэндон провел пальцем по непокорной белокурой пряди, упавшей на лоб, словно сбившийся прицел, – "профессионал хотел, чтобы жертва молчала". Ты уверена, что дело только в молчании, а не в крике души?

Эмили скрестила руки на груди, ощетинившись, словно еж. Защитная поза не укрыла впрочем уязвимые места. – Мы не обнаружили ни единого признака борьбы. Жертва, некто Джеймс Томпсон, так и не допил свой коньяк. Не было ни страха, ни предчувствия. Он просто застыл, словно муха в янтаре. Яд или паралитический агент. Киллер пришёл за чем-то, и он это забрал. Считаю, что это не просто убийство, а выверенное устранение информационного канала. Он пришел за тишиной, а не за агонией.

– А что, если он просто хотел продемонстрировать своё могущество? – стальные озера глаз Лэндона сверлили ее насквозь. – Показать, что способен войти и выйти, не оставив следа, кроме могильного холода. Ритуал, как ты выражаешься. Похоже на послание, Эмили. Кровавую визитную карточку.

– Согласна, есть в этом элемент демонстрации. Но если это весть, то адресована она нам. Мы имеем дело с машиной смерти, но машины не пишут стихи. Они послушно выполняют программу, – ее голос звучал холодно и безупречно, словно отточенный алгоритм. – Мой анализ остается прежним: заказ, исполненный с хирургической точностью, где скальпель безжалостен, а шов невидим.

Лэндон шумно выдохнул, но в глазах плясали искорки восхищения. Он осознавал, что Эмили – его самый ценный актив, и ценил ее мнение превыше всего остального.

– Ты гений, Вашингтон. Живой компьютер, – твои дедуктивные способности заменяют мне дюжину агентов-недоучек. Я уважаю твой расчет больше, чем отчет экспертов. Но давай пока оставим след «послания» для полевых псов. Твоя голова должна генерировать новые гипотезы, а не тонуть в трясине деталей.

– Принято, – Эмили смиренно приняла его директиву.

– Отлично. Но на сегодня хватит, – ты провела полночи на 57-й улице, словно сова в ночи. Ступай, отдохни. Иначе твой «компьютер» перегреется и выдаст ошибку, – Лэндон улыбнулся, и в этот момент строгость его лица отступила, уступив место человечности.

– Вечером встреча с друзьями. Отдых не мой профиль, Лэндон.

– Вашингтон, не прекословь, – и позволь себе хотя бы на пару часов превратиться из блестящего аналитика в обычную двадцатичетырехлетнюю девушку.

К сумеркам Эмили уже тонула в гуле популярного бара «The Green Note», спрятанного в лабиринтах Вест-Виллидж. В этом уютном и шумном прибежище лился мягкий джаз, словно сладкий сироп, а вокруг нее расцветали улыбки университетских приятелей: Марка, биржевого волка, и Линды, торговки мечтами в лице арт-дилера.

– За нашу Эм! За то, что она всегда находит приключения, словно магнит, – Линда ликующе подняла бокал. – Очередной бессонный рейс? На этот раз куда?

Эмили чокнулась своим бокалом с бледно-жёлтым коктейлем, цвет которого напоминал лунный свет, просочившийся сквозь туман.

– За нас, – Просто слишком много работы в этом месяце, – консалтинг, как всегда, – слишком много цифр, – ровно солгала она низким, бархатным голосом.

Для них она оставалась холодно-логичной консультанткой по финансовым рискам, чья профессия оправдывала её внезапные исчезновения и хроническое недосыпание. Она не могла позволить себе разделить с ними бремя ноктюрна смерти. Её тайны оставались глубоко внутри, запечатанные слоем безупречного профессионализма, словно сокровища в неприступном сейфе.

За соседним столиком таился хищник, тщательно замаскированный под обыденность. Строгий деловой костюм-невидимка, безупречные манеры – все это делало его совершенно неприметным. Его неестественно белые волосы были тщательно спрятаны под русым париком, а шрам, перечеркнувший часть лица, был искусно замаскирован плотным слоем крема. На месте мёртвого глаза красовалась голубая контактная линза, придавая его взгляду обманчивую обыденность. Это был Ричард Блэквуд, пришедший, чтобы узнать больше о девушке.

Он изучал её лицо, отмеченное печатью отстраненной красоты, наблюдал, как оно смягчается под воздействием спиртного. Вслушивался в её смех, в её небрежные, лживые фразы о «цифрах и консалтинге».

Она лжет. И это лишь распаляло его любопытство. Его аналитический ум, вечно жаждущий порядка, пришёл в боевую готовность. Её разум был открытой книгой, которую он жаждал прочесть.

Около полуночи Эмили, слегка опьяневшая и измотанная, попрощалась с друзьями.

– Нужно прогуляться, – пробормотала она, – подышать Нью-Йорком.

Она нырнула в узкий, мрачный переулок, решив срезать путь. Не почувствовала тень, скользнувшую за ней. Это был Грей – второй киллер, нанятый Заказчиком после отказа Ричарда. В его руке засверкал шприц, словно жало скорпиона.

В этот миг Ричард, покинувший бар на мгновение раньше, бесшумно, словно пантера, проскользнул в переулок. Увидел силуэт, замахнувшийся на её жизнь.

Не прошло и минуты, как Ричард, как тень, настиг второго киллера. Легкий, но смертельно точный удар в шею мгновенно отправил его в нокаут. Эмили, спотыкавшаяся впереди, ничего не заметила. Он убедился, что Эмили в безопасности, и, перебросив обмякшее тело через плечо, исчез в ночном лабиринте переулков, направляясь в свое тайное логово.