Кристал Сазерленд – Дом Холлоу (страница 38)

Часы слились воедино. Здесь не было ни рассвета, ни заката, ни самого понятия времени. Мы все шли и шли, пока не стали отключаться прямо на ногах, которые нещадно болели. Я ничего не ела с тех пор, как утром предыдущего дня Виви принесла мне завтрак. Голод угрожал проесть внутри меня дыру. Мы смотрели на то, что осталось от домов, издалека, опасаясь того, что можем найти внутри, следуя по тартановым меткам все глубже и глубже в болотистую чащу, где вода уже доходила до бедер и было так темно, что мне не удавалось рассмотреть даже свои пальцы. Над поверхностью болота кружился туман. На шесть футов не было видно абсолютно ничего.

Повсюду плавали тела, кружились скелеты умерших. Я подняла из воды бычий череп и уставилась на пустые отверстия, где когда-то располагались глаза.

А затем туман расступился, и мы увидели ее.

Обнаженная маленькая девочка сидела скрестив ноги на небольшом островке суши. Мокрые темные пряди прилипли к стене позади. Мы остановились, как только заметили ее сквозь дымку, не желая привлекать внимание, но она уже услышала шаги и повернула голову в нашем направлении. Она была миловидной и совсем еще крохой – на вид не больше шести-семи лет. Под бледной кожей проглядывали вены. Черные глаза придавали ей сходство с пауком. В волосах запутались комья грязи. Из ушей тоже текла темная жижа – словно она недавно вынырнула из воды.

– Роузи, – тихо позвал Тайлер.

– Господи боже, – выдохнула я, когда парень поспешил по воде и тяжело опустился в ил прямо перед девочкой.

Прямо перед своей сестренкой.

Глава 19

– Нет, – произнес Тайлер, обхватив маленькое личико ладонями. Последний раз, когда видел ее, он был моложе. Теперь он стал взрослым мужчиной, а Роузи так и осталась малышкой. Ее личико лежало в его ладонях, словно маленький фрукт. – Нет, нет, нет, нет. Почему ты здесь? Почему ты здесь, Роузи?

Девочка протянула руку и погладила брата по щеке, оставляя грязный след на его опухшей скуле. Кажется, в ее мертвых глазах мелькнуло узнавание, сменившееся печалью. Больше ничего и не требовалось. Тайлер схватил ее в охапку и прижал к груди, как младенца.

– Что ты делаешь? – прошептала я, когда мы вернулись в воду и направились к следующему указателю.

– Я забираю ее с собой.

– Ты не можешь забрать ее домой.

– Почему нет? – вскинулся он. – Вы же вернулись назад. Ты же вернула своих сестер, почему я не могу вернуть свою?

– Потому что… она умерла, – мягко проговорила я. – Роузи мертва. Она не может вернуться назад.

– Ты сказала: ее не будет здесь! – закричал он. – Ты сказала: у нее не будет причин застрять здесь! Так почему она здесь, Айрис? Почему ты мне солгала?

– Я думала… что она слишком маленькая. Какие неоконченные дела могут быть у ребенка?

– Однажды я уже потерял ее. Второй раз я этого не допущу, – прошептал Тайлер и двинулся вперед через воду и туман. Сестренка впилась в него, словно насекомое.

Через несколько мгновений я услышала его голос.

– Я кое-что вижу! – прокричал он.

Впереди показался еще один дом. Каменное строение без крыши, возведенное на острове. Как и все в междумирье, он был заброшенным, полуразрушенным, заросшим цветами. Окна разбиты. Часть стекол лежала рядом в воде. В одном из уголков сада был установлен старый могильный камень.

К куску искореженного металла, некогда представлявшего собой входные ворота, был привязан клочок красной ткани, оторванный от моего пальто.

Вокруг все еще стояли сумерки. Если бы не удушливый запах и тысячи тел, плавающие в болотах, место могло бы показаться красивым. Мы долго стояли в тишине, разглядывая его, а затем решили обойти строение вокруг, заглядывая в окна в поисках признаков присутствия хозяев. Но дом оказался пуст. В неясном полусвете мы не обнаружили ни одной фигуры.

Стоя в воде, я вытащила дневник и несколько рисунков, которые мы с Виви спасли из сгоревшей квартиры Грей. Тогда я знала о нашей истории гораздо меньше. Перелистнув страницы, я нашла изображение обветшалого дома с разбитыми окнами, полуразрушенными каменными стенами и клочком клетчатой ткани, привязанным к главным воротам.

Это был тот самый дом, перед которым мы с Тайлером сейчас стояли.

Значит, мы уже были здесь. А Грей возвращалась и нарисовала это место.

Что бы ни случилось с нами в детстве, это произошло здесь.

– Я войду – нужно убедиться, что там безопасно.

– Хочешь, чтобы я… – начал Тайлер, но я оборвала его на полуслове.

– Нет. Хочу сделать это одна.

Мы вместе подошли к дому и выбрались из болота на сушу. Тайлер опустил Роузи на ковер белых цветов, где она и расположилась, скрестив ноги в той же самой позе, в которой мы ее нашли. Глаза девочки оставались безжизненными.

– Позови меня, если потребуется помощь, – сказал он, устраиваясь рядом с сестрой.

Я попыталась выровнять дыхание. Желудок сжимался от страха – словно я вдруг оказалась в фильме ужасов.

В доме, если его еще можно было так назвать, оказалось совсем немного вещей. Одна большая комната с треснутой глиняной посудой, собранной в одном месте, и сломанной деревянной мебелью, расставленной без всякого плана. Я застыла в ожидании потока воспоминаний. Здесь, в этой куче рваных одеял, мы, должно быть, сворачивались вместе, прячась в убежище вдалеке от дома. Возможно, у этого камина мы грели руки и мечтали вернуться к родителям.

Я провела много лет, стараясь не думать о том, что произошло с моими сестрами в этой самой комнате. О том, что нас изменило. Из-за чего мы вернулись домой с потемневшими глазами и шрамами между ключиц.

Я опустилась на колени у очага и протянула руку, словно хотела согреться. Темноволосые дети в разноцветных пальто, сидящие у огня… Да, пожалуй, так и было. Я смела пепел и мусор с камней очага. На них обнаружились капли застывшей крови. Не просто капли – целые лужи, словно здесь лежало раненое животное и вся его жизненная сила вытекла на пол.

Я вытащила из лифчика нож Грей и достала его из чехла. Сестру нашли с ножом в руке. На рукоятке никаких отпечатков, кроме ее собственных. Да, так все и было. «Она способна на любые, самые ужасные, вещи, лишь бы спасти вас. Она перейдет любую черту и принесет в жертву любого» – так сказала Агнес.

Я двинулась по следам крови на полу. От них остались лишь блеклые пятна… И вдруг увидела нечто нездешнее. Клочок бордового меха, зацепившийся за гвоздь, вбитый в одну из досок пола. Я легонько потянула, и он оказался у меня в руке. Покатала его между пальцами. На ощупь он был синтетическим. Кусочек пальто из искусственного меха, которое было на Грей в ночь нашего исчезновения.

Гвоздь, за который зацепилось пальто, торчал кверху, словно зуб младенца. Я вытащила его пальцами и подцепила доску ножом Грей. Под полом оказалась глубокая темная дыра. Я опустила в нее руку по локоть, но не почувствовала ничего, кроме прикосновения прохладного воздуха. Представив, что кто-нибудь может вцепиться зубами в мою руку, я резко ее отдернула. Затем с опаской снова опустила ее вниз, в этот раз по плечо. Мои пальцы наткнулись на что-то пушистое. Я вскрикнула и отпрянула от дыры. Никакого движения. Из нее никто не появился.

– Все в порядке? – крикнул Тайлер снаружи.

– Да, – отозвалась я, – похоже, я что-то нашла.

Я снова опустила руку в дыру, сжала вещицу пальцами и потянула. В руках у меня оказалась маленькая куртка из искусственного меха винного цвета. Затем я извлекла на свет зеленое твидовое пальтишко и то, что осталось от моего клетчатого красного одеяния с золотыми пуговицами. Все три вещи были покрыты запекшейся кровью. Ее было слишком много. Она пропитала ткань и с годами потемнела.

Полиция тогда так и не нашла нашу одежду, несмотря на все усилия.

Я держала старые пальто в руках, словно детей, и снова искала в своем сознании воспоминания, которые объяснили бы мне, что произошло.

В этом месте с нами случилось нечто ужасное… И кто-то пытался скрыть это.

Грей с ножом в руке. С кончика капает кровь.

Грей, нахмурившись, аккуратно зашивает рану у основания моей шеи.

Грей держит меня за руку и ведет по лесу к двери.

Грей убирает прядь волос мне за ухо на морозной улице Эдинбурга, наклоняется и шепчет: «Забудь обо всем».

Забудь обо всем.

Забыть о чем?

Забыть о чем, о чем, о чем?!

Мой разум вновь и вновь погружался в темную глубину угасших воспоминаний и возвращался каждый раз ни с чем.

Я встала, все еще держа в руках окровавленную детскую одежду, и направилась к выходу. Роузи была на том же месте, где мы ее оставили, а вот Тайлер со странным выражением лица опустился на колени перед могильной плитой.

– Думаю, тебе нужно это увидеть, – сказал он.

Я подошла к нему и остановилась перед камнем, установленным сбоку от дома. Ножом Грей соскоблила с него лишайник и трупные цветы, разросшиеся поверх имен. Впрочем, я уже догадалась, что там обнаружу.

Первое имя, нацарапанное на камне, – Грей.

– Нет! – вскрикнула я, остервенело счищая зелень. – Нет!

Под первым именем значилось второе – Виви.

Я попятилась по грязному двору, издавая тихий стон, который рождался где-то глубоко внутри. Все это напоминало ночной кошмар, от которого я никак не могла очнуться.

– Слишком поздно, – зарыдала я, – мы опоздали.

– Но это же какая-то бессмыслица, – произнес Тайлер. – Камень старый, а мы здесь не больше суток.