Кристал Сазерленд – Дом Холлоу (страница 13)
Это первое мое воспоминание, в котором фигурирует мама.
«Конечно, помню. Я все помню, но если расскажу, вы все равно не поверите».
Это не может быть правдой. Грей ничего не помнит. Ни одна из нас не помнит. Этот факт всегда был главным в нашей истории. Мы исчезли, затем вернулись. Никто не знал и никогда не узнает, что с нами было. С нами случилось чудо, о котором мечтают родители всех пропавших детей. Мы вернулись из ниоткуда целые и невредимые.
– Я не чувствую ее, Айрис, – сказала Виви. – Я больше ее не чувствую.
– Что ты имеешь в виду?
– Прошлой ночью ты говорила про наши странные умения. Это одно из них. Я не пользовалась им много лет и почти забыла. Но когда проснулась сегодня утром, а тебя не было рядом… я все равно тебя чувствовала. Знала, что ты спустилась по лестнице и вышла на улицу. Мы ведь связаны друг с другом… что-то в этом роде. Всегда способны найти друг друга. В темноте, в городе, даже через океан. Если захочу, ноги сами приведут меня к тебе.
Я понимала, о чем говорит сестра. Когда звонил телефон, мне не нужно было смотреть на экран, чтобы узнать, что это Грей или Виви. Если я искала сестер, то всегда заранее знала, где найду их. Правда, мне казалось, что способность чувствовать их – только одна из моих детских фантазий, подобно способности летать или дышать под водой.
– А теперь я ее не чувствую, – продолжила Виви. – Грей нет… Что, если с ней произошло то же, что и с нами много лет назад? Кроме нас, никто не сможет ей помочь.
– Не говори так. Даже думать так не смей, ладно? С ней все в порядке. – По тону моего голоса было слышно, как отчаянно я пыталась убедить саму себя. – Мы уже не дети. К тому же ты слышала, что сказал Тайлер: она все время исчезает.
– Мы должны найти ее, Айрис.
– Нет. Мне нужно в школу. У меня уроки и подработка. Через месяц – олимпиада, к которой я даже не начинала готовиться, и с Питоном еще нужно.
– Скажи мне, что уверена: она в порядке, и я сама отвезу тебя в школу.
– Виви… это безумие.
– Тогда скажи, что она в порядке. Прислушайся к своей интуиции и скажи мне, что знаешь: у Грей все хорошо. Сделай, как мы умеем, найди ее.
– Я уже сто лет не пробовала.
– Попробуй.
Я медленно выдохнула и сделала то, о чем меня просила Виви. Сконцентрировалась и попыталась обнаружить Грей, почувствовать ее, как раньше, в детстве. Но ответом мне было лишь ощущение пустоты и небытия.
Я прикусила губу. И что это доказывает?
– Так я и думала, – заявила Виви, постукивая по обложке «Вог». – У Грей всегда были секреты. Она прятала от нас дневник, деньги, выпивку. Устраивала тайники за книжными полками и в полу. Где же она теперь хранит свои тайны?
Я огляделась кругом.
– Как ты сюда попала? Взломала замок?
– Дверь была не заперта, – пожала плечами Виви.
– Ключ от этой комнаты есть только у Грей.
Я знала это наверняка, потому что не раз, с тех пор как старшая сестра ушла из дома, безуспешно пыталась сюда пробраться. Мне сразу вспомнились вчерашняя распахнутая входная дверь, мокрые следы, ведущие внутрь, и Саша на коврике снаружи.
– Что, если… – начала я, это была сумасшедшая теория, но мы и так уже говорили об очень странных вещах, – что, если Грей сама отперла дверь? Что, если она вчера была здесь? Может, она оставила что-нибудь для нас? То, что можем найти только мы.
Виви щелкнула пальцами.
– Теперь ты думаешь как Холлоу.
Весь вечер мы исследовали спальню старшей сестры, надеясь обнаружить следы ее присутствия. Виви была первой. Она обнаружила руны, вручную вышитые изумрудной нитью с изнаночной стороны матраса. А затем мне попалась страничка из сборника стихов Эмили Дикенсон, свернутая в тугую трубочку и спрятанная в карнизе.
А когда я опустилась на четвереньки и, исследуя пространство под кроватью Грей, провела рукой по плинтусу, в палец мне попала заноза. На коже выступила капелька крови. Я вытерла ее о школьную юбку и продолжила ощупывать этот участок.
– Там что-то есть, – объявила я Виви. Трещина в доске. Я попыталась сдвинуть ее, но не смогла. – Принеси нож из кухни.
Виви нависла надо мной.
– Почему сама не принесешь? – спросила она.
Я вздохнула и бросила на нее выразительный взгляд.
– Прости, дурацкая привычка с детства.
Когда Виви вернулась с ножом, я просунула его в щель и надавила.
– Ты его сломаешь, – проворчала сестра и попыталась меня отодвинуть. – Дай лучше я.
Я закатила глаза.
– Хватит уже.
– Ладно, прости. Просто будь осторожна.
– Я очень осторожна.
В конце концов деревяшка с треском отскочила от стены и громыхнула о доски пола. За ней оказалась дыра с неровными краями. Именно в таких местах Грей любила прятать свои секреты.
– Дай свой телефон, – попросила я, и Виви протянула мне мобильник с включенным фонариком. Луч осветил темноту. Меня снова охватила жажда раскрыть тайны старшей сестры, как это случалось в детстве. Сердце бешено колотилось. Тайник был затянут паутиной. Внутри не было ни дневников, ни денег, ни презервативов, ни маленьких бутылочек с джином. Раньше, когда мы жили все вместе, Грей прятала от нас именно такие вещи. В этот раз удалось обнаружить лишь высохший белый цветок, старинный нож для охоты и ключ с прикрепленной к нему биркой.
– Вот это уже больше похоже на Грей, – сказала Виви, когда я протянула ей странные находки. Они пульсировали энергией сестры. Грей прикасалась к ним совсем недавно. На бумажке, которая шла вместе с ключом, обнаружились адрес и сообщение, датированное вчерашним днем.
Глава 8
Мы прыгнули в «убер» и отправились по адресу, который оставила для нас Грей. В голове у меня крутились слова из письма, отчего на глазах выступили слезы. Виви молчала, прижавшись лбом к стеклу и стиснув зубы так, что казалось, они могут не выдержать.
Я вертела в руках нож. Открывала и снова закрывала. Ручка из оленьего рога была украшена патиной. Лезвие казалось старым, но выглядело чрезвычайно острым и наверняка резало плоть не хуже масла. Этот самый нож нашли при нас много лет назад. Полицейские забрали его из рук Грей. Сначала он считался важной уликой, но единственные отпечатки на нем принадлежали нашей старшей сестре. Какое-то время я размышляла над тем, как Грей удалось заполучить его назад. Ведь наше дело наверняка все еще было открыто. Затем меня снова поглотили кошмарные фантазии.
Невозможно представить себе мир без Грей. Обе сестры – главная любовь моей жизни. Без них я просто не могу существовать. Не могу и не хочу.
Такси остановилось рядом с каким-то пабом на узкой, изрисованной граффити улице. Наступал вечер, и кое-кто из местных уже потягивал пиво в золотистом свете баров. Адрес, который дала нам Грей, вел в квартиру этажом выше. Код входной двери было несложно угадать. Шестнадцать – двадцать девять – одиннадцать. Тот же пароль стоял на всех наших телефонах. Мы поднялись на второй этаж. Дверь Грей оказалась ярко-зеленой. Ручка из той же латуни, что и ключ.
Виви положила ладонь поверх крашеного дерева и покачала головой.
– Здесь ее тоже нет.
Я и сама это понимала. Знаю, как ощущается энергия Грей, когда заполняет собой пространство. Ко мне вдруг вернулись воспоминания о том, как в детстве я могла легко считывать маршрут ее передвижений в доме и повторять его даже спустя пять, шесть или семь часов. Чувствовать, какие книги она читала, какие фрукты брала и, повертев в руке, откладывала назад. И это не про невидимые нити или особый запах ее кожи. Просто некое чувство связи. Да, здесь она была. Да, это она делала. Точно так же я могла ощущать и Виви, хотя это увлекало гораздо меньше. Грей была моей страстью. Я мечтала быть ею.
Одним долгим ленивым летом во Франции, когда мы впервые отдыхали без отца, я провела два месяца, повторяя все действия Грей с задержкой в час. Сестре тогда исполнилось четырнадцать, и она начала ощущать непреодолимую силу своей красоты. Мне тогда было десять. Слишком тощая, слишком высокая, слишком застенчивая и со странностями. Неудивительно, что в то время Грей казалась мне богиней. Она носила длинные белые платья и веточку дикой лаванды в волосах. Я копировала ее всю и обитала на грани ее мира. В местах, которые она покидала. Мне не требовалось следить за ней, чтобы знать, чем сестра занимается: загорает на крыше, плавает в реке, обедает нектаринами и твердым сыром, целуется с местным мальчишкой под сводами средневековой церкви. В этот момент мне пришлось импровизировать и целоваться с собственной рукой. Однако местный священник все равно был недоволен, когда засек меня.
Стоп.
На задворках моего сознания вспыхнуло странное воспоминание, нечто забытое, а затем обретенное вновь. Другая церковь, разрушенная и поросшая лесом. Мы проходили мимо нее в самый первый день, когда гуляли вдоль реки. И Кейт предупредила, чтобы не совались туда. Место было заброшенным, но… Грей все равно пошла. Да. Отправилась туда, куда мне хода не было. Я не боялась, просто ее след вдруг… оборвался. Она шагнула через порог, но внутри так и не очутилась. Я часами слонялась вокруг этих развалин, пытаясь вычислить, куда запропастилась сестра. В конце концов она вдруг оказалась на том же месте. Живая и невредимая, пахнущая лесным пожаром, с белыми цветами в волосах.