Криста Ритчи – Тепличный цветок (ЛП) (страница 68)

— Все это очень весело, но чем больше мы говорим о ведьмах и духах, тем тупее я становлюсь. Так что прошу, во имя всего человечества, заткнитесь.

Я качаю головой, в то время как Ло усмехается, находя его слова смешными.

Роуз возражает своему мужу почти немедленно:

— Ты правда думаешь, твой разум в силах помочь всему человечеству? Ты владеешь бизнесом, связанным с бриллиантами.

— И выделяю огромный процент от прибыли на благотворительность и исследования, дорогая.

Они начинают перебранку, и Дэйзи наклоняется ближе ко мне. Она складывает лебедя из салфетки, глядя на меня чаще обычного.

— Хочешь узнать секрет? — шепчет Дэйзи.

— Конечно, — отвечаю я, а моя рука снова тянется к спинке ее стула.

Дэйз улыбается и говорит:

— Ты — мое любимое слово из трех букв, — смелый взгляд ее зеленых глаз порхает к моему лицу.

С ее уст заезженные и сентиментальные фразы пикапа звучат, как самые сексуальные слова, которые мне доводилось слышать.

— То есть слово трах ничего для тебя не значит? — спрашиваю я, напрягаясь.

— Ты сделал меня нечувствительной к непристойным словам. Так что это слово имеет на меня столь же сильное воздействие, как и слово нога.

Я наклоняюсь к ее уху и говорю тише.

— Ты изменишь свое мнение, когда я наконец-то трахну тебя.

Яркая улыбка расползается по ее лицу, и от этого моя потребность становится еще больше. Я хочу, чтобы она оказалась в моих долбаных руках. Хочу поцеловать ее так сильно, чтобы в наших легких иссяк кислород, чтобы мы задыхались от бешенного, неудержимого удовольствия.

Однажды, так и будет.

Просто не прямо сейчас.

— Я пойду, — объявляет Лили, перебивая ссору Коннора и Роуз. Она встает, держа в руках свой журнал. — Гм… итак, в этом таблоиде есть фото, которое реально меня огорчает, — она перелистывает пару страниц, а затем кивает. — Ага, я покупаю презервативы, а они подписали это "Лили снова потеряла самоконтроль."

Роуз хлопает в ладоши, радуясь добровольному участнику ее шоу.

— Ладно, а сейчас бросай его в огонь.

Лили роняет журнал в костер. Он падает на бревна и быстро загорается.

Коннор встает следующим и хватает первый журнал из стопки Роуз.

— О, так сейчас ты веришь в это? — спрашивает Роуз.

— Я верю в тебя, — отвечает Коннор. — А не в твои суеверия, — он открывает журнал. — Секс-видео Коннора Кобальта принесло правообладателям более двадцати миллионов долларов, включая налоги. Что делает Скотта ван Райта одним из самых богатых порно-дистрибьюторов мира, — Скотт ван Райт — причина, по которой секс-видео Роуз и Коннора всплывает каждые несколько месяцев. Он облапошил их по полной. После того, как Коннор забросил судебный процесс и воспользовался публичностью для раскрутки фэшн бизнеса Роуз и своего собственного, я лично предлагал им выбить дерьмо со Скотта. Но Коннор сказал, что он не хочет видеть меня в тюрьме — даже несмотря на привлекательность данного предложения.

Надеюсь, однажды этот сучий сын получит по заслугам.

Коннор бросает журнал в огонь, ненависть так и плещется в его голубых глазах.

Роуз подходит к костру следующей.

— Роуз Кобальт сучка, — она кивает и бросает свой таблоид.

— И все? — спрашивает Ло, когда она садится на место. — Это все, что ты хочешь оспорить?

— Это — обидные слова, — отвечает Роуз.

— Я называю тебя сукой по пять раз ко дню, и ты не выкалываешь мне глаз, — напоминает ей Ло. А затем он вспоминает ее вспышку сегодня вечером и поправляет себя. — Ну, обычно не выкалываешь.

— Данное слово от тебя не задевает меня, — отвечает она. — А это написали в Vogue, — она прикасается к груди. — Я проплакала два дня, после того как прочитала это.

— Vogue — ее Библия, — вставляет Лили.

— Это значит, что я для тебя как святая? — спрашивает Лили, улыбаясь. Ее фото были в Vogue несколько месяцев назад. На обложке гребаного журнала.

— Ты была бы более похожа на святую, если бы сейчас приняла участие в нашем очищении, — говорит Роуз.

Дэйзи светится и встает с парусинового кресла.

— Дэйзи Кэллоуэй — "малышка Кэллоуэй", — читает она, а затем добавляет цитату, — была замечена с другой моделью мужчиной на показе коллекции от Gucci. Близкие к ней источники подтвердили, что видели ее с этим молодым человеком ранее. Это уже третий парень Дэйзи за этот месяц. Можно ли посчитать это явным признаком того, что Дэйзи пошла по стопам Лили? Время покажет, — она швыряет журнал, и он летит в огонь словно фризби.

От зачитанных ею слов черты моего лица становятся суровее. Показ Gucci был месяц назад, и даже при том, что я знаю, что Дэйзи не могла быть с теми парнями — мы спали в одной постели каждую ночь — обвинения расстраивают меня. Роуз хочет изгнать плохую энергетику, но именно по этой причине я не читаю эти таблоиды.

— Ты следующий, — говорит мне Дэйзи. Она пытается пнуть мой стул ногой, но у нее не хватает силы, чтобы опрокинуть его. Я не поднимаюсь. Просто опускаю взгляд на журнал в своих руках после того, как нахожу главную статью номера.

— Рик Мэдоуз снова подрался с фотографом. И здесь размещено фото меня, орущего на какого-то оператора, — я лениво бросаю журнал в огонь и откидываюсь на спинку кресла.

— Ты почувствовал себя иначе? — спрашивает Дэйзи, плюхаясь на свое кресло.

— Неа.

Дэйзи ахает и бросает взгляд на Роуз.

— Это не сработало для него. Мы можем произнести заклинание, чтобы защитить Рика ото зла?

Роуз закатывает глаза, а потом смотрит на моего брата.

— Лорен, прошу.

Он нехотя встает, но только потому, что Лили слезает с его коленей и физически вытаскивает парня с кресла. Когда его взгляд обращается к журналу, я вижу, как меняется его выражение. Его черты становятся более четкими, холодными.

— Другой источник подтверждает сплетни о домогательствах. Джонатан Хейл и Лорен Хейл продолжают это отрицать. Старший сын Джонатана все еще не предоставил комментарии.

Никто не произносит и слова. Волнительное напряжение искрится в воздухе. Я жду, что Ло бросит журнал в огонь, или начнет обвинять меня, или и то и другое. Но его взгляд остается прикованным к таблоиду, а брови хмурятся, пока парень продолжает молчать. В конце концов он качает головой.

— Что там? — спрашивает Коннор.

— Физиотерапевт по вопросам сексуальной зависимости дал интервью, — читает Лорен, — и подтвердил, что чаще всего секс-зависимые люди подвергались сексуальному насилию. У нас есть подтверждение, что… — он трет свои губы, пытаясь скрыть эмоции, пока молча продолжает читать. Затем Ло качает головой. — У нас есть подтверждение, что Лили Кэллоуэй проводила много времени с Хейлами. Это наталкивает на подозрения, что Джонатан Хейл мог стать причиной ее травмы и повлиять на дальнейшую зависимость.

Они намекают, что Джонатан надругался и над Лили.

Я не могу видеть, как все это происходит. Я качаю головой, так же неистово, как и Ло. Мой отец может быть и хренов плохой парень, но он не сделал бы этого с Лили, дочерью его лучшего друга. Это что-то немыслимое.

И если бы Ло увидел, что произошло нечто подобное, он бы перевернул все вверх дном и не оставил бы это как есть. Он бы слетел с катушек. Он бы, вне гребаных сомнений, убил нашего отца.

— Что? — говорит Лили, зевая. — Ло, такого никогда не было.

Ло оглядывается на нее, и в его глазах появляется нежность.

— Знаю, Лил, — он даже не колеблется. Не расспрашивает ее, не размышляет на данную тему. Между ними царит абсолютная верность друг другу. Но это не рушит ту боль, что ребята разделяют. Они оба были вынуждены пройти через плохие времена.

— Выбрось его, — говорит Роуз тихо.

И он бросает. А я наблюдаю за тем, как горит бумага вместе с моими мыслями.

Я больше не знаю, во что и кому верить.

Все стало тьмой.

ГЛАВА 40

РИК МЭДОУЗ

Я наедине с Дэйзи. В палатке.