Криста Ритчи – Тепличный цветок (ЛП) (страница 59)

Я бы хотела быть как Рик. Спорт — это его работа. О нем писало так много журналов о скалолазании, что я потеряла счет, а все потому, что он множество раз успешно сольно поднялся в горы. Он не использует свой трастовый фонд, три разные компании снимали его восхождения для своей рекламы и платили миллионы в качестве гонорара. Он — лицо какого-то бренда бритвы — что довольно забавно, так как сам он всегда небритый. Так же он участвовал в презентациях REI и Under Armour (компании по производству спортивной одежды, оборудования и снаряжения для активного туризма — прим. пер.).

По большому счету, он живет в свое удовольствие. А у меня нет таланта, который можно было бы использовать.

Хотя, это ложь.

У меня был талант: я была талантливой моделью.

Но что если то, в чем вы хороши, не приносит вам удовольствия?

Вот так и со мной. Я застряла.

Чей-то телефон вибрирует на столе. Я проверяю свой мобильный, думая, может это мама. Возможно, она готова поговорить со мной. Я хочу объяснить ей все, но она не дает мне шанса.

Никаких сообщений.

Я поднимаю взгляд и замечаю, как сжимаются челюсти Рика, когда он смотрит в экран своего телефона. Он нажимает кнопку. Я знаю, что парень стер сообщение от своей мамы или отца. Я видела, как он делал подобное раньше. Рик прячет телефон в карман своей кожаной куртки.

И в этот момент я не могу не сочувствовать его родителям. Я знаю, каково это, когда тебя игнорируют, как это ранит. Но я не вправе говорить ему что-то, ведь так? Все это месиво с ним, его отцом и Ло, не то место, куда мне нужно совать свой нос.

Коннор заводит разговор с Ло, расспрашивая его о супергероях и злодеях, его собственном комиксе и кофейне, которой они владеют с Лили. Я отключаюсь от их разговора на словах налоги и моржа прибыли.

Рик кивает мне.

— Где ты научилась так делать?

Его взгляд устремлен на мою бумажную розу. Он видел, как я их делаю уже несколько лет, но спрашивает об этом впервые.

Иногда я даже не замечаю, как играю салфетками. Я просто делаю это по привычке.

— Когда я была дебютанткой, инструктора заставляли нас сидеть за столом по несколько часов. Это правда было очень скучно.

— Так ты сама этому научилась?

— Ага, — говорю я. — Я нашла онлайн статью о том, как делать клевые формы из бумаги, — я заканчиваю делать цветок из салфетки и протягиваю его парню. — Рик, примешь ли ты эту розу? — дразнюсь я. Он видел сериал Холостяк. Когда мы жили все вместе, я заставляла его смотреть со мной записанные эпизоды перед сном.

— Это намек на то, как много чертовых парней с тобой встречались.

Я драматично вздыхаю.

— Но ты — мой номер один, — я приподнимаю бейсболку у себя на голове, чтоб лучше его видеть.

— Если я в серьезных отношениях с девушкой, — говорит он, — то лучше, если я буду ее единственным чертовым номером один.

Рик знает, что для меня он единственный. Я улыбаюсь и отрываю кусочек от стебля розы. А затем засовываю ее себе за ухо. Вскоре нам приносят еду. Тарелки ставят на стол, и я отмечаю, что стейк выглядит точно так, как на картинке.

— Что-нибудь еще? — спрашивает официантка.

— Десертное меню, — отвечаю я. Я уже предвкушаю, как съем кусок шоколадного торта. А если его вдруг тут нет, то обойдусь теплым брауни.

— Конечно, дорогая, — девушка уходит, и я не теряя времени даром, начинаю нарезать свой стейк на большие куски. Мой мозг кричит "ешь, ешь, ешь!"

Я откусываю от первого куска и закрываю глаза. Восхитительно.

Волшебно.

Я люблю еду. После еще трех кусочков мяса, я делаю глоток воды и говорю:

— Я же говорила тебе, стальной желудок.

Рик жует, а его брови вновь приподнимаются, почему-то парень не слишком оптимистичен.

ГЛАВА 33

ДЭЙЗИ КЭЛЛОУЭЙ

Теория опровергнута.

Через час после того, как мы остановились у Джона, стейк стал мне поперек горла, завязав в узел мой желудок. Я даже отказалась от десерта еще в ресторане, потому что уже ощущала легкую тошноту, но не хотела устраивать сцен. Просто сказала, что наелась до отвала и соскочила с этой темы.

Вероятно, для Рика это стало первым признаком, что я переела. Вторым признаком, по его словам, была моя неподвижность в машине. У меня все еще было болезненное ощущение.

А затем меня стошнило.

К счастью, на обочину, а не в машине.

Меня не так расстраивает, что Рик оказался прав, как то, что я не могу объедаться сладостями и пряной едой. Ненавижу двигаться в чем-либо постепенно. Но мой желудок явно не из стали. Больше похоже на пластик.

И это не весело.

Спустя довольно много часов, мой желудок наконец-то успокоился, и мы остановились в мотеле в горах, не Hilton и не Holiday Inn, конечно. Просто причудливое маленькое местечко под названием Мотель Большого Залива, здесь пожелтевшие обои, немного плесени на плитке в ванной, но стеганые одеяла с изображением лис выглядят чистыми.

Мы заняли два номера. Один для меня и второй для ребят. Предполагаю, Ло хотел быть милым, предоставив мне некое уединение и личное время. Я не привыкла быть рядом с Ло без Лили, и думаю, ему некомфортно рядом со мной по многим причинам. Я тусуюсь с его братом. Я — одна девочка среди трех парней. Плюс, пока мы едем, то находимся все в ограниченном пространстве.

Но он не осознает, насколько я становлюсь параноидальной, оставаясь в одиночестве. Даже учитывая то, что я до сих пор принимаю болеутоляющие, я проснулась в два ночи, когда Рик перебрался ко мне в номер и лишь своим присутствием поднял температуру в комнате.

А затем мы в некотором роде горим.

Последние двадцать минут мы балуемся, целуясь и лаская друг друга руками. Он смотрит на меня, а его губы посасывают мою кожу. Я одета лишь в футболку, которая нравится Рику больше всех других моих вещей. Она мешковата и с надписью: "иды на хуй, ты, чертов хрен".

Мой взгляд фокусируется на его эрекции, вызывая во мне новые чувства. Так сложно ждать. Особенно с тех пор, как мне стало казаться, что жду я уже несколько лет, а не недель. Если бы наши отношения начинались нормально — без секретов от его брата моих сестер, да, по сути от всех — мы бы переспали еще в первый день на лестничной площадке. Мы оба немного импульсивны.

И сейчас я задаюсь вопросом, а сделаем ли мы это сегодня ночью.

Надеюсь, что так.

— Насколько ты большой? — в некотором роде я уже знаю ответ. Его тонкие брюки оставляют очень мало места для воображения.

Он наклоняется ко мне над матрасом, а я откидываюсь на локти. Рик приподымает меня со своих коленей и медленно снимает свои штаны. Я сажусь ровнее, ожидая, когда смогу оказаться к нему ближе.

Его член выпрыгивает на свободу. Полностью эрегированный. И я неосознанно вспоминаю члены всех тех ребят, с которыми была, в результате мое сердце уходит в пятки. Он больше любого, кто был внутри меня. У меня в голове вспыхивает кадр с порно-видео с Коннором. О Боже.

Мой мозг хочет выбросить этот образ, но он здесь, в моей голове. Думаю, что их члены одинакового размера. Я не очень разглядела стояк Коннора, но да, в некотором роде у меня есть о нем представление.

Однако, прямо сейчас я фокусируюсь на члене Рика. Он прямо передо мной, просит о моем внимании.

Рик берет меня за подбородок.

— Ты станешь невероятно охуенно влажной, прежде чем я войду в тебя, сладкая.

Он не хочет меня ранить. Он накрывает рукой мой жар, и я думаю, что Рик собирается трахнуть меня своими пальцами.

— Я хочу доставить тебе оргазм, — говорю я прямо. Или посмотреть, как ты это сделаешь сам. Ты видел, как я кончаю дважды. Будет справедливо, если я увижу, как это делаешь ты.

Я правда хочу попытаться отсосать ему — неимоверно соблазнительный вызов, но у меня есть предчувствие, что Рик откажет мне именно по этой причине. Потому что знает, как я этого хочу, и что могу задохнуться, усердствуя.

Он не говорит ни слова, не то чтобы я ожидала этого от него. Рик — парень, который общается посредством выражения своих темных глаз. Его тяжелое молчание натягивает все внутри меня. Он снимает свои брюки, полностью обнажаясь. Я пожираю его тело глазами, каждый мускул рельефен и четко выступает под кожей. Он кажется нереальным. Даже при том, что до этого я была с моделями.

Следующие слова я произношу писклявым, пропитанным потребностью, голосом:

— Я хочу поместить тебя всего в свой рот.

— Блядь… — он говорит это слово, тяжело вздыхая, а его взгляд нацелен на мои губы. У меня есть неплохая практика в минете, поэтому я знаю, что смогу удовлетворить его так же хорошо, как он меня. Я просто желаю, чтобы Рик позволил мне.

И затем, неожиданно, он встанет на колени, так, что матрас прогибается под нами. Я так взволнована, что не жду его, просто спрыгиваю с кровати на пол и становлюсь коленями на ковер.

Рик бросает на меня взгляд.

— Мы можем сделать это на кровати, Дэйзи.