Криста Ритчи – Тепличный цветок (ЛП) (страница 54)

Дэйзи смотрит на меня с пластиковым пакетом в руке, а затем указывает в сторону окна кассира и становится в очередь.

Я киваю ей и слушаю Лили. Не очень-то я надеюсь на развернутый ответ.

— Как я уже говорила Ло, у нас с Роуз соглашение, я пообещала не рассказывать никому об этом, это типа сестринские Гип-Гип-Ура штучки, и я не могу забрать свое слово. Ты же знаешь, как страшна Роуз в гневе. Она вынула нож и говорила о клятвах на крови, и прежде чем я сообразила, что происходит, она порезала мою ладонь, — ее голос становится тише, что само по себе почти комично, так что сложно воспринимать слова Лили всерьез. Однако она говорит серьезно. — И это сделала девушка, которая не может ходить по твердому дереву босяком. Ты тоже не должен ничего говорить, это тоже может поставить меня под угрозу.

Я закатываю глаза.

— Лили, — говорю я убедительно. — Если это что-то серьезное, тебе нужно рассказать об этом моему брату.

— Соглашение, — шипит Лили. — Что, если Роуз проклянет меня? Я не могу ничего сказать.

— Ты не можешь быть такой чертовски суеверной.

— Роуз может обладать сверхъестественной силой, когда она расстроена. Ты не видел ее в истинном гневе, так что не можешь ничего знать об этом.

— Я видел ее пиздец какой расстроенной, она чуть ли не избила моего брата, как на счет такого?

— Это другой вид расстройства, — говорит Лили. — Мы справимся со всем сами, ладно? Думаю, хорошо, что Ло с тобой, а я побуду немного здесь с Роуз.

Я хмурюсь, никогда не думал, что услышу подобное от Лили. Она обычно приклеивается к боку моего брата, и это взаимно.

— Ты и правда в порядке без него?

Тишина тянется, до того как она отвечает:

— Я имела в виду, что скучаю по нему сильно, больше чем могу выразить словами. Мне неприятно находиться здесь без него. Но я чувствую себя лучше, чем когда он впервые поехал на реабилитацию. Я в порядке.

— Знаю, что в порядке, — говорю я ей. Тогда она плакала почти каждый раз, как я звонил ей. Это было в некотором роде охуенно плачевно, но я не понимал их отношений. Не понимал, что такое бескорыстная любовь. А затем Дэйзи уехала, и я сошел со своего гребаного ума на три дня. Я орал на Лили за то, что она ныла, находясь без Ло всего 7 дней, так что кто теперь лицемер?

— Мы встретимся с вами через две недели, верно? — спрашивает Лили. — Это не слишком долго.

— Ты уверена, что хочешь держать в тайне этот сюрприз от Дэйзи? — спрашиваю я. Роуз назвала бы меня нон-гребаным-стопом, за мои попытки отыскать возможности видеться с Дэйзи, но не расстраивать ее. Я сказал девочкам, что им стоит присоединиться к нам по ходу нашего путешествия, но перед этим немного подождать, чтобы лицо Дэйзи зажило. Они согласились.

— Ей нравятся сюрпризы, — говорит Лили. — В противном случае, мы бы ей рассказали.

В этом она права.

— Просто не приезжайте слишком рано. Я не могу провести все тридцать дней в машине со всеми вами. Восемнадцать — уже и так слишком много.

— Разве не ты был тем, кто предложил начать путешествие от Нью-Йорка?

Я стону в знак протеста.

— Ты раздражаешь меня, Кэллоуэй.

— Я лишь говорю, что ты мог бы выбрать место поближе к Калифорнии, а потому нам бы не пришлось ехать так долго машиной.

— Это на корню разрушает саму идею гребаного автомобильного путешествия. Если хотите, вы с Роуз можете присоединится к нам в Калифорнии.

Она выдерживает паузу, а затем говорит:

— Сейчас это кажется хорошей идеей.

Я снова закатываю глаза. Потом выдыхаю весь воздух из легких.

— Ты можешь мне кое-что пообещать? — спрашиваю я у нее.

— Зависит от обстоятельств. Это не нарушит обещания, данного моей сестре, и не вызовет ее страшный гнев?

— Пообещай мне, что в чем бы не состояла проблема Роуз, вы будете охренительно осторожны. И береги себя, когда будешь добираться к нам. Мой брат не может жить без тебя. Я заменим, ты — нет.

— Ты ведь не можешь и правда думать о себе так, — говорит она нежно.

— Просто пообещай мне, Лили.

— Обещаю, но Рик… он нуждается и в тебе. Ты — его брат.

Я качаю головой. Для Ло, я эквивалентен Коннору. Мы познакомились с Ло почти в одно и тоже время. По факту, Коннор знает его на несколько месяцев дольше. Ради всего святого, Ло бросал монету, чтобы решить, кто достоин стать его шафером. Я не получил это звание, потому что мы родственники. Менее чем через год, я буду стоять рядом с ним, пока он будет жениться, лишь из-за везения.

В результате подбрасывания монеты.

Он так легко может вышвырнуть меня из своей жизни, и единственная причина, по которой я все еще здесь, — потому что я отказываюсь уходить, как бы сильно он меня не отталкивал.

Но Дэйзи… Глубоко в моем сердце я знаю, что она — именно та причина, которая может навсегда разделить меня с братом. Я собираюсь бороться против этого, но мысленно готовлюсь к худшему.

— Конечно, — говорю я Лили. — Послушай, сделай свою эту Хип-Хип-Ура сестринскую штуку…

— Гип-Гип, — поправляет она меня.

— Без разницы, — говорю я. — Просто не позволяй Роуз подавлять тебя. Ты должна отстаивать свою точку зрения.

— Это то, что ты обычно говоришь моей младшей сестре? — спрашивает она, переводя стрелки.

— Я говорю ей много долбанных вещей, — отвечаю я. — И да, это одна из них.

— Хорошо, — говорит Лили. Я практически вижу, как она решительно кивает, выглядя со стороны чертовски глупо.

— У тебя на голове шапка в виде животного? — спрашиваю я у нее.

— Ты же знаешь, как это называется.

— Нет, не знаю.

— Это шапка Вампы.

— Дерьмо из Стар Трека? — говорю я, зная что это персонаж из Звездных войн. Мне просто нравится дразнить ее.

— Из Звездных войн. Ло дал бы тебе пинок под зад за такое.

— Тогда хорошо, что он не рядом, — мой брат, чертов фанат комиксов, наделенный взглядом, которым мог бы убивать и одновременно плавить женщин, словно масло. Это так чертовски странно. Кто бы подумал? Девять лет назад, я точно не думал об этом.

Следует длительная пауза, прежде чем Лили спрашивает:

— Как у нее дела?

Я бросаю взгляд на Дэйзи, которая раскачивается на пятках, не в силах спокойно так долго стоять на одном месте. Мне не видна сейчас ее повязка на щеке. Единственная травма, которую видно с моего места — это синяк под ее глазом. Я вспоминаю ее улыбку, когда она кончала, ее смех и искреннее счастье, которое так и струилось из нее. Я бы хотел, чтобы те плохие события никогда не случились с ней, чтобы ей не пришлось принимать сложные решения на счет карьеры модели, но с другой стороны, я рад, что она наконец-то сделала это.

— С ней все будет в порядке, — говорю я Лили. — Она выглядит хорошо, — она выглядит охуенно красивой.

— Спасибо тебе за то, что ты сделал, — говорит Лили. — Знай, мы все ценим это.

Я очень осторожно подбираю слова в ответ. А затем просто говорю их.

— Я бы сделал для нее все, что угодно.

— На этот раз все иначе? — спрашивает она у меня.

— Что ты имеешь в виду?

— Пару лет назад в Канкуне ты в некотором роде тоже спас ей жизнь. Я просто гадала, чувствуешь ли ты себя сейчас иначе, — на что она намекает?

— Задай вопрос четко или вообще не трогай эту тему.

Она вздыхает.

— И почему ты всегда такой прямолинейный?

— Не думал, что это так, — восклицаю я.