Криста Ритчи – Коснуться небес (ЛП) (страница 15)
Губы Лорена изгибаются в небольшой улыбке.
Думаю, в этот момент я люблю Коннора сильнее за то, что он может поднять мое настроение, чем за то, что он спас мой кедровый журнальный столик. Но я рада, что столик не сгорел.
Он антикварный.
Лорен берет Лили на руки так, что она оказывается вне поля зрения камер.
Скотт разворачивается ко мне.
— Похоже, в конце концов, мы увидим твой приватный танец.
— Прости, что? — насмехаюсь я.
Комната погружается в напряженное молчание. Скот усмехается.
— Вы заключили сделку несколько дней назад. Я смотрел нарезку. Если кто-то расплачется во время сеанса с медиумом, то ты должна будешь своему парню танец на коленях.
— На самом деле Лили не плачет, — говорю я, не медля.
Лорен сдвигает ее немного, и я вижу мокрую от слез Лили его футболку. Она быстро вытирает свои щеки, пытаясь крыть печаль, но всем ясно, что она плакала. Я забыла, что Лорен в этом пари не на моей стороне. Черт, он тот, кто его предложил.
Я бросаю Ло:
— Тебе бы следовало ощутить вину от того, что ты используешь ее эмоции.
— Она присутствовала там, когда вы заключали это пари, — напоминает он мне. — Что, танец на коленях состоится тогда, не знаю когда? В любом случае у нас с Лили билеты в первый ряд.
Лили бормочет что-то, что похоже на "
— Ладно, — говорю я, в то время как рука Коннора скользит мне на талию. Я отступаю так, чтоб он меня не касался, тревога заполняет меня больше, чем когда тут пылал огонь.
Единственная положительная сторона всего этого то, что первый эпизод выйдет только в феврале. Так что у меня останется немного времени до того, как люди станут свидетелями моей неспособности нормально потереться о парня.
— Думаю, мы пропустили что-то, — говорит Дэйзи Рику.
Он смотрит на нее.
— Очевидно, я недавно пропустил много охренительных вещей.
Она отводит он него взгляд и, замечая, что я за ней наблюдаю, просто улыбается мне. Думаю, Рик беспокоится о ней. Мы все беспокоимся. Есть небольшое опасение, что она может закончить, как ошалевшая от секса Лили. Внимание СМИ влияет на учебу Дэйзи черт знает как. Дэйзи не станет говорить с нами об этом. Но она могла бы выпустить пар не совсем верным способом.
Лорен несет Лили вверх по лестнице, ее ноги обернуты вокруг него. Худощавый Бен следует за ними.
Я немного поворачиваюсь и ударяюсь рукою о камеру. На лице толстяка Бретта расплывается самодовольная усмешка, словно это он выиграл чертово пари. Ну, я предполагаю, что тут все выиграли, кроме меня.
— Убери свою ухмылку, Бретт, прежде, чем я сотру ее с твоего лица, — моя угроза звучит серьезно (на самом деле нет), но я достаточно раздражена, так что чувствую, словно реально могла бы нанести кому-нибудь вред астрономического масштаба.
Я смотрю на журнальный столик. На белую пену. Обугленные салфетки. Обгорелые продукты. Грязные тарелки. Перевернутую оттоманку. Это что, пятно на ковре? Ох…
— Я уберу это, — говорит мне Коннор.
— Я помогу, — добавляет Скотт.
Коннор бросает на него взгляд.
— Что? — улыбается Скотт. — Я живу здесь сейчас. Так что могу подать руку помощи.
У меня есть ощущение, что его "рука помощи" это больше, чем я готова принять.
Если я повторю так несколько раз, то возможно это не будет казаться вечностью.
ГЛАВА 6
КОННОР КОБАЛЬТ
Вот самый дерьмовый способ провести послеобеденное время.
Эта мысль прокручивается на повторе, пока я слушаю жужжание других членов совета Кобальт Инкорпорэйтэд о рекламе и бизнес инвесторах. Меня переполняет желание встать, и пусть все знают, что они успешно угробили этот разговор.
Но я так не поступаю.
Люди передо мной — наиболее значимые лица компании. Если есть хоть какая-то надежда на то, что у них не будет повода говорит, что я унаследую Кобальт Инк. незаслуженно, то мне стоит прикусить язык. Кобальт Инк. владеет такими брендами, как MagNetic, краски Smith&Keller и другие дочерние предприятия — это все упало в мои карманы еще в момент моего рождения.
Я симулирую интерес, как только могу, но войдите в мое положение, я сижу во главе этого длинного стола для переговоров, каждое место вокруг которого занято двадцатью мужчинами среднего возраста. Во время этих встреч я исполняю обязанности своей матери, эту должность она отдала мне два года назад. На самом деле, это не дает мне никакой власти.
На бумаге я все еще просто ее сын. Это просто тест.
Моя мать ни за что так просто не отпустит империю, которую построила с нуля. Для начала я должен стать членом совета, затем главным исполнительным директором, после — приобрести акции матери и проявить себя. В виде подобных встреч и определенных задач она дает мне возможность показать, чего я стою. Мой мобильник постоянно в моем кармане, он как потенциальная причина уйти отсюда под предлогом сделать звонок.
Но я продолжаю ждать от матери внезапной просьбы развлечь ее деловых партнеров или друга семьи. И я всегда благодарен, когда она оставляет меня в покое на ночь.
Сейчас я делаю заметки на небольшом планшете, что лежит у меня на коленях. На самом деле я структурирую задание, которое должен завершить сегодня вечером для одного из своих курсов в Уортоне. Может быть я и выпустился с Пенсильванского университета еще в прошлом году, но сейчас я в большой лиге. Аспирантура. Я хочу получить степень МВА
Я стану исполнительными директором Кобальт Инкорпорэйтэд со степенью или без нее. Но уважение, которого я так сильно жажду, не дается столь легко.
Мой телефон жужжит в кармане брюк, достаточно громко, чтобы Стив Балм, главный операционный директор и наиболее уважаемый моей мамой член правления, прервал свою дискуссию на тему пальчиковых красок. Стив разглагольствует об основных цветах и детских сердечках. Он хочет обскакать Crayola
— Мы побеспокоили тебя, Коннор? — спрашивает Стив, его седые брови изгибаются, от чего на лбу появляются морщины. У нас со Стивом долгая история. Предполагаю, это началось с момента моего рождения, тогда, когда его удостоили чести стать моим крестным отцом.
Я не тянусь за своим телефоном.
— Разве я что-то сказал? — отвечаю я. Я жму на кнопку "беззвучно" до того, как телефон сможет завибрировать снова.
— Ты не собираешься ответить? — спрашивает Гэри Холмс, крупно сложенный член правления, который сейчас сидит в нескольких креслах от меня. — Может быть, это из Голливуда. Разве ты не кинозвезда, нет?
Лайт посмеивается, пересекая комнату. Они шутят, потому что знают меня еще с тех пор, как мне было семь лет, и мама возила меня в тележке по этим коридорам.
Так что в их глазах я все еще мальчишка.
Мне не победить их ни спорами, ни даже если я буду бить себя в грудь кулаками, они все равно не станут воспринимать меня всерьез. Так что я поворачиваюсь к Стиву.
— Если вы хотите закопать эту компанию прямиком в землю, то конечно стоит потратить миллионы из нашего исследовательского фонда на поиск незапатентованной безвредной краски для пальчиков.
Стив не выражает никаких эмоций, его лицо настолько же не читаемо, как и мое.
— Катарина хочет расширяться, — Стив направляет свое заявление к собравшимся. — Она дает нам неделю на то, чтобы предложить
— Мы могли бы просто переспать с Физзли, — говорит Гэри, — Коннор преодолел уже 1/4 пути туда.
До того как комнату накрывает еще одна волна смеха, я спрашиваю:
— И что бы мы сделали с Физзли? Мы специализируемся на краске и магнитах. Или нам следует продавать магнитные банки с газировкой?
Все стихают, взгляды бегают от одного к другому. Я же удерживаю свой взор на Гэри, пока он краснеет и опускается ниже в своем кресле.
Я распрямляюсь, тем самым напоминая присутствующим о том, что здесь уже
— Это была шутка, — говорит Гэри в свою защиту. Он смотрит на Стива в поисках поддержки, но мой крестный отец никогда не предложит ему спасательный жилет. Если вы тонете, то вы, черт возьми, пойдете ко дну.
— Если ваши шутки не содержат реальных решений по продвижению, то прошу держать их при себе, — говорю я резко. И только
Мои губы стремятся расплыться в улыбке, но я сдерживаюсь изо всех сил. Я набираю ответное смс и в тоже время обращаюсь к членам совета.
— Катарина просто сообщила мне, что уже направляется сюда, — лгу я. Хотя, наспех прочитав сегодняшнюю электронную почту, знаю, что она приедет позже.