Крисия Ковальски – Ветреное лето 2 (страница 6)
— Да знаю я. Знаю, что меня на эмоции вывести хотел. Провокатор… — и тут же нежно обнял девушку, прижал к себе, — Успокойся, Сонечка, всё хорошо.
Соня прижалась щекой к его груди.
— Ты, правда, мне веришь? — спросила она.
— Тебе верю, — парень ласково гладил её волосы.
Соня подняла голову и посмотрела на него, в её глазах осталась тень пережитого страха.
Время приближалось к полуночи, из постоянно открывающихся дверей вырывалась в тёплую летнюю ночь громкая музыка. Были слышны смех и громкие голоса молодёжи. Илья и Соня уединились в темноте аллеи, так ни разу и не зайдя в клуб. Они сидели на лавочке под ветвями раскидистого старого тополя. Молодые люди тихо вели беседу.
— Дашу я считала своей лучшей подругой и всем с ней делилась, — откровенно призналась Соня. — Сколько себя помню, всегда вместе были, в садик вместе, в школу вместе пошли, вместе за одной партой сидели…. Нет, Даше я ничего не сказала про её письмо, мы продолжаем с ней общаться, но…
— Но ты, Соня, сделала выводы, — подсказал Илья.
— Да, я больше не подпускаю её близко, как раньше.
Илья взял Соню за руку.
— Не нужно так переживать, Сонечка. Ты ещё поймёшь, что не стоит обнажать душу. Её надо закрывать так же, как мы закрываем тело одеждой.
— Неужели со всеми и всегда?
— Нет, девочка моя, со мной ты можешь снять с себя всю одежду, — хитро улыбнулся Илья.
— Мы говорим о душе, — напомнила Соня, не поощрив его заигрываний.
— И душу обнажить тоже. Но это только со мной ты можешь позволить мебе быть искренней, слабой и беззащитной. Сонечка, ты понимаешь, о чём я? Быть во всём откровенным с человеком — значит показать ему свою слабость, уязвимые места. Тогда он будет знать, где больней наносить удар.
— Даша знала, чем бить, — с горечью согласилась девушка, — Илья, а кому доверяешь ты? Тоже прячешь от всех свою душу?
— Я доверяю тебе, — просто ответил он, — В моей жизни есть только два человека, кому я доверяю безоговорочно — это ты и Ирэна.
И вдруг Соня увидела, как из-за угла клуба появились парень и девушка. Они немного прошли по тропинке, чтобы с входа их не было видно. Парень прислонил девушку спиной к стене и начал целовать. Соне стало неприятно, когда она их узнала. Это были Андрей и Даша.
— Давай уйдём отсюда, — тихо попросила Соня, слыша Дашин смех.
— Нет, — не согласился Илья, — Не обращай на них внимания. Просто какая-то пара, разве нужно из-за этого уходить? Здесь многие уединяются. К тому же мы раньше сюда пришли.
— Илья, пожалуйста! Давай уйдём первыми.
— Ладно, пошли, — уступил Илья и предложил, — Только в обход. Прогуляемся по той аллее.
Но когда Илья и Соня обогнули аллею, где росли душистые липы, и подошли к машине, они опять столкнулись с Андреем и Дашей. И здесь Соня заметила, что её двоюродная сестра сильно пьяна и еле держится на ногах.
— Даша, поехали с нами, тебе нужно домой, — не вытерпела Соня и с изумлением произнесла, —Ты же совсем пьяная…
— Тебе нужно домой, вот и езжай, — встрял Андрей, — А мы здесь останемся.
Даше вдруг внезапно стало плохо, она наклонилась, и её стошнило прямо на асфальтированную дорожку перед крыльцом клуба. Андрей брезгливо поморщился и цинично заметил:
— Что за семейка, блять… Ни одна дать нормально не может, — он презрительно сплюнул и направился в клуб.
Илья уверенным движением подхватил пьяную девушку за талию и отвёл за деревья подальше от посторонних глаз. Он поддерживал Дашины волосы, пока её выворачивало. Наконец судороги прекратились. Девушка жалобно всхлипнула.
— Ну, всё, Даша, всё. Сейчас тебе легче станет, — успокаивающе сказал он, — Тебе нужно умыться.
К ним подошла Соня и протянула сестре влажную салфетку. Пока Даша вытирала лицо, Соня строго сказала:
— Ты поедешь с нами. Я уже позвонила тёте Ксюше, она тебя ждёт.
Даша прижалась к Илье и, обхватив его за шею, сказала:
— Илья, с тобой я куда хочешь, пойду, куда бы ни позвал.
— Эй, полегче, — раздражённо перебил её Илья, освобождаясь от захвата её рук и отстраняя девушку от себя, — Давай соблюдать дистанцию, Дарья. И давай-ка сами иди ногами, в состоянии уже.
Девушка недовольно хмыкнула и со злостью взглянула на Соню.
— Стерва ты, Сонька. Хоть и подруга мне, — произнесла она.
Соня ничего не ответила, не стала вступать в разговор с пьяной Дашей, только дверцу машины открыла, помогая Илье усадить бывшую подругу на заднее сидение.
Они довезли Дашу до дома и отдали её в руки тёти Ксении. Всё это заняло около сорока минут. Соня с сожалением глянула на часы.
— Без четверти двенадцать. Так задержались…
— Не волнуйся, Соня. Я будильник заведу, встану рано и тебе позвоню, разбужу. На автобус успеем.
— Да, вот и лето закончилось… — с грустью произнесла Соня, — Это было лучшее лето в моей жизни.
— В моей тоже, — с готовностью согласился Илья, — Но у нас теперь каждое лето будет лучшим, и зима, и весна, и осень. Знаешь почему, Соня?
— Потому что мы вместе будем? — несмело спросила девушка, чувствуя, как в груди становится тепло.
— Правильно. Угадала, — ответил Илья, — Теперь только так, привыкай.
— Мне не нужно привыкать, Илья, — с мягкой улыбкой отозвалась Соня, — Мне кажется, мы с тобою были всегда вместе, даже когда ещё этого мира не существовало.
Илья обнял Соню, прижал её к себе и дотронулся губами до её лба, поцеловал едва касаясь, и, смотря в её глаза так близко, что она отчётливо видела жёлтые вкрапинки в радужке его зелёных глаз, произнёс с нежностью:
— Романтичная моя девочка…
Глава третья. Медвежья Падь
После летнего сезона в «Медвежьей пади» Соня заработала неплохие деньги, и Павел Данилович порекомендовал её заместителю генерального «Золотых россыпей» Кириллу Геннадьевичу Багрянцеву. Евгения Захаровна уже давно собиралась на пенсию, и вот теперь, когда ей нашлась замена, она решила оставить свои дела Соне Вольской.
— На следующий сезон не останусь, не ждите и не рассчитывайте. Соню Вольскую на моё место берите. В город к детям поеду, внук осенью в первый класс пошёл. Надо им помочь, в школу и из школы водить, уроки делать. Они-то на работе, невестка моя и сын. Да и ноги болят, и спина. В тягость мне эти поездки по участкам стали, — пояснила на прощание Евгения Захаровна.
Соня уехала в город вместе с Ильёй. Ей предстоял последний учебный год, а Илья поступил в политехнический колледж, как и планировал. Он очень хотел бы жить вместе с Соней, но такой возможности не было. Снимать квартиру стоило больших денег. Илья, конечно, мог бы взять деньги у отчима, но не хотел этого делать. Он хотел самостоятельности, и когда уезжал, денег не взял ни у матери, ни у Игната Романовича. Того, что он заработал за сезон, ему должно было хватить на жизнь в городе. Они жили в разных общежитиях, даже в разных районах города и встречаться могли только по выходным, не чаще. Илья любил представлять, как он сможет снять квартиру и привести туда Соню, как они вместе будут готовить вечерами ужин, а потом так же вместе готовиться к занятиям. Но средства пока не позволяли, поэтому в середине января Илья сдал зимнюю сессию и перевёлся на заочное отделение, а уже в конце февраля собирался вернуться в Медвежью падь, где нужно было готовиться к новому сезону. Павел Данилович его ждал, сам встретил в офисе в Таёжном и сразу же, ничего не утаивая, сказал:
— Илья, дела там идут не так хорошо, как бы хотелось. Участок поднимать надо. Проблем там даже не море, а океан просто. Помощь мне твоя нужна, один не справлюсь.
Проработав с Ильёй месяц, Павел Данилович связался с зам генерального Багрянцевым и рекомендовал нового начальника участка на предстоящий сезон. Багрянцев одобрил и в первое воскресенье апреля подписал приказ о назначении. У Кирилла Геннадьевича установилась негласная традиция — подписывать приказы о назначении руководителей в день геолога.
В четверг вечером, как и было оговорено, Илья забрал Соню из общежития. А уже в пятницу ранним утром они ехали по федеральной трассе в направлении Медвежьей Пади.
— Как же здесь красиво! — восхищалась девушка, смотря в окно машины. — А я уже почти и забыла, как здесь красиво.
Илья сдержанно улыбнулся в ответ. Он внимательно смотрел на дорогу, но всё же иногда не мог удержаться от того, чтобы отвлечься от дороги и полюбоваться женой. По обеим сторонам возвышались огромные сосны, устремляясь мохнатыми ветвями в бледно-синее осеннее небо.
— И дорога какая хорошая, — заметила Соня.
— Да, дорогу мы сами отсыпали. Ещё год назад здесь на такой машине было бы не проехать. Начальство к нам только на вертолёте добиралось, — сказал Илья.
— Ты видел Евсеева? — осторожно предположила девушка.
— Его самого — нет. Бог миловал, — резко ответил Илья. — Надеюсь, что и дальше с ним не пересекусь. Он нечасто бывает на участках, в основном поручает это дело своим замам.
Когда приехали на участок, Илья сразу отвёл Соню в свой балок. Его заместитель и сосед по балку был заранее предупреждён, поэтому ещё накануне тактично переселился на время в другой балок.
— Неудобно как-то, — заметила Соня. — Из-за меня человека пришлось выгнать.
— Да всё удобно, — отмахнулся Илья. — Он и так здесь один жил считай с конца мая. Так что располагайся, Соня, ничего не стесняйся.