Крисия Ковальски – Полночный синий, или Художник и принцесса (страница 12)
Аня беспомощно всхлипнула. Тагир приблизился и провёл пальцем по её щеке, растирая по её лицу слёзы.
– Тебе понравится, – доверчиво прошептал он, взял за руку, отворил тяжёлую дверь и вывел девушку из комнаты в коридор. Аня почувствовала, как сразу воздух стал другим, не тяжёлым и вдохнула уже легче. Они прошли по коридору до соседней двери, оказавшейся туалетом. Аня скрылась за дверью и вышла через пару минут всё такая же бледная и растерянная.
– А теперь в ванную комнату, – приказал Тагир уже другим тоном, в котором не осталось ни намёка на насмешку, – Прими душ и тщательно подмойся. Я жду тебя здесь. Не задерживайся. Даю тебе ровно семь минут. Промедлишь – будешь наказана. Тогда начнём сразу с плети.
От его холодного властного тона Аня подобралась и сразу же вышла из оцепенения. Она поспешила в ванную комнату, поспешно разделась и встала под душ, выполнила гигиенические процедуры быстро и тщательно. Страх подстёгивал её, торопил, не давал впасть в оцепенение. Как только девушка вышла, Тагир взял её за руку и нетерпеливо подтолкнул к тяжёлой массивной двери, толкнул в комнату. Дверь с глухим ударом плотно затворилась за ними.
Глава третья. Дима
После долгих и утомительных лекций и семинара в пыльной и душной аудитории прохлада осеннего дня казалась приятной, легкий ветерок приносил запах жжёной листвы и мокрого асфальта, недавно прошёл мелкий, почти летний, дождик. Аля не стала застёгивать плащ, ей хотелось ощущать прохладу влажного ветра. Девушка осторожно спустилась со ступенек на новых туфельках. Она ещё не привыкла к ним и не успела их разносить. Эти винтажные на вид туфельки очень понравились Але. Лакированные и тёмно- бордовые в стиле «Мери Джейн» с двумя перекрёстными ремешками возле самой щиколотки, они очень изящно смотрелись на ножках, обтянутых ажурными чулками цвета тёмного капучино. Аля вообще любила поэкспериментировать с модой и на занятия сегодня оделась в винтажном стиле, сделала причёску и укладку как на старых фотографиях пятидесятых годов, надела шёлковую блузку темно-зелёного цвета с высоким воротничком и длинными строгими рукавами, чуть расклешённая с поясом юбка миди в темно-коричневом цвете. Чем была притягательна современная мода для Али, так это тем, что можно одеться в любом стиле и при этом не выглядеть выделяющимся из толпы. Современная мода вариативна, толерантна и демократична. И даже со скромными доходами можно одеваться вполне стильно.
Когда Аля достигла последней ступеньки, её догнал уже знакомый мужской голос:
– Давай подвезу, принцесса. Ты же без авто?
Аля повернулась, хотя обладателя бархатистого насмешливого голоса узнала сразу. Перед ней стоял Ильяс и внимательно смотрел на неё тёмными глазами, и не просто смотрел, а с интересом разглядывал её.
– Спасибо, но я сейчас не домой. У меня встреча в кафе, – стараясь, чтобы её голос звучал мягче, произнесла девушка.
Но было, похоже, что её отказ парня совсем не смутил, он продолжал внимательно смотреть на неё. И Аля вдруг ощутила, насколько этот взгляд тяжёлый и алчный, агрессивно-мужской, и, осознав это, тут же смутилась так, что почувствовала предательский румянец на щеках.
– У меня есть одна единственная фотография бабушки, – вдруг непривычно тихим и приглушённым голосом говорит он, – Я никогда не видел её живой и не знал… Только один фотоснимок. И на нём она такая как ты, юная, в расклешенной юбке, с такой же прической. Я хочу тебя нарисовать.
Аля не сразу нашлась, что ответить на такое очень откровенное признание практически незнакомого человека, но, поняв, что он ждёт её ответа, спохватилась:
– Я никогда не была моделью, боюсь, у меня не получится.
– А отказывать у тебя получается мастерски, – вдруг резким почти злым тоном отвечает молодой мужчина, – Что бы я не предложил тебе, ты виртуозно обламываешь меня, принцесса. Доброго тебе дня.
И резко развернувшись, быстрым шагом направился к парковке. Аля не двинулась, смотрела ему вслед на удаляющуюся широкую спину. Сквозь тонкую футболку было видно, как при стремительном движении перекатываются мышцы на его плечах и спине. Девушка вдруг снова ощутила неловкость и отчего-то досаду, но не на него, на себя.
Девушка идёт не оборачиваясь, но спиной чувствует провожающий её взгляд. Она чуть ускоряет шаг, но, к сожалению, идти быстро в туфлях на каблуках не может и расслабленно выдыхает только когда пересекает парковку и оказывается за воротами территории университета. Возле автобусной остановки её ждёт Дима. Он внимательно и напряжённо смотрит через кованую ограду. Аля следует за его взглядом и замечает, что Ильяса уже нет на крыльце.
– Кто этот парень, который к тебе сейчас подходил? Что ему от тебя было нужно? – вместо приветствия ревниво спрашивает Дима.
– Да так… Один старшекурсник. Кажется, его зовут Ильяс… Да, точно, Ильяс Тагаев, – вспоминает Аля и добавляет небрежно, – Вчера на вечеринку нас с девчонками звал, но мы отказались.
– Кто? Тагаев? Ильяс Тагаев?! – недоверчиво переспрашивает парень, – Он звал тебя на свою тусу, а ты отказалась?! Так я тебя понял?
– А что, я должна была согласиться? – девушка с непониманием смотрит на своего друга, – Дима, что ты такое говоришь?
– Так… – Дима выдыхает, стараясь справиться с волнением и продолжает уже менее эмоционально, – Пошли, поговорить надо. Здесь у вас где-то кафешка неподалёку…
Он взял девушку за локоть и решительным шагом повёл её за собой через дорогу, где прямо напротив величественного, покрашенного в ярко-бордовый цвет здания университета находилось скромное маленькое кафе «Ваниль и корица». В уютном помещении за столиками всегда собирались студенты. Кто-то приходил, чтобы переждать окно между лекциями, кто-то встречался с друзьями, а кто-то и готовился к занятиям, расположившись за столиком с чашкой ароматного кофе, бутербродом и ноутбуком.
Дима купил две кружки кофе. Себе «экспрессо» без сахара и молока, и «капучино» с высокой горкой сливок для Али. Молодые люди устроились за свободный столик.
– Аля… Алечка… – начал парень, накрыв ладонью руку девушки, – Ты же знаешь, как для меня важно организовать мою выставку? У меня опять всё сорвалось! Тот зал в галерее на набережной, который я хотел арендовать, уже отдали другому художнику, какому-то Маркелову. И только потому, что он смог оплатить заранее всю сумму аренды.
– А как же ваша договорённость? – возмутилась девушка, – Ты же раньше этот зал просил, и тебе обещали.
– Я не смог в срок достать деньги, Аля! В очередной раз всё сорвалось! Эти чёртовы деньги! В нашем мире талант не важен. Никому не важно, что талант может изменить мир к лучшему! Никому и дела нет, что у тебя есть талант, если у тебя нет денег! – Дима говорил так отчаянно, что у Али задрожало внутри от сочувствия и острого понимания несправедливости бытия.
– Но деньги можно достать, нужно только время… – постаралась она успокоить друга.
– И сколько лет я буду их доставать?! Я художник, а не бизнесмен, Аля! Пока я буду думать о деньгах, время уйдёт! Время, которое я должен потратить на картины! Мне нужна эта выставка! И именно в этой галерее, только там меня могут заметить. Галерея «Alessandro» даёт шанс стать очень известным художником. Аля, помоги мне, пожалуйста!
– Но что я могу сделать? – растерянно произнесла девушка, – Ты же знаешь, что у меня таких денег нет…
– Зато у Ильяса Тагаева они есть, – резко прервал её Дима, а девушка вздрогнула и недоверчиво посмотрела на друга. Он же хладнокровно продолжил, – Подружись с ним, войди к нему в доверие, а потом попроси его помочь с выставкой. Он может арендовать зал в «Alessandro». Аля, сделай это ради меня! Его семья влиятельная и богатая, дружба с такими людьми – это очень большая удача, Аля.
– Но… как я с ним подружусь? – в каком-то оцепенении возражает девушка, – Ты же сам говоришь, что у него другой круг общения…
– Он обратил на тебя внимание! На тебя, Аля! Ни на Надю, ни на Леру, ни на одну из твоих подружек. Так воспользуйся этим. Согласись пойти с ним на эту вечеринку.
– Но я же отказала ему… – слабо возражает Аля.
– Так скажи, что передумала! – настаивает парень.
– Я боюсь, Дима. Он звал в общежитие, а я там никого не знаю. Поздно вечером, незнакомая компания… Его друзья… Они все старше меня… – испуганно отпирается Аля.
– Давай сделаем так, – терпеливо, мягко, но настойчиво начал Дима тоном, каким уговаривают капризных неразумных детей, – Я тоже туда пойду.
– Но тебя ведь не звали, – продолжает возражать девушка.
– Да неважно, приду и всё. И буду рядом, но ты сделаешь вид, что мы не знакомы, окей?
– Ну, хорошо… – с сомнением произнесла Аля, и в её голосе всё ещё чувствовалась неуверенность.
– Алечка… ты одна мне сможешь помочь. Больше никто, – с горячностью продолжил Дмитрий, сжимая её руку в своей, – Иначе я обречён на забвение. И мои картины, и мой талант, всё пропадёт напрасно. В этом бездушном меркантильном обществе только деньги имеют ценность. Ни тонкая душа художника, ни поэта, ни музыканта не смогут выжить в этом мире без поддержки. А мне останется только унести все мои картины на чердак, забыть о них и пойти работать кассиром в «Пятёрочку».