Крис Велрайт – Ценный груз (страница 56)

— Я не понимаю, как это дело может быть связано с вами, — искренее недоумевал молодой судья.

Дэмин сам не понял, как вдруг начал мысленно перебирать все варианты того, что стоит ожидать от наложницы. Может ли она быть причастной к этому делу? Сомнительно. Ведь тогда и его брат будет причастен. Они оба отсутствовали долгое время в Синторе, и по их возвращении вдруг разразилось данное происшествие. Но если допустить, что наложница как-то причастна к затевающемуся мятежу, то его брата будет еще сложнее освободить из плена Ведомства Безопасности.

Нет, такого точно не может быть. Джан вспыльчив, резок на решения и слова, но не дурак. Он бы заметил, если бы его женщина якшалась со странными личностями.

Но могла ли Рия сейчас вступить в сговор с мятежниками в обмен на обещание, что они помогут освободить Джана? Ведь если в этом замешан чиновник из двора правителя, то он обладает большой властью. Но как бы этот человек проник в их дом? Хотя, кто-то же выкрал подвеску Дэмина. Но что, если она действительно знает что-то полезное?

Раньше Дэмин не был столь подозрителен к людям, теперь же он не мог прекратить искать в людях сокрытые мотивы. Его голова буквально раскалывалась от возможных вариантов.

— Ее зовут госпожа Сюэ Хэ? — прозвучал нежный голос Рии, освободивший молодого судью от мучительных раздумий.

— Да, все верно, — тихо ответил Дэмин, — ее зовут именно так. Сюэ Хэ.

— Тогда, — наложница вздохнула и опустилась на ковер, — мне есть что вам рассказать.

Дэмин решил присесть на ковер рядом с ней. Ему надоело видеть ее смиренное положение у ног господина, к тому же он боялся, что слуги могут подслушивать их. А так они смогут тише вести разговор.

— Я уже говорила вам, что меня продали в рабство, а один господин выкупил и помог обжиться в крепости гарнизона Синторы. Но я не сказала вам всего. Фамилия того господина — Хэ, и он был ответственным за пополнение припасов крепости. — Наложница пыталась понять, о чем сейчас думает молодой судья, но лицо Дэмина походило на каменное изваяние, — вам знаком этот человек?

— Не уверен в этом. Продолжайте.

— Тут вы уже должны были догадаться, — она лукаво улыбнулась, — этому человеку назначил приговор ваш отец. Его казнили за кражу военного имущества. Но я считаю, что никакой кражи не было. Мой спаситель был честным человеком. Впрочем, нет смысла об этом говорить, жизнь я ему уже не верну, хоть мне по-прежнему горько и больно вспоминать о тех событиях. Представляете, что ощущает та, кого он приютил, спас, воспитал и защитил?

— Я понимаю, — Дэмин ответил довольно сухо, потому что был озабочен тем, что его отец мог вынести неверное решение, — Если он действительно невиновен, то как только я разберусь с текущей ситуацией, обещаю, что постараюсь восстановить честь этого человека и его семьи.

— Его семьи… — Горько усмехнулась наложница, — его семья, как раз таки, устала ждать, пока это произойдет! Ответьте, молодой господин: ощущая злость, несправедливость, боль, разочарование в системе и горечь утраты близкого человека и видя, как чиновникам наплевать на доброе имя собственного отца, что бы вы сделали, если бы являлись его отпрыском?

— Постарался бы добиться справедливости, — Дэмин не понимал, к чему клонит наложница.

— Это если бы вы верили судебной системе, — Рия положила свою руку поверх руки Дэмина, — а если нет, то вам остается только одно, — ее глаза чуть сузились, и в них на мгновение проскочила искра злобы, — отомстить всеми возможными способами.

— Но как с этим связана госпожа Сюэ Хэ? Пусть у нее и та же фамилия, но ее отец жив и здоров.

— А вы проверьте родословную, — она бережно поглаживала пальцы Дэмина, словно мать, успокаивающая ребенка, — Сюэ Хэ — неродная дочь господину, что сейчас является главой в их поместье. Ее воспитал брат несправедливо осужденного господина Хэ. Только так можно было спасти девушку от позора ее отца. К тому же все равно у брата господина Хэ не было детей.

Дэмина словно поразило молнией. Причем дважды.

Не тот ли это господин, о ком он рассказывал перед экзаменационной комиссией? Случайно ли Гувэй посоветовал это дело для экзамена? Или он догадывался о чем-то? Или то была отвратительная насмешка? Ведь Дэмин так рьяно рассказывал экзаменационной комиссии, что для чиновника его работа должна стоять даже выше семьи. А теперь, когда он сам оказался в такой ситуации, ему было уже сложно согласиться со своими же словами.

А самое ужасное, — вдруг понял Дэмин, — так это то, что судьей, что выносил приговор господину Хэ, был его отец. Могло ли быть так, что этот мятеж спланировала госпожа Сюэ ради мести за несправедливо казненного отца? Тогда выходит, что его семья стала причиной, что толкнула несчастную девушку к совершению жуткого преступления. Но разве могла она быть таким ужасным человеком, который не смог совладать со слепой злобой и поддаться искушению самой сотворить правосудие?

Все это показалось Дэмину нелепым сном.

И почему он тогда не связал фамилию подсудимого и госпожи Сюэ, решив, что это простое совпадение! Опять он был жутко невнимателен к деталям! Конечно, фамилия Хэ — очень распространенная, и если зайти в архив и открыть списки всех, кто там зарегистрирован, то под такой фамилией отыщутся десятки горожан Виты, и тысячи людей живущих в провинции. Но ведь достаточно было просто проявить любопытство к ее родословной. Много бы времени это не заняло. Но Дэмин тогда и подумать не мог, что любая мелочь может оказаться важной составляющей этой головоломки.

— Ты хочешь сказать, что Сюэ Хэ пытается отомстить судебной системе Синторы? — не удержался и тихо засмеялся Дэмин. Он вспомнил бедную, хрупкую фигуру госпожи, что тряслась от слез и страха в повозке. Это показалось ему глупой идей, которая преобразилась в смех, на фоне нервного напряжения, — девушка, воспитанная для того, чтобы выйти замуж, создает столь хитрый план ради мести собственной провинции?

— Не обязательно губить всю Синтору. Достаточно отомстить вашей семье, господин, — пронзительный взгляд Рии остановил смех Дэмина, — а госпожу Сюэ, в свою очередь, могут использовать те, кто имеют бо́льшие амбиции. Все в крепости знали малышку Сюэ. И у нее был ключ от кабинета своего отца. Кто знает, что она там нашла.

— Тайник с оружием? Но ты же сказала, что ее отец ложно обвинен. Что он не похищал военного снаряжения.

— Может быть, он был лишь пешкой, и кто-то воровал привезенное им оружие. А может быть, госпожа Сюэ нашла бухгалтерские книги или черную бухгалтерию. А может, нашла тех, кто помог ей спланировать обвинение для вашего отца и Джана. Я не знаю, что она там нашла, господин, и ничего не утверждаю. Но если бы я была ею, я бы жизнь свою отдала, чтобы отомстить убийцам моего отца. Как сейчас готова разорвать любого, кто хочет причинить вред Джану.

Ее глаза сверкнули неподдельной злобой. Эта хрупкая девушка таила в себе огромную душевную силу, и Дэмину не хотелось бы становиться ее врагом. Впрочем, и не удивительно, что Рия производила такое впечатление. Вряд ли бы слабая и глупая девушка смогла бы вынести столько жизненных невзгод. Она же выстояла и продолжила улыбаться. Внешность обманчива.

Дэмин умолк, разглядывая бледную кожу и тонкие пальцы наложницы. Если все, что она рассказала, правда, то выходит, что госпожа Сюэ вовсе и не жертва обстоятельств. Она сговорилась с господином Ляном, и возможно, именно она раздобыла то военное снаряжение. Именно она подставила отца и брата Дэмина. Но как госпожа Сюэ заполучила его подвеску? Почему теперь оказалась в Синторе и от кого прячется? Конфликт с Ляном? Может быть, они не были любовниками, а были лишь подельниками и не поделили прибыль или не сошлись в каких-то условиях? Но как же господин Лин? Причем тут он? Зачем он выкупил Ляна?

В любом случае, госпожа Сюэ сейчас находится в Медовом Поцелуе под присмотром человека, на которого Дэмин может положиться. Поэтому завтра стоит сначала допросить господина Лина, а потом немедля доложить обо всем Гувэю.

Возможно, это не столь безнадежное дело, если получится добиться от госпожи Сюэ и господина Лина правды.

Глава девятая

Предсказатели погоды обещали, что скоро придут грозы, которые на время утолят измученную землю водой. И будто в преддверии этого события солнце пекло пуще прежнего. Даже несмотря на то, что молодой судья и его мечник выехали из поместья на рассвете. На стенах города прозвучал первый утренний гонг, оповещающий о часе жавронка.

— Ты снова утешал наложницу брата? — Мингли выспался и чувствовал себя прекрасно, поражаясь тому, насколько человеческое тело зависит от сна и отдыха. Можно устать за день так, что рисовое зернышко к вечеру прожевать сложно становится, а утром вновь наполниться силами. Будто люди подобны цветам, которые засыхают на дневной жаре, но, напитавшись росой, с рассветом снова оживают.

— Мне жаль ее. Боги даровали бедняжке непростую судьбу и продолжают подбрасывать испытания.

— Какой же ты жалостливый, — цокнул языком Мингли, — не стоит оценивать монету по ее блеску, проверь на зуб, может, она лишь искусная подделка.

— Я не ожидал услышать от тебя иного, — Дэмин улыбнулся. Хотя бы Мингли остается все тем же. История с Гувэем все еще ранила его сердце. Пусть друг и не со зла дурил его годами, но от этого знания ситуация не стала менее раздражающей. Неприятно ощущать себя глупцом, принявшим тень за истинное обличие.