Крис Велрайт – Ценный груз (страница 51)

У Мингли тоже был свой учитель в мире демонов, и тот поведал ему, что тот демон, кто познает сердце человека, может получить самый желанный дар от богов — возможность перерождения души. А так как память демонов устроена иначе, чем у людей, то, даже возродившись, они не забудут о прошлой жизни. Если Мингли удастся заполучить такой дар, то остатки страха покинут его, и тогда он сможет, не боясь, восстать против чароплетов.

Мингли не врал, говоря Дэмину, что не испытывает ненависти к людям, он просто считал, что таким существам нельзя доверять магию. Они многих уже истребили и слишком много нанесли вреда окружающему миру. По его мнению, если забрать у людей знания о магии, — истребив чароплетов, — с человечеством ничего страшного не случится, а вот остальные существа вздохнут облегченно. Проблема такого плана была лишь в одном: в туманном и весьма пространственном описании того, что значит познать сердце человека, дабы обрести и дар перерождения души.

Сначала Мингли воспринял сказанное своим учителем буквально. Он начал охотиться на людей, вырывать их сердца и пожирать. Людская плоть на вкус оказалась более противной, чем то отвратительное чечевичного печенье. А ему немало пришлось заглотить этих кусков мяса, прежде чем осознать, что нет никакой разницы между сердцем невинного ребенка или сердцем скупого правителя. И такой способ совсем не работает.

Тогда Мингли решил залезть в человеческое тело. Ведь будучи внутри этой оболочки, сердце тоже станет частью его? Он подыскал подходящую жертву, изгнал из его тела душу и вкарабкался в обретенный сосуд. Там оказалось тесно, неудобно и неуютно. Отвратительный запах людской кожи постоянно щекотал ноздри, а малые размеры туловища зажимали лапы и хвост. Минуло несколько лет, прежде он смог приноровиться жить в такой крошечной избенке. К сожалению, сердца человека он так и не познал.

Тогда он обратился к философским писаниям, где тщательно и нудно выводились парадигмы: что есть сердце людское и как его познать. Итогом изысканий стала мысль, которая посетила демона после встречи с ведьмой — сердце, в сказанной его учителем фразе, было метафорой. Вовсе нет смысла пожирать или обладать этим физическим объектом. Речь шла о другом: познать сердце человека — изведать его чувства, понять их, пережить их, и самое сложное — попытаться родить симпатию к себе.

И здесь Мингли столкнулся с еще более жуткими открытиями. Жавшее тело и противный вкус плоти оказались малой крохой того зла, что скрывали человеческие души. Как же низменны и омерзительны те оказались. Не было на его пути ни одного человека, кого действительно демону захотелось бы понять. Пока однажды ведьма, которую он повстречал, не рассказала об очень любопытном представителе этой расы.

Полгода Мингли наблюдал за Дэмином, предпочитая сильно не сближаться, пока не удостоверился, что этот человек поможет демону в познании сердца. Другие люди, которых он встречал, были слишком сильно погружены во власть своих страстей, в то время как Дэмин постоянно боролся с ними. Конечно, святым его назвать было нельзя, но подобные противоречия — самая благодатная почва для того, чтобы максимально сблизиться с человеком. Упрямцы, верующие и те, кто слишком непоколебимы в своих взглядах, не позволяли демону коснуться свих своих сердец. А мечущаяся в сомнениях душа — прекрасная цель для таких намерений. Такие люди легко поддаются обману. Что только стоит тот инцидент в камере. Мингли тогда с трудом сдержал смех, ощущая эмоции Дэмина, когда тот решил, что демон позволил узнику добраться до ножа, потому что в нем взыграло благородство и желание позволить умереть этому бедолаге достойным образом.

Как легко и просто вертеть этим господином! — не единожды поражался Мингли.

Сначала он предстал перед Дэмином заносчивым и зловредным демоном, что насмехается над людьми, но стоило поведать о своем родственничке, — загубленном чароплетами, — как сразу демон почувствовал эмоции сострадания и симпатии, адресованные ему. Вот что значит приправить ложь крупицами правды, дабы та стала неотличима от истины! Еще немного, и этот человек назовет Мингли своим другом. Демону даже стало немного жаль наивного господина. Хотелось бы, чтобы Дэмин был чуточку умнее, ибо остальные его качества действительно нравились Мингли. Даже наивная вера в добропорядочность и желание следовать каким-то нелепым кодексам у демона вызывали зависть и восторг. Но то, как этот глупец был не в силах разобраться в людской хитрости, наоборот, омрачали. Ведь Дэмин даже ни разу не задался вопросом, почему Мингли жил подле него столько месяцев, а потом вдруг внезапно решил пойти на сближение? А поступил демон так, потому что решил, что этот человек ему подходит. Осталось только создать все условия для того, чтобы людское сердце прикипело к Мингли и тот, тем самым, его познал.

Такой план вызывал в нем восхищение собственным умом. Если никто до него не обрел дара перерождения души, то выходит, что он самый умный, хитрый и способный демон! Разве его затея не гениальна? К тому же полностью безопасна и полна приключений. Ну что может пойти не так?

«Он так невнимателен к деталям, — Мингли недовольно цокнул языком, глядя в спину уходящего Дэмина. Демон взаправду расстроился от такого факта. — Придется за ним присмотреть, чтобы никто не испортил задуманного мной плана. Надо поскорее отодвинуть от него подальше Гувэя. Он может все испортить, ибо вероломен и лжив, как… — Мингли улыбнулся собственным мыслям, — как настоящий демон.»

Он тихо засмеялся, стараясь сделать это так, чтобы Дэмин не заметил.

Они разошлись в разные стороны у ворот семейного поместья Каведы. Молодой судья торопливо свернул за угол, выискивая глазами старика и повозку, пока не увидел их в тени огромного каштана. Он поспешил пересечь улицу, внимательно оглядывая всех, кто встречался ему на пути. Теперь, находясь без компании Мингли, Дэмин ощутил странное чувство, словно он вышел из дома и позабыл надеть обувь или причесаться. Теперь можно понять других знатных сыновей, кто говорили о том, что настолько привыкают к присутствию слуг, что не в состоянии в одиночестве дойти даже до борделя. Кто-то непременно должен следовать подле них. Так что, с одной стороны, в этом не было ничего необычного, но с другой — Дэмина поразило, что подобную зависимость он ощущает по отношению к демону. Разве такие, как он, не враги человеку? И все же, острый клинок тоже опасен, но тем не менее без меча не обойтись воину, как и без ножа не справиться на кухне. Вероятно, так будет проще всего относиться к Мингли — как к опасному оружию, требующему иметь сноровку с ним справиться.

Старик слабо улыбнулся Дэмину, который уже подошел к повозке и предложил тому забраться внутрь.

— Куда распорядитесь, туда и двинемся, — сказал конюх, — наши жизни в ваших руках, господин.

Дэмин аккуратно забрался внутрь и присел напротив госпожи. Она была одета в неприметного цвета платье. Обычно темные, блеклые оттенки носили безродные женщины. Лицо ее было скрыто такого же цвета тканью, крепящейся заколками к волосам. Весь вид говорил о том, что она действительно опасалась, что ее кто-то узнает.

— Госпожа, — поприветствовал ее Дэмин, кивну головой.

— Господин судья, — тихо пролепетала девушка, сложив руки и постаравшись поклониться, как полагается, что было сложно выполнить в тесной повозке и из положения сидя.

— Насколько я понял, вы считаете, что находитесь в опасности, и вам требуется найти место, где можно укрыться? — Дэмин дождался, когда она коротко кивнет в знак согласия, — к сожалению, новость о вас была для меня внезапной, и я не смог придумать ничего, кроме предложения спрятать вас в одной из комнат Медового поцелуя.

— Борделя? — возмутился старик, — господин судья, вы понимаете, как это унизительно для молодой незамужней девушки?

— Прошу прощения, — искренне извинился Дэмин, — но я никогда не сталкивался с подобными ситуациями. Возможно, мне стоит попросить чьей-то помощи, например, тех, кто работает в Ведомстве Безопасности. Скорее всего, уж у них-то полно мест в городе для укрытия людей, которые никто не сможет найти.

— Исключено, — строго отклонил это предложение старик, — мы не можем никому доверять, кроме вас. Постарайтесь придумать другое место.

— Послушайте, я не был готов к таким событиям. Я — судья, а не дознаватель, мне не доводилось иметь дело с подобными сложностями.

— Мне подойдет и Медовый поцелуй, — тихо проговорила госпожа, — простите нас за доставленные неудобства, — ее голос дрожал. Казалось, будто она плакала. Дэмин невольно вспомнил наложницу брата, — мне действительно больше не к кому обратиться с подобной проблемой.

— Пожалуйста, не переживайте, — Дэмин постарался, чтобы слова прозвучали как можно мягче, — никто никогда не узнает, что вам пришлось там скрываться. Клянусь фамилией своего отца.

— Благодарю вас, — госпожа низко склонила голову.

— Распорядитесь, чтобы правили повозку к Медовому поцелую, — приказал конюху Дэмин и снова обратился к девушке, — расскажите, что с вами произошло.

— После того, как с господином Ляном случилось то несчастье. Я имею в виду обвинение в попытке украсть корабль господина Ши, мы продолжали поддерживать с ним связь. Я ходила в тюрьму под предлогом желания проявить добродетель и накормить заключенных и имела возможность найти его там, — она смяла тонкими пальцами ткань своего платья, — не подумайте, я не лгунья и притворщица. Я действительно носила еду заключенным, но поступила так не только из желания улучшить их долю, хотя и сочувствовала этим несчастным людям. У меня просто не было иного выбора. Я обязана была найти Ляна. Ведь мы к тому моменту уже были тайно обручены перед богами, — она сделала паузу, покорно выжидая, что Дэмин начнет ее осуждать, но молодой судья смолчал, — я всегда симпатизировала господину Ляну. Он человек открытый, иногда даже слишком, и потому часто вступал в ссоры с другими людьми. Его авантюрная натура притягивала меня, и я не смогла устоять, когда он признался мне в любви и поклялся, что сделает все для моего счастья и того, чтобы моя семья позволила нам быть вместе. Но я понимала, что это невозможно. Моя матушка желала видеть в роли моего жениха только богатого человека и желательно с хорошей родословной. Мы с ним часто тайно встречались или переглядывались между собой, пряча улыбки, когда виделись вместе с остальными друзьями. Нас тянуло друг к другу. Не знаю, поймете ли вы меня, господин судья. Иногда люди словно связаны между собой, и ничто не может остановить или предотвратить этого притяжения. Спустя какое-то время мы поняли, что матушка намерена выдать меня за господина Лина. И тогда, перед тем злополучным происшествием с ложными обвинениями о попытке украсть судно господина Ши, мы с Ляном тайно скрепили наш союз.