Крис Райт – Джагатай-Хан: Боевой Ястреб Чогориса (страница 20)
Итак, ксеносы разбирались во всем. Неким таинственным образом они знали, как руководить своим вроде бы анархическим государством, понимали, кто бросил ему вызов, и защищали свои владения со всей находчивостью и свирепостью. Начальный оптимизм командиров Имперской Армии давно уже сменился усталостью и принятием того факта, что кампании против множества орочьих империй будут отличаться от других завоеваний, которые завершались в считаные месяцы и открывали дорогу для триумфальных миссий Согласия. В ранние дни противостояния некоторые даже считали, что столкновение настолько близких по силе врагов ознаменует финал человеческой экспансии. Их крайне огорчала растрата колоссальных ресурсов, поглощаемых таким исполинским и непрестанным круговоротом насилия.
Однако же Легионес Астартес создавались с расчетом на таких неприятелей, и со временем оборонительные линии чужаков начали рассыпаться. Космодесантники наносили удар за ударом, снося защиту миров-часовых волнами тщательно подготовленных высадок. Такие битвы не становились легче. Любая из них оказывалась кровопролитной, упорной и неприкрыто варварской. Но ход кампании понемногу менялся, и границы уделов Гарлука постепенно сдвигались.
Так очередь в списке уничтожения дошла до Гар-Бан-Гара. Кристаллическая планета располагалась на перекрестке эфирных трасс, соединявших дюжину систем, три из которых уже подвергались атакам Белых Шрамов под началом Гияхуня. Разрушив ее, имперцы обезопасили бы свои фланги от контрнаступлений и подорвали бы способность орочьего вождя маневрировать войсками по всему субсектору. Пока Хорус рвался к кольцу укрепленных миров в центре, V легион планировал провести выпад здесь, чтобы расчистить дорогу для неизбежного финального натиска в сердце владений Гарлука.
Элементы плана сплетались в изящное полотно критических по времени ходов, которые надлежало сделать в строго определенном порядке. Задержка здесь ставила под угрозу операции в других местах. Это понимали все — Хан, союзные части, имперское верховное командование, даже сами зеленокожие. Именно поэтому непрерывность продвижения становилась определяющей в том или ином смысле. Для людей промедление означало поражение; для орков с каждым лишним днем возрастали шансы на то, что они сумеют разделить врагов и отвоевать утраченную территорию.
Вот о чем думал изможденный Хасик, сидя на корточках.
«Мы недостаточно быстры».
Небо приобрело черно-красный оттенок: его подсвечивали самые последние лучи давно уже скрывшегося солнца. В вышине за разреженной атмосферой живописно рассредоточенные звезды. Они скапливались более густо, чем на Терре или Чогорисе, поскольку Гар-Бан-Гар находился ближе к ядру Галактики.
Звуки битвы по-прежнему доносились отовсюду. Легионеры захватили кряж четыре часа назад, после чего занимались только тем, что пытались его отстоять. Инженеры ауксилии превосходно показали себя, проворно развернув осадную технику и закрепив в грунте стационарные оборонительные позиции. Солдат, оставленных в резерве на время изначального прорыва через траншеи, теперь разместили на северном краю возвышенности. Этим бойцам поручили удерживать недавно отбитый участок и, чтобы укрепить их решимость, придали им отделения Астартес.
Другие ауксиларии, измотанные за несколько дней постоянных сражений, по большей части нуждались в отдыхе. Их обгорелые танки тоже страдали от чрезмерной нагрузки: батареи питания показывали отсутствие заряда, отсеки для боекомплекта пустовали, а члены экипажей сидели, безвольно привалившись к остовам своих машин. Чужаки никуда не делись, однако даже они не могли атаковать вечно, поэтому расположились на открытой местности и непрерывно издавали свой проклятый рев, мешая неприятелям урвать хотя бы минутку сна. Издалека доносился грохочущий ритм барабанов, обшитых железом, и где — то в ночи танцевали зеленые всполохи пси-энергии.
Атмосфера враждебности также не исчезала. Через какое — то время имперские воины начинали слышать орочью злобу в полудреме, видеть ее в каждом случайном луче грязно-оранжевого света, чувствовать в своих дрожащих пальцах. Ее ощущали даже закаленные солдаты и космодесантники.
Моргнув, Хасик стряхнул усталость, поднял голову и различил знакомый силуэт капитана Лунных Волков, который подходил к нему, скрежеща сабатонами. Галкуза Реор выглядел скверно: его правый наплечник, разодранный когтями, свисал с креплений, а наколенники искрили разрядами из пробитых кабелей.
Нойон-хан выпрямился. Остальные легионеры Пятого, собравшиеся вокруг него, устало отсалютовали гостю — изобразили знак аквилы в обычной имперской манере.
— Поганые твари, — мрачно произнес капитан. В его хриплом голосе тоже звучало утомление.
— Точно, поганые, — согласился Хасик, говоря на готике. — Сильные, правда…
Реор включил экран тактического гололита, и в ночном воздухе между ними замерцали каркасные модели.
— Мы южнее точки, где должны находиться. Три дня пути.
— Знаю. Мысли?
Капитан и нойон-хан часто совещались в течение предыдущих шести месяцев тяжелой кампании. Лунный Волк, выросший среди бандитов и отступников, оказался более резким и жестким человеком, но при этом отличным командиром — непредвзятым и с прекрасными навыками полководца.
— У меня — никаких. У тебя?
— Возобновить орбиталки? — неуверенно предложил Хасик.
Имперцы не особенно часто бомбардировали Гар-Бан-Гар. Во-первых, при таких обстрелах феноменальными темпами расходовался боекомплект, необходимый для действий на низкой орбите против вражеских кораблей-развалюх, до сих пор терзавших экспедиционный флот. Во-вторых, эффективность ударов снижалась из — за уникального ландшафта планеты. Ее поверхность в основном состояла из плотных скоплений огромных геодезических выступов полупрозрачных кристаллов. Среди этих высокопрочных структур хватало надежных укрытий, поэтому для нанесения серьезного ущерба врагу требовались бомбардировки повышенной мощности. Чтобы не попасть под огонь, легионеры всякий раз отходили на несколько километров, чем ясно давали понять чужакам, что им пора окапываться.
Кроме того, воины практически не могли наступать по территории, разрушенной орбитальным обстрелом. И без того тяжелые сражения в кристаллических ущельях становились гораздо сложнее, когда на каждом квадратном метре разбитых теснин валялись бесформенные груды осколков длиной в человеческий рост, способные пронзить керамит.
Галкуза не отверг идею сразу. Он прислонился спиной к ближайшей из поблескивающих колонн и жестом подозвал кого — то из своих бойцов.
— В крайнем случае. «Молот злости» еще двенадцать часов пробудет в зоне доступности. Но мы оба знаем, каковы недостатки.
Подошел приглашенный им Лунный Волк. Бледносерую броню легионера покрывали узоры из тонких черных полосок, словно от пролитых чернил. Его наплечники украшал герб в виде открытой книги, выведенный синей краской. Латные перчатки воина почернели, словно он долго продержал их внутри печи для обжига.
— Это Жерет, — сообщил Реор. — Библиарий.
— Не думал, что…
— Он изучает псионические силы, а не использует их. Мы не какие — то чертовы дикари.
Сложно было понять, улыбнулся ли капитан под шлемом.
— Мы провели анализ звукового заслона, порождаемого чужаками, — начал Жерет. — Еще раз. Нам известно, что они таким образом укрепляют себя. Мы знаем, что у них есть каста шаманов, и эти существа, размещенные вне нашей досягаемости, создают данное явление. Кристаллы, как мы полагаем, применяются ими в качестве усилителей. Значит, здешний ландшафт сам по себе усложняет проблему.
Хасик устало посмотрел на молодого легионера:
— Я велел снайперам, чтобы валили любого шамана, который попадет им в прицел. Близко им подобраться не удалось. Хейны не дураки.
— Но у вас тоже есть… шаманы. — Последнее слово библиарий произнес почти смущенно.
Нойон-хан сухо улыбнулся:
— И у них полно дел. Боргал, расскажи им!
Из теней выступил Белый Шрам, такой же изможденный, как все прочие. В руке воин держал посох с черепом наверху, однако избегал опираться на него. Жезл служил оружием, а не костылем.
— Мы можем бороться с этим явлением. — Он говорил намного тише остальных, но его акцент, легкая чогорийская картавость, звучал более выраженно. — Однако их в пространстве душ тысячи, а нас горстка. Вот в чем трудность.
— Но ключ к решению все равно здесь, — заметил Галкуза. — Прикончить шаманов, и поле ослабнет. Мы такое уже видели.
— Орки научились лучше защищать их, — сказал Хасик.
— Тогда мы должны научиться лучше убивать их, — парировал Жерет.
Нойон-хан кисло усмехнулся:
— Проще некуда.
— Поле нельзя уничтожить, — вмешался Боргал. — Чужаки…
Какое — то время легионеры стояли в полном безмолвии. Ауксйлия не прекращала заградительный обстрел, и снизу кряжа доносились глухие хлопки минометных залпов. Вероятнее всего, ксеносы не станут штурмовать возвышенность сегодня ночью: атака на окопавшегося противника по крутым склонам с ненадежными тропами стала бы губительной. Зеленокожие не возражали против ожидания. Собравшись на равнине, они накапливали силы и готовились отбивать натиск врага, зная, что людям придется пойти в наступление.