Крис Новик – Если мы подружимся (страница 10)
Квартиру на Щелковской пришлось поискать подольше – она находилась не в пешей доступности от метро. Дана была даже рада, что у нее мало вещей инеприходитсятаскатьзасобойчемоданспожитками.
Кабина старого лифта ползла на двенадцатый этаж с таким надрывным скрипом и скрежетом, будто готовилась испустить дух прямо сейчас. Дана стояла, нервно покусывая губы. Ее чересчур богатое воображение уже рисовало красочную картину катастрофы: вот изношенный трос со звоном лопается, и железная коробка срывается в бездну. От чудовищного удара о бетонное дно ее легкое тело подбрасывает к потолку, кости с хрустом ломаются от обратного броска, а череп разлетается на осколки…
Лифт дернулся и замер. Пронесло. Створки разъехались с противным металлическим лязгом.
Дана выдохнула, подошла к нужной двери и нажала на кнопку звонка. Замок щелкнул, и на пороге нарисовался парень лет двадцати трех. Из одежды на нем были только помятые семейные трусы.
– Очаровательно, – только и смогла выдавить ошарашенная Дана, невольно сделав шаг назад.
– Вы по поводу комнаты? – поинтересовался парень. Его совершенно не смущал собственный полуголый вид.
– Не-а, картошку продаю, – ляпнула Дана. Этот тип с каждой секундой нравился ей все меньше. – Будете брать?
– Картошку не буду, а вот в квартирантки тебя возьму с удовольствием. – Парень сально усмехнулся, откровенно и бесстыдно скользя взглядом по фигуре девушки. – Проходи! Я Вадим.
– Знаете, что-то мне не очень хочется заходить в квартиру к голому мужику. – Дана поежилась под его взглядом, демонстративно поправила лямки рюкзака и попятилась. – Я, вообще-то, реально картошку продаю. Ну, там еще морковка есть. Не хотите – как хотите. Счастливо оставаться!
Она развернулась и юркнула в спасительное нутро лифта под недоуменным взглядом так и застывшего в дверях Вадима.
«Да я лучше в этой шахте разобьюсь к чертовой матери, чем останусь с ним под одной крышей», – мрачно подумала девушка, неистово вдавливая кнопку первого этажа.
Оба просмотра провалились, но Дана и не надеялась, что сразу найдет жилье. Учитывая, что ей и так придется делить квартиру с чужими людьми, она не хотела добавлять себе лишнего дискомфорта, живя с любопытными стариками или похотливыми мужиками.
За бесконечными мотаниями из одного конца Москвы в другой и изучением чужих дворов Дана не заметила, как на город опустились густые вечерние сумерки. Возникла вполне насущная проблема: нужно было где-то спать. Сколько времени займут поиски угла и когда появятся первые заработки, оставалось загадкой, поэтому даже самый дешевый номер в отеле был для нее непозволительной роскошью.
Выбор пал на Комсомольскую площадь. Жесткие кресла в зале ожидания – классика жанра. В конце концов, в Латвии, сбегая из дома, ей приходилось ночевать и в куда худших условиях. Этим ее было не испугать.
А вот сама Площадь трех вокзалов пугала многих. Дана читала об этом месте: настоящая черная дыра на карте столицы, куда десятилетиями стекался мутный осадок общества. Карманники, хитроумные мошенники, ночные бабочки и бродяги – там кипела своя, криминальная жизнь.
Но пугали не только бандиты – площадь окутывал густой мистический флер. Писали, что еще при строительстве Николаевского, ныне Ленинградского, вокзала творилась сплошная чертовщина: ни с того ни с сего рушились перекрытия, при странных обстоятельствах гибли рабочие. Дурная слава тянулась за этим местом до сих пор. Говорили, что здесь слишком часто бесследно пропадают люди, пассажиры словно впадают в транс и необъяснимым образом опаздывают на свои поезда, а городские форумы пестрели байками о неприкаянных призраках, бродящих среди ночных платформ.
Именно в это средоточие столичных пороков и призраков Дана сейчас и направлялась.
Поехать на Комсомольскую площадь для Даны, зная, что там творится, было своего рода адреналином, которого ей постоянно не хватало. Возможно, ее тянула туда черная энергия, исходившая от этого места. Ей хотелось посмотреть на него изнутри. В очередной раз она поразилась масштабам города и самой площади трех вокзалов. Людей было так много, что Дана нервно поежилась.
Купив по дороге сомнительный, но обжигающе горячий беляш, она отыскала в зале ожидания относительно спокойный угол. Жесткое сиденье вплотную прилегало к стене – идеальная позиция, защищающая спину от посягательств воров. Прежде чем полностью погрузиться в анализ обстановки, Дана с удовольствием надкусила свой ужин, а вторую половину без раздумий скормила бродячему псу, гипнотизировавшему ее несчастным взглядом. Проглотив угощение, тот с робкой благодарностью лизнул ей руку. Это бесхитростное проявление чувств внезапно растрогало Дану: она зарылась пальцами в грязную шерсть на загривке и крепко обняла лохматого бродягу, совершенно не обращая внимания на брезгливые взгляды снующих мимо пассажиров.
Обустроив свой «наблюдательный пост», Дана превратилась в слух и зрение. Ее наметанный глаз с легкостью выхватывал в толпе то, что оставалось скрытым от спешащих обывателей. Она безошибочно различала мелких воришек, высматривающих добычу ради куска хлеба. Видела неопрятных попрошаек, играющих на публике за сотню рублей, и лощеных аферистов, брезгующих марать руки мелочью. Дана без труда вычисляла тех, кто работает в паре, и замечала «подсадных уток». Она мастерски считывала микровыражения лиц, беглые переглядывания и едва заметные жесты. Вся эта суета сканировалась, фильтровалась, а самая ценная информация надежно сохранялась на «жестком диске» ее памяти.
Несколько раз к Дане подходили с предложениями купить что-нибудь или в попытке завязать разговор. Зная, как устроены мошеннические схемы, девушка без труда распознавала подвох. Подложив под голову рюкзак и кое-как устроившись на металлическом сиденье, Дана уснула. Сны ей не снились, она часто просыпалась, оглядывалась по сторонам и опять засыпала. Окончательно проснулась она в шесть утра, хотелось курить и есть. Привычным жестом ощупав вещи и убедившись, что всё на месте, Дана закинула рюкзак на плечо и двинулась к выходу. Вокзал уже гудел. Утренние поезда привозили в город свежие порции наивных приезжих, которых тут же брала в оборот местная фауна – карманники и аферисты вышли на утреннюю смену. У стеклянных дверей неистовствовали бомбилы, наперебой предлагая поездки по астрономическим ценам.
Вырвавшись из этой суеты, Дана отправилась на поиски стабильного Wi-Fi. Спустя полчаса блужданий по прохладным утренним улицам ей подвернулось идеальное укрытие – невзрачное, но дешевое кафе с открытой сетью. Большего ей и не требовалось. Заказав обжигающий черный кофе и пару кусков пиццы с ветчиной, она погрузилась в мониторинг рынка недвижимости. Утро оказалось продуктивным: на этот раз Дане удалось договориться сразу на три просмотра.
В первой квартире ее ждал запущенный алкаш. Дане хватило взгляда на прихожую, чтобы сразу понять, что этот вариант ей не подойдет. В коридоре стояла целая батарея пустых бутылок из-под водки и пива, пол был чем-то заляпан, обои, наверное, не менялись со времен Петра I. Дополнял картину стойкий запах дешевого алкоголя и перегара.
– Не, я ошиблась квартирой, – произнесла Дана, увидев эту картину.
Она и сама была не прочь выпить, но опустившихся, гниющих заживо маргиналов презирала до тошноты.
Вторая квартира девушке тоже не понравилась – слишком всё было убого и неудобно: старый диван, подозрительная парочка в соседней комнате, шкаф, который разваливался на глазах, и таракан в углу. Бррр.
Третий адрес стал контрольным выстрелом в голову. Пришлось скрипнуть зубами, признать поражение и снова отправиться ночевать под гул вокзальных сводов.
Удача улыбнулась лишь на следующие сутки – в типовой панельной многоэтажке в Перово. Хозяин квартиры, добродушный мужичок лет пятидесяти, излучал тот самый щенячий оптимизм, который Дана считывала как «идеальная мишень». Таких простофиль она любила: если прижмет, ими будет элементарно манипулировать. Вторую комнату занимала неприметная двадцатитрехлетняя девчонка – с виду тихая и не проблемная.
Сама комната Дану устроила полностью. Просторная, со свежим ремонтом, широкой кроватью и нормальным столом. Но главным козырем был балкон – иллюзия свободы и, если что, запасной выход. Всю картину портила лишь одна деталь: хозяин не предложил подписать договор, просто отмахнувшись от бумажной волокиты. Внутренний радар Даны, привыкшей ждать ножа в спину от каждого встречного, тут же забил тревогу. Она взяла паузу, прислушиваясь к интуиции, но чутье успокаивающе молчало. Мужик не готовил ловушку – он просто был ленив и до идиотизма верил людям.
На следующий день девушка отправилась искать работу. Здесь ее ждало сильное разочарование: на работу ее брать не хотели из-за иностранного гражданства и сильного акцента. Отказ за отказом, отказ за отказом. К концу дня внутри нее закипел знакомый, едкий коктейль из слепой злобы и ненависти к этому сытому, высокомерному городу. Плотину прорвало на очередном лощеном менеджере. Дана высказала ему в лицо все, что думала о его конторе и его никчемной жизни. На улицу ее вышвыривала охрана.
Жить по правилам не получалось, а значит, пришло время играть по своим. Мораль Дану не тяготила – необходимость совершить «маленькое преступление» она восприняла не как падение, а как возвращение в родную стихию. Увидев в интернете объявление о продаже дорогого телефона, девушка позвонила владельцу и договорилась о встрече, высказав желание купить смартфон.