Крис Колфер – Заклинание желаний (страница 59)

Джек тем не менее пошёл следом и возмущался всю дорогу, но даже он понимал, что ничего не поделать.

– Пойдёмте со мной, – позвал сэр Грант близнецов. – Найдём королеву.

Близнецы, Красная Шапочка и Фрогги пошли за солдатом во дворец. Поднявшись по лестнице на третий этаж и пройдя по коридору, они оказались перед дверью, за которой находилась комната-хранилище.

Грант постучал в дверь.

– Ваше величество, это сэр Грант. Вы там?

– Да, входите, пожалуйста, – ответила Белоснежка.

Комната сильно изменилась. С мебели сняли ткани, картины повесили на стене. Комната вновь выглядела жилой. Когда они вошли, Белоснежка как раз вешала на стену портрет Охотника. За пару дней своими руками она вернула комнате былой вид.

– Ваше величество, – поклонившись, сказал сэр Грант. – Мы нашли вашу мачеху, она пряталась в замке на северо-востоке Сонного королевства.

– И? – собравшись с духом, королева приготовилась услышать дурные вести.

– Она умерла, – сказал сэр Грант. Побледнев (близнецы думали, что её светлая кожа не может стать ещё светлее), она присела на помост. Она не плакала, но по ней было видно, что ей очень тяжело.

– Как это случилось? – спросила Белоснежка. Грант взглянул на близнецов.

– Меня там не было, но они всё видели, – ответил он.

– По сути, она не умерла, – сказала Алекс, осторожно подбирая слова. – Замок рушился, и её зеркало, ну… оно…

– Оно грохнулось на неё сверху и проглотило, как букашку! Бац! – и она исчезла! – воскликнул Коннер. – Это было нечто! От неё ничегошеньки не осталось!

Алекс бросила на брата сердитый взгляд.

– Вообще-то осталось. – Алекс покопалась в своём рюкзаке и вытащила каменное сердце. Белоснежка ахнула. Девочка подошла к ней и протянула сердце её мачехи.

– Вот это осталось, – проговорила Алекс. – Думаю, надо вам его взять.

Белоснежка посмотрела на камень, и из глаз у неё брызнули слёзы.

– Сэр Грант, я бы хотела побыть с детьми наедине, – сказала она. – Устройте, пожалуйста, остальных в комнаты, если они пожелают остаться, – кивнула она на Красную Шапочку и Фрогги.

– О, спасибо, ваше величество, – поклонился Фрогги.

– Это очень любезно с вашей стороны, спасибо, – сказала Шапочка. – Разве только до тех пор, пока мой дворец не отстроят. Я хочу себе такую же комнату…

Сэр Грант подтолкнул их к выходу, и Красная Шапочка не договорила. Близнецы остались наедине с Белоснежкой. Первые минуты она сидела очень тихо и не сводила глаз с камня.

– Полагаю, вы не послушали моего совета, – наконец проговорила она.

– Мы послушали, – сказал Коннер, – но поступили по-своему.

– Вы знаете, что это такое? – спросила Белоснежка, кивнув на каменное сердце.

– Да, – ответила Алекс. – Это её сердце. Она всё нам рассказала о нём и о своей жизни до того, как она стала Злой Королевой.

– История просто улёт, – сказал Коннер. – А вы знали, что тот парень в Волшебном Зеркале был на самом деле её возлюбленным, с которым её давным-давно разлучили?

– Знала, – ответила Белоснежка. – Поэтому-то и помогла ей сбежать.

Ребята охнули и покачали головами. Должно быть, они ослышались.

– Что? – спросила Алекс. – Вы помогли ей сбежать?

– Да ладно! – воскликнул Коннер.

– Да, помогла, – кивнула Белоснежка. Она не испытывала никаких угрызений совести. – Несколько часов я сидела с ней в камере и слушала её историю. У меня сердце кровью обливалось. И тогда я помогла ей уйти вместе с зеркалом и в другом королевстве закончить своё дело.

Близнецы не верили ушам. Им хотелось засыпать королеву вопросами, но они лишь что-то нечленораздельно мычали.

– Все эти годы я гадала, почему она меня не любила, и наконец-то поняла: она просто не могла любить, – сказала Белоснежка. – Она всё-таки освободила его?

– Да, но, к сожалению, уже было слишком поздно, – сказала Алекс. – Он умер у неё на руках.

Белоснежка тяжко вздохнула.

– Понимаю.

– Но они были вместе, – вставил Коннер. – В последний раз.

– А что теперь будет? – спросила Алекс. – Мы восстановим её имя? Расскажем всем правду о ней?

– Боюсь, это не так уж просто, как кажется, – отвечала Белоснежка. – Думаю, лучше всего будет почтить её память и проживать каждый день с состраданием и пониманием, которых она никогда не знала. Близнецы переглянулись и обменялись грустными улыбками.

– Кажется, из этой истории я извлекла урок: злодеями не рождаются, а становятся из-за стечения обстоятельств, – сказала Алекс.

Белоснежка кивнула, с уважением глядя на каменное сердце.

– Ты права. И эту мораль мы понимаем из трагической истории Злой Королевы.

В темнице было ужасно. В маленькой и сырой камере стояла вонь, свет туда едва проникал. Время от времени крысы пытались забежать в камеру, но Златовласка их отпугивала.

– Даже не вздумайте, – то и дело повторяла она грызунам.

Минула полночь, в темнице царило безмолвие. Златовласке, впервые оказавшейся в неволе, не спалось. Она понимала, что этот день неминуемо настанет, но, сидя на жёстком полу, чувствовала себя обманутой – очень уж скоро он настал.

Внезапно послышался звук чьих-то шагов: кто-то спустился из дворца по винтовой лестнице и прошёл вдоль ряда камер.

Женщина в длинной накидке с капюшоном медленно подходила к Златовласкиной камере.

– Фу! Мерзость какая! – бормотала она на каждом шагу.

Златовласка узнала этот жеманный голосок.

– Привет, – смущённо прошептала Красная Шапочка.

– Чего тебе тут надо? – осведомилась Златовласка. – Пришла лично проводить меня на казнь?

– Пожалуйста, говори тише, – шикнула на неё Шапочка. – Стражники не знают, что я здесь.

– Чего тебе надо? – спросила Златовласка.

– Я пришла тебя выпустить, – ответила Шапочка.

– Что? – изумилась Златовласка. – Почему?

– Потому что решила всё исправить, – очень надменным тоном сказала Шапочка.

– Ну давай тогда, выпускай, – стала её подзадоривать Златовласка. Она решила себя не обнадёживать. Наверняка это какая-то ловушка.

– Выпущу, но дело в том, что я написала тебе письмо. – Красная Шапочка вынула из-под накидки лист пергамента.

– Ты хочешь, чтобы я сперва прочитала твоё письмо? – даже не пытаясь скрыть раздражения, спросила Златовласка.

– Разумеется, нет. Ты же и читать-то наверняка не умеешь, – простодушно сказала Шапочка.

Златовласка вскинула брови.

– Тебе повезло, что между нами сейчас решётка…

– Да я пошутила, не принимай ты всё так близко к сердцу. Я писала его всю ночь и вот подумала, что лучше спуститься сюда и самой его прочитать, – сказала Шапочка.

– Я слушаю, – сказала Златовласка, скрестив руки на груди.