Крис Колфер – История о колдовстве (страница 41)

Не тратя времени на объяснения, Люси рванула к замку, а ведьмы и феи помчались за ней. Поднявшись по парадной лестнице на седьмой с половиной этаж, Люси пододвинула чешуйчатое кресло под дверь кабинета госпожи Мары и забралась на него, чтобы пролезть в дверной проём. Но, обернувшись, она увидела, что друзья боятся пойти за ней.

– Ну же! – воскликнула Люси. – Чего вы ждёте?

– Мы т-т-туда не п-п-пойдём, – помотала головой Пчелетта.

– Вдруг госпожа Мара вернётся и застукает нас? – спросила Стеблина.

– Я не хочу, чтобы меня превратили в рысь, – поёжилась Стежана. – Пока не хочу.

Люси фыркнула.

– Ладно-ладно, сама пойду. Ждите меня здесь.

Итак, Люси влезла в кабинет госпожи Мары и сразу же направилась к хранилищу Счётчиков Проклятий. Внимательно оглядев полки, Люси нашла что искала – тыкву со своим лицом. Она торопливо взяла тыкву, чтобы показать остальным, но тут кое-что привлекло её взгляд.

С двух тыкв на Люси смотрели лица пары людей. У мужчины во рту была деревянная курительная трубка, он носил бакенбарды, а в левом глазу сжимал монокль. Волосы женщины были уложены в два пучка, похожих на рожки, на шее висело жемчужное ожерелье, а в глазах горело любопытство. Люси эти люди показались знакомыми: она не могла вспомнить, где и когда их встречала, но пытливый взгляд женщины она уже видела.

Тут из глубины кабинета вдруг послышался скрип половиц. Люси осторожно выглянула из хранилища и сразу успокоилась: это пришёл невидимый дворецкий, а за его спиной висела картина, из которой на Люси таращилась Коза Билли. Встретившись с ней взглядом, Люси вдруг поняла, почему те лица на тыквах показались ей знакомыми.

– Погодите, так это вы на них изображены?

Коза закивала, а монокль дворецкого несколько раз поднялся и опустился в воздухе над его воротником. Люси перевела взгляд на тыквы и заметила подвеску с буквой «Р» на ожерелье женщины и такую же выгравированную букву «Р» на трубке мужчины. Очевидно, это не просто буква, догадалась Люси и нахмурилась, пытаясь понять смысл.

– Ох ничего себе замут! – воскликнула Люси. – Так вы лорд и леди Рейвенкрест! Госпожа Мара получила этот замок не благодаря щедрому пожертвованию – она прокляла вас и присвоила его!

Коза и невидимый дворецкий снова кивнули.

– Вот почему Коза Билли привела меня в этот кабинет, – рассуждала вслух Люси. – Она хотела, чтобы я узнала, что госпожа Мара наложила на неё проклятие и украла её дом. А в ту ночь, когда я заблудилась, мне казалось, что замок подстраивает мне ловушки, а это дворецкий открывал и закрывал двери! А я его не видела, потому что он невидимый! Он нарочно привёл меня в тот коридор, чтобы я подслушала разговор госпожи Мары и Рогача! А ещё это значит, что он тогда был совершенно голый, но мысли на этот счёт оставим на потом.

Люси решила, что распутала этот клубок, но судя по тому, как понуро опустила голову коза и как поник монокль дворецкого, она узнала не обо всём. Билли посмотрела за спину Люси, а манжета невидимой руки дворецкого указала в ту же сторону. Люси обернулась и в дальнем углу шкафа увидела тыкву на отдельной полке – именно эту тыкву она нашла, когда оказалась в кабинете госпожи Мары в первый раз. Сперва Люси не узнала изображение, но теперь посмотрела на него свежим взглядом, и до неё наконец-то дошло.

– О боже! Да это же Бристал!

Люси схватила тыкву и бросилась к выходу.

– Ребят, вы не поверите, что я нашла!

Она бросила Счётчик Проклятий Тангерине и Скайлин, и девочки, внимательно изучив изображение, сердито уставились на Люси.

– Хорошая попытка, но ведьмы ни за что не поверят, что это ты, – заметила Тангерина.

– Ага, эта тыква слишком симпатичная, – добавила Скайлин.

– Да нет же, это не моя тыква, вот эта моя! – объяснила Люси и бросила другую тыкву Стежане и Стеблине.

Лицо на Счётчике Проклятий было точь-в-точь как у Люси, и это доказывало, что госпожа Мара на самом деле прокляла её. Убедившись в этом, ведьмы горестно застонали, словно команда, за которую они болеют, проиграла соревнования.

– Похоже, Люси говорит правду, – сказала Стежана. – Давайте сверимся с листком пари на Мару. Кто написал «убьёт Фею-Крёстную и отомстит всему человечеству»?

Стеблина вынула из зарослей волос свёрнутый в трубочку листок пергамента и, развернув его, зачитала:

– Так, поглядим… у меня было «заполонит весь мир взрывающимися летучими мышами», у Стежаны «наполнит все реки кровью и кишками», а у Пчелетты «убьёт правителя и отомстит всему человечеству». Догадка Пчелетты ближе всего к правде – она снова выиграла!

– Ах, чёрт! – расстроилась Стежана. – Почему она всегда в выигрыше?

– Я в-в-везучая от рождения, – хвастливо сказала Пчелетта. – Вы з-з-знаете правила. Отстёгивайте денежки, в-в-ведьмы!

Стежана и Стеблина нехотя отдали Пчелетте по паре золотых монет. А феям не верилось, что ведьмы заключили пари на подобное.

– Постойте, вы всё это время знали, что госпожа Мара что-то замышляет? – спросила Эмеральда.

– И сделали ставки? – уточнил Ксантус.

Стежана пожала плечами.

– Мы знали, что она открыла Рейвенкрест не по доброте душевной. Ведьмы никогда не помогают никому, кроме самих себя.

Люси свистнула, привлекая внимание друзей.

– Ребят, вы упускаете суть! Посмотрите на другую тыкву! Узнаёте лицо? Госпожа Мара прокляла не только меня, но и Бристал! Я нашла эту тыкву три дня назад, но сначала не узнала её!

– Но как она наложила на неё проклятие? – спросила Скайлин. – Бристал внешне совсем не изменилась.

– Проклятия не всегда отражаются именно на внешности, – объяснила Люси. – Иногда они затрагивают здоровье человека, его жизненные силы или…

– Настроение? – предположила Тангерина.

Феи дружно закатили глаза.

– А что? Не то чтобы мне судить, но в последнее время Бристал постоянно была не в духе.

Все замолкли, обдумывая слова Тангерины. Бристал и правда вела себя очень странно – они знали, что эти перепады настроения чем-то вызваны, но им даже не приходило в голову, что причина кроется в наложенном проклятии.

– Мне кажется, Тангерина права, – сказал Ксантус. – Если госпожа Мара хотела убить Бристал, она должна была сделать её как можно более уязвимой. Может, госпожа Мара подумала, что проклятие, которое отразится на её душевном состоянии, а не на физическом, будет более действенным?

– Вот почему она была так несчастна, – проговорила Пип. – Прямо перед тем, как я уехала из академии, Бристал призналась мне, что у неё скверно на душе, но она не понимает, чем это чувство вызвано.

– Ну вот, теперь всё ясно, – сказала Люси. – Бристал всегда хорошо удавалось скрывать свои чувства. Помните прошлый год? Она несколько недель знала о Снежной Королеве, а мы вообще ни о чём не догадывались. Бристал подавляла страх и тревогу, чтобы мы тоже не стали беспокоиться. И то, что мы вообще обратили внимание на её поведение, говорит о том, насколько ей плохо! Уверена, вся эта история с «Триста тридцатью и тремя» только усугубила её состояние!

Эмеральда вдруг ахнула: она вспомнила кое о чём важном.

– Что такое, Эм? – спросил Ксантус.

– Сегодня днём Бристал попросила меня стать её преемницей, если с ней что-нибудь случится. Я тогда решила, она просто устала, и сказала, что мы поговорим попозже, когда она отдохнёт, но теперь я поняла: Бристал что-то задумала! Когда я вернулась в её кабинет, на столе лежали её волшебная палочка и записка, адресованная мне, но я не успела её прочесть!

– Она сейчас у тебя? – спросила Скайлин.

Эмеральда достала из кармана конверт, вынула письмо и стала читать вслух:

Дорогая Эмеральда!

К тому времени, как ты прочтёшь это письмо, я уже сдамся «Триста тридцати и троим», и ты станешь новой Феей-Крёстной. Возможно, это решение покажется тебе слишком радикальным, но поверь: только так мы сможем защитить магическое сообщество.

– Нет! – воскликнула Скайлин.

– Она не могла так поступить! – вскричал Ксантус.

– Почему она решила им сдаться?! – возмутилась Тангерина.

– Потому что её разум помутился из-за проклятия! – заявила Люси. – Что ещё там сказано, Эм?

Прежде чем я уйду, крайне важно рассказать тебе обо всём, что я узнала о «Триста тридцати и троих», чтобы ты была во всеоружии.

«Триста тридцать и три» зовутся Праведным Братством, в котором состоит ровно триста тридцать три мужчины. Право членства передавалось от отца к старшему сыну в трёхстах тридцати трёх семьях Южного королевства. Каждый член Братства всю жизнь служит Праведному Учению. Они верят, что мир может существовать, только если им правят люди и если людьми правят мужчины. Несколько веков Братству удавалось внедрять своё тираническое учение в законы Южного королевства, и они уничтожили всех, кто встал у них на пути.

Братство устраивает собрания в крепости на берегу Южного моря. Их оружие сделано из кровавого камня, но никто не знает, где его добывают и почему он подавляет магическую силу. Братством руководит человек, которого они зовут Праведным Королём, и он носит одеяния, расшитые кровавыми каменьями, и маску в форме бараньего черепа.

– Какое совпадение, – заметила Стеблина. – Такой же наряд носит и Рогач. Как думаете, не в одной ли лавке они его купили?

Люси фыркнула.

– Никакое это не совпадение! Конечно же, Рогач и Праведный Король – один человек!

– Бессмыслица какая-то, – проговорила Пип. – Если так, значит, госпожа Мара заодно с Праведным Братством!