Крис Гильбо – Денежное дерево. История о том, как найти клад во дворе собственного дома (страница 28)

Работники Кларенса были лояльны. Они не винили его за крах компании, но он винил себя сам. В глубине души он знал: по крайней мере некоторые из них ожидали, что он решит возникшую проблему. Люди ему доверяли и поверили в его видение. Следовательно, он должен о них позаботиться, верно?

Он хотел этого больше всего на свете. Но не существовало волшебного способа получать зарплату без дохода, и ни один банк не одолжил бы деньги бизнесу, не имеющему клиентов. В итоге после четырех лет стабильной прибыльной деятельности компания, потеряв крупный контракт, меньше чем через три месяца закрылась.

Всех сотрудников пришлось уволить, в том числе и тех, кто уволился с прежней работы и переехал с семьями из других городов и штатов. В частности, за шесть месяцев до закрытия один особенно талантливый программист получил продвижение по службе в Редмонде, штат Вашингтон, в небольшой, но многообещающей компании под названием Microsoft – но отказался от него, чтобы присоединиться к команде ShipShape.

Кларенс переехал в Техас и устроился руководителем среднего звена в нефтяную компанию, занимавшуюся геоинформационными системами. Там очень ценили его знание государственных контрактов, но он терпеть не мог ритуалы офисной политики, которые требуются в этом мире для карьерного роста. На второй год работы в компании он создал собственный бизнес.

К пятому году у него было уже два собственных бизнеса, и в конце концов он уволился с основной работы. На этот раз он подходил к росту и развитию гораздо более осознанно и продуманно. Он нанимал постоянных сотрудников только тогда, когда был уверен, что сможет их содержать, – но в основном пользовался услугами специалистов на договорной основе. Кроме того, он больше не полагался на один проект в качестве источника дохода и уделял стратегическим вопросам столько же времени, сколько и генерированию продаж.

Через десять лет он «вышел на пенсию», вернулся в Калифорнию и больше не создавал новых проектов, но продолжал получать пассивный доход с прежних. Он стал обучать желающих модели «Третьего пути», не создавая шумихи и не пытаясь сделать себе имя. Он не писал книг и не выступал публично. Он просто начал помогать людям.

Кларенс оплатил учебу сыну своей помощницы по хозяйству, хотя она работала у него совсем недолго и приходила всего раз в неделю. Он сделал все возможное для своих бывших сотрудников, дав им замечательные рекомендации для будущих работодателей и научив некоторых из них самостоятельно зарабатывать деньги.

И количество таких историй росло. Их были десятки… сотни… участники группы сбились со счету. Многие люди отмечали, что Кларенс просил их не афишировать его помощь или содействие. Похоже, он действительно хотел сделать как можно больше добра за отведенное ему время.

С тех пор как закрылась его компания и он перешел к роли наставника, прошло уже пятнадцать лет, но казалось, это было совсем недавно. Между тем со времени его смерти прошли всего сутки, а казалось – целая вечность.

Новость о скоропостижном уходе Кларенса быстро облетела мир. В соцсетях создали страницу его памяти, которая быстро наполнялась искренними соболезнованиями. Похороны должны были состояться через пять дней, и, судя по комментариям пользователей, многие собирались приезжать издалека.

Поговорив с адвокатом, Джейк узнал, что Кларенс оставил детальные инструкции на такой случай. Он даже заранее оплатил все расходы. Еще адвокат сказал, что Кларенс просил кого-нибудь из группы «Третий путь» выступить на прощальной церемонии. Может, Джейк поспрашивает у своих друзей, кто из них это сделает?

Мнение группы было единодушным: это должен сделать он. Джейк начал было протестовать, говоря, что он в группе новичок и что все они знали Кларенса намного дольше, – но, несмотря на свои доводы, он чувствовал, что должен это сделать.

К тому времени, как все разошлись, он уже обдумывал свою речь.

37

Работа в Brightside не остановилась из-за длительного траура. Джейк уже брал отпуск на поездку в Эфиопию и собирался взять отгул на день похорон, поэтому в остальное время надо было проявлять себя по максимуму.

Сейчас, всего через два дня после получения трагических новостей, он снова находился в конференц-зале с остальной командой. Они с Приной договорились не рассказывать коллегам о том, что у них стряслось, – по крайней мере пока.

– Итак, давайте посмотрим, как у нас дела, – раздался по громкой связи голос Марси, специалиста по кадрам из офиса в Филадельфии. Их собрали на эту планерку, чтобы озвучить результаты работы за неделю, которую Джейк по большей части отсутствовал. Он мысленно подготовился к последнему месту в рейтинге. К тому же неизвестно, какая участь постигла его грандиозную идею для музыкального лейбла. То, что ночью казалось блестящим, днем выглядело неоднозначно.

– Так… кто присутствует на собрании?.. Хорошо. Прина, Слоун, у вас все достаточно стабильно. Система считает вас компетентными и ценными для компании сотрудниками.

Прина и Слоун с облегчением вздохнули.

– Джейк, я ищу ваши результаты…

Вот он – час суда, подумал он.

– Ого, – удивленно сказала Марси. – Похоже, у вас наметился серьезный прогресс. На данный момент система считает вас одним из самых продуктивных сотрудников во всем…

– Но это невозможно! – перебил ее Слоун, понижая голос, осознав, что почти кричит. – Он здесь даже практически не был.

– Система автоматически учитывает время отсутствия на рабочем месте, – ответила Марси. – Мы не можем штрафовать людей за уход в отпуск. Другими словами, оценивается только продуктивность рабочего времени.

Слоун оскорбленно умолк, как будто идея о том, что Джейк имел право на личное время, была возмутительной и из ряда вон выходящей. Джейк припомнил похожий случай. Когда у их коллеги, Тами, родился ребенок, Слоун был шокирован продолжительностью ее декретного отпуска.

Марси стала закругляться.

– Итак, остается Яна. Секундочку, я найду данные… итак, Яна, мне очень жаль, но, похоже, у вас самый низкий рейтинг в команде.

Что? Это какое-то недоразумение.

Прина высказалась первой.

– Как у Яны может быть самый низкий рейтинг? Она замечательный руководитель!

– Все дело в ROI, – объяснила Марси. – Дирк хочет, чтобы мы основывали все результаты на таких… вещах, как продуктивное рабочее время, новый бизнес и дополнительные продажи.

Дирк Вандерпляйц был тем самым гендиректором Magnate, который вскоре должен был спуститься со своей вершины в офис Brightside. ROI – это экономический эффект или финансовый результат от той или иной деятельности.

– Нам было бы действительно полезно лучше понимать, как эта новая система нас оценивает, – сказала Яна. – Я считаю, что я достаточно много работаю на благо компании.

– Все дело в ROI, – повторил голос из динамика. – Похоже, что на прошлой неделе вы несколько часов отсутствовали на работе и они не были учтены как отпуск или продуктивное рабочее время.

– О, – сказала Яна. – Моя помощница, Лидия, заболела гриппом, а она живет одна, поэтому через три дня я решила ее навестить. Оказалось, что ей нужна помощь. Я постирала белье и сходила в магазин за продуктами. А на следующий день снова к ней зашла.

– Возможно, так оно и было, – ответила Марси. – Но, к сожалению, подобные вещи не включены в новую модель оценки персонала. Как я уже сказала, Дирка интересуют только финансовые результаты.

Джейк поднял руку, но вспомнил, что Марси не может его видеть. Тогда он подошел ближе к телефону.

– Марси, добрый день. Это Джейк. У меня вопрос. Может ли эта суперпрагматичная ROI-модель измерять и оценивать все?

Последовала пауза.

– Ну-у, почему бы и нет? Вы же знаете, что мы иногда говорим клиентам: что измеримо, то выполнимо – и наоборот.

– Я согласен, что в большинстве случаев это хорошая философия, – сказал Джейк. – Но как быть с некоторыми важными исключениями? Такими, как в случае с Яной, проявляющей заботу о своей помощнице. Или, скажем, если я сделаю что-то для важного клиента, что технически не входит в наш контракт, но оказывается критически полезным для его бизнеса? Плату за такие услуги мы брать не можем и, следовательно, финансовых результатов не имеем, но разве это не является проявлением заботы о клиенте и высоким уровнем обслуживания? И разве в долгосрочной перспективе такая репутация не принесет нам экономическую выгоду?

Казалось, что Марси затрудняется говорить обо всем, что не входит в ее должностную инструкцию. Наконец она ответила:

– Знаете, это хорошие вопросы. Почему бы вам не задать их Дирку, когда он будет у вас на следующей неделе?

– Хорошо, – ответил Джейк. – Возможно, я их задам. И чисто для рейтинга: Прина права. Яна – замечательный руководитель.

Было очень необычно высказываться в поддержку своего босса. Джейка вдохновили мысли о Кларенсе. Несмотря на то, что они с коллегами никогда не говорили о рейтингах, он чувствовал, что будет противником любых систем, относящихся к людям как к машинам.

Этот небольшой бунт был связан с другой задачей, занимавшей мысли Джейка, и он твердо решил посвятить ей оставшуюся часть дня, отодвинув остальные задачи на второй план. Ему нужно продумать, что он будет говорить на похоронах.

38

Джейк нервничал. Он нечасто бывал на похоронах и не знал, чего ожидать. Ему сказали, что траурную церемонию будет проводить священник, а музыкант исполнит несколько композиций. Потом состоятся поминки, где все желающие смогут поделиться своими историями и воспоминаниями о Кларенсе. Однако во время самой церемонии выступят всего три человека: друг из ВМС, бывший сотрудник и он, Джейк.