Крис Брэдфорд – Охотники за душами (страница 37)

Несмотря на все сомнения, я чувствую, что вся моя обида рассыпается, разлетается в стороны… точь-в-точь как щебень дорожки под чьими-то шагами, доносящимися снаружи.

35

Феникс вскакивает на ноги и мгновенно оказывается у окна. Он выглядывает в щель между занавесками.

– Там машина, – шепчет он.

Мой пульс мгновенно ускоряется, адреналин зашкаливает.

– Охотники? – спрашиваю я.

– Не уверен. – Он бросается обратно к столу и подхватывает рюкзак. – В любом случае надо уходить.

Я бегу за ним к выходу.

– Почему мы не слышали, как они подъезжали?

– У них электромобиль – вот почему, – мрачно бормочет он. – Ну что, бежим?

Я киваю, собираясь с силами для еще одного отчаянного рывка. Феникс осторожно приоткрывает дверь, но на пороге уже стоит женщина в модном кремовом жакете и синих плиссированных брюках. При виде нас глаза у нее лезут на лоб.

– Так, вы кто вообще такие? – изумленно спрашивает она.

– Доброе утро, не волнуйтесь, мы уже уходим! – отвечает Феникс с самой обезоруживающей улыбкой, на какую способен. – Спасибо за гостеприимство!

Потрясенная женщина застывает на месте, и мы осторожно просачиваемся мимо нее.

– Н-но никто же ничего н-не бронировал на этой н-неде… – тут она резко останавливается и в упор смотрит на меня. Первоначальное нерешительное и встревоженное выражение на ее лице уступает место мгновенному яростному узнаванию. – Wǒ rènshí nǐ! – восклицает она на чистом китайском.

Меня поражает не только внезапная смена ее поведения, но и то, что я неожиданно для себя понимаю ее слова. В ужасе я застываю на месте и вижу, как ее глаза постепенно темнеют, словно небо перед грозой.

– Я тебя знаю, – круглолицый чиновник преграждает мне путь к северным воротам города Пинъяо. На нем фиолетовый халат и черная шляпа с длинными планками по бокам. Он усмехается в длинные усы, словно голодный кот, которому в лапы наконец попалась долгожданная мышь, – не знаю, удастся ли мне теперь выбраться за ворота.

Двое накачанных стражников теснят меня с обеих сторон, но я стараюсь сохранять невозмутимо-сосредоточенный вид, даже когда чиновник наклоняется ближе, чтобы рассмотреть мое украшенное густой бородой лицо.

– Имя и родной город? – От его дыхания несет гнилой рыбой и чесноком.

Я отвечаю низким хриплым голосом:

– Хуа Шаньбо из провинции Хэбэй.

Чиновник по-кошачьи прищуривает глаза и скалится, обнажая ряд желтых зубов:

– А не больше ли тебе пойдет женское имя?

– О, не думаю. – Я холодно улыбаюсь и для пущего эффекта поглаживаю бороду.

Стражники фыркают от смеха, но по-прежнему крепко сжимают в руках палицы с металлическими шипами.

Чиновник злобно смотрит на меня и грозит мне костлявым пальцем:

– Не сомневаюсь, у тебя много имен… Верно, Лихуа?

Без всякого предупреждения он крепко хватает меня за фальшивую бороду и одним движением срывает ее с моего подбородка.

Я охаю от боли, щека горит, словно я только что получила пощечину.

Лица китайского чиновника и хозяйки коттеджа на мгновение словно наплывают друг на друга, и с полсекунды я вижу у нее на лице противные висячие усы. Потом видение пропадает, и я бросаюсь следом за Фениксом.

Мы убегаем прочь по засыпанной щебнем дороге, а женщина уже вопит в телефон на смеси английского с китайским:

– Коттедж Cаммерфилд! Xiànzài! Тьфу, то есть быстро!

– Вот повезло, Наблюдательница попалась! – мрачно замечает Феникс, ускоряя бег.

Сначала хозяйка коттеджа не пытается нас преследовать, просто смотрит, как мы убегаем по дороге. Потом прогулочным шагом идет к машине, и то, что она совершенно не спешит, пугает больше, чем если бы она бежала со всех ног. По ее поведению очевидно: она нисколько не сомневается, что нам от нее не уйти, – и очень может быть, что она права. Не успеваем мы добежать даже до середины съезда, как раздается рев приближающихся к нам мотоциклов. Несколько мгновений – и на проселочной дороге уже появляются пятеро байкеров в черных шлемах, отрезая нам путь к отступлению. Первый из них откидывает визор шлема и не моргая смотрит на нас маслянисто-черными глазами.

Дэмиен! Меня как будто внезапно ударили под дых. Мой вечный преследователь снова пришел за нами, и виновата в этом я одна! Если бы я не позвонила Мэи, мы бы сейчас были в безопасности, исчезли бы со всех радаров, могли бы спокойно добраться до Габриэля. А теперь Охотники снова взяли наш след.

– Давай назад, к коттеджу, – командует Феникс.

Мы поворачиваемся кругом, байкеры разгоняют мотоциклы, моторы ревут у нас за спиной, словно свора собак. Сердце чуть не вырывается у меня из груди, мы из последних сил пытаемся оторваться от погони, но я слышу, что Охотники все ближе и ближе.

– Нам от них не уйти! – кричу я.

Феникс вдруг резко останавливается. Хозяйка коттеджа уже завела машину и теперь едет прямо на нас с противоположной стороны. Мы оказываемся в клещах между мотоциклами и электромобилем. Больше бежать некуда, и мы ныряем под изгородь загона.

– Лошади! – выкрикивает Феникс, вскакивая на ноги. – Наш последний шанс!

Мы бросаемся к ним, спотыкаясь в высокой траве. Все три лошади довольно пугливы, но все же терпят наше присутствие. Я нацеливаюсь на пегую кобылу с белой гривой и лоснящимися боками, Феникс – на гнедого мерина. Не замедляя шага, я протягиваю руку, хватаю лошадь за гриву и одним плавным движением вскакиваю к ней на спину. Краем сознания я слегка удивляюсь собственным акробатическим талантам, но после шейеннского Отблеска способность обходиться с лошадьми стала для меня столь же естественной, как дыхание.

Феникс вскакивает на лошадь с такой же легкостью, как и я.

– Скачем к лесу! – кричит мне он.

Я упираюсь пятками в бока лошади, и мы с Фениксом галопом несемся к ограде загона. Мотоциклы мчатся по дороге наравне с нами и гудят, как растревоженный рой пчел. Мы все ближе к высокой ограде, моя лошадь с тревожным ржанием запрокидывает голову. Я чувствую, как она напугана, глажу ее рукой по шее и шепчу на ухо что-то успокоительное на языке индейцев-шейеннов. Она мгновенно успокаивается и опускает голову, чтобы примериться к прыжку. Одним изящным движением мы перелетаем через барьер и мягко приземляемся на другой его стороне. Мерин Феникса тоже легко справляется с препятствием, и мы во весь опор мчимся к лесу.

Однако Дэмиен и его байкеры тем временем проносятся через открытые ворота и расходятся веером, как делал когда-то отряд Охотников за головами. Мотоциклы с ревом несутся на нас.

– Скачи как ветер! – кричит Феникс, совсем как Хиамови в прошлом его воплощении.

Я погоняю лошадь. Наверное, даже шейенны оценили бы мою ловкость и смелость – в прошлой жизни мне вряд ли приходилось уходить верхом от гоночных мотоциклов. Они все ближе, дистанция сокращается с пугающей скоростью.

Земля гудит под копытами, моя кобыла мчится галопом к ограде из грубого камня на границе поля и легко перепрыгивает через нее, словно на скачках. А вот Дэмиену и его мотоциклистам никак не повторить этот трюк, так что они вынуждены объезжать стену в поисках прохода.

Мы с Фениксом не теряем времени, нужно как можно больше увеличить дистанцию. Мы понимаем, что для Охотников каждая каменная ограда – непростое препятствие, а для нас – еще один шаг на пути к лесному укрытию. Увы, это поле гораздо больше предыдущего, и вскоре Охотники снова начинают нас догонять.

Оторвавшись от товарищей, один из Охотников в черном шлеме несется наравне со мной. Феникс замечает опасность и резко выбрасывает в сторону ногу. Всадник сидит гораздо выше мотоциклиста, и удар ботинка приходится Охотнику прямо в лицо, раскалывает визор на шлеме и выбивает из седла.

Не теряя ни мгновения, ему на смену приходит вторая Охотница. Ей удается схватить меня за джинсы, и теперь она пытается стащить меня с лошади. Без седла и поводьев мне остается только крепче схватиться за лошадиную гриву.

– Феникс! – отчаянно зову я.

С каждым резким рывком я все больше сползаю куда-то на сторону. Но лошадь Феникса оттесняет в сторону другой байкер.

Я отчаянно пытаюсь стряхнуть Охотницу, однако она не думает сдаваться и до того увлекается, что не видит, как перед нами вырастает новая каменная стена. Заметив опасность в последнее мгновение, она поспешно отпускает мою ногу и хватается за руль – слишком поздно!

Ее мотоцикл таранит стену, она кубарем перелетает через ограду, мотоцикл валится рядом с ней бесформенной грудой обломков.

Моя верная кобыла в то же мгновение ловко берет барьер, обходит обломки мотоцикла и несется дальше. Я крепко хватаюсь за ее шею, нога, за которую тянула Охотница, свисает вниз, второй ногой я изо всех сил пытаюсь обхватить лошадиный бок. Я едва не падаю, в нескольких дюймах от моего лица проносится каменистая земля. Я напрягаю все силы, и мне каким-то чудом удается снова сесть ровно. Меня трясет от напряжения.

– Ты цела? – спрашивает Феникс, поравнявшись со мной. Ему тоже удалось оторваться от преследователей.

Я киваю, потом торопливо оглядываюсь назад. Дэмиену и двоим уцелевшим Охотникам снова пришлось ехать в обход и искать ворота в стене. Они несутся за нами под яростный рев моторов, стремясь наверстать упущенное.

По счастью, однако, лес уже не так далеко, до него остается преодолеть лишь две каменные стены.

Я обгоняю Феникса и радостно кричу ему:

– Мы их сделаем!