Крейг Дилуи – Один из нас (страница 35)
– Ты знаешь, где была Эми во вторник вечером?
– Она пришла домой около шести. Потом мы поужинали. Она пошла наверх делать уроки, потом спустилась посмотреть телевизор. Все как обычно.
– Ну ладно, – сказал Бертон.
– Что «ладно»?
– «Ладно» в смысле, я должен с ней поговорить.
– Может, лучше присядем на диван, поболтаем немного?
– Линда, я бы рад пообщаться, но время поджимает.
– Эми хорошая девочка, – сказала Линда.
– Конечно! Я знаю. Даю слово: что бы она ни рассказала мне о своих взаимоотношениях с Рэем Боуи, я буду держать это при себе.
– Том… только учти, ей ужасно плохо.
– Я буду с ней мягок, клянусь, – отозвался шериф, уже направляясь к лестнице.
– Подожди, – умоляюще проговорила Линда.
Шериф вздохнул.
– Это необходимо. Я по-любому поднимусь к ней.
Линда бросила взгляд на диван, где было спрятано оружие.
– Ну хорошо, иди. Я скоро к вам присоединюсь.
Эми стонала, объятая лихорадочным сном. Чумные дети плясали перед горящим деревенским домом. Безобразно искаженные силуэты, кривляющиеся и прыгающие тени. «Стыдомания» вопила во всю мочь, заглушая их хохот.
«Эми!» – голос ее матери из темноты.
Дети совали в огонь вилы, чтобы поджарить нанизанные на них маршмеллоу.
«Эми! Эми!»
Мама звала ее домой ужинать.
Маршмеллоу превращались в отрезанные руки и ноги; с них капало.
Боуи ухватил ее сзади за шею и показал ей хлыст. «Давай, малышка! Ты упустишь все веселье!»
«Эми!» – позвала мама.
Она проснулась, насквозь мокрая от пота.
– Нет! Я не хочу!
Над ней стоял шериф, глядя на нее.
– Привет, солнышко. Как ты себя чувствуешь?
– Шериф?
– Он самый. Вот, пришел тебя проведать.
Она оглядела свою комнату.
– Но я нездорова, сэр.
Все, чего ей хотелось – это снова заснуть. Пускай ей снится всякая дрянь, так она сможет забыть то, что произошло в реальности. Притвориться, что это не было реальным.
Шериф Бертон присел на край кровати и положил свою шляпу на одеяло.
– Мне надо задать тебе несколько вопросов насчет Рэя Боуи.
Эми потрясла головой, не уверенная, что это не очередной сон.
– Видишь ли, солнышко, Боуи мертв, – сообщил Бертон. – Его кто-то убил.
– Я знаю, кто это. Но мы не друзья, ничего такого.
– Угу, – проговорил Бертон.
Эми осознала свою ошибку. Надо было показать свое удивление при известии о его смерти.
– Ты когда-нибудь садилась к нему в машину? – спросил шериф.
Мама, стоя за его плечом, едва заметно кивнула. Она держала одну руку в оттопыривающемся кармане своего домашнего халата.
– Да, сэр, – сказала Эми. – Но только один раз.
– Ты была с ним, когда его убили?
Мама напряглась:
– Послушай, Том…
– Это простой вопрос, – проговорил шериф, не спуская глаз с Эми.
Эми разразилась слезами.
– О боже!
– Ты опять ускользнула, верно? – спросил Бертон. – Вы немного покатались, а потом где-то припарковались.
– Мы просто разговаривали, – произнесла Эми. – Честное слово!
Мама нахмурилась.
– Что значит «опять ускользнула»?
– И что было дальше? – продолжал шериф, игнорируя ее.
Эми ужасно хотелось во всем сознаться, но она просто не знала, что говорить. Когда она пришла в себя, Боуи был уже мертв. А значит, она не могла этого сделать. Это была не она. Это была та штука внутри нее. Штука, которая боролась, чтобы защитить себя.
– Монстр, – выдохнула Эми.
– Там появился какой-то чудик? Что случилось, Эми?
«Чудик», – подумала она. О чем это он?
Эми собрала воедино всю свою ненависть. К Боуи, к чуме, к малютке Тони, плавающему в банке, к существу, которое таилось внутри нее самой. Ко всем этим тварям, где бы они ни были. Ко всему поколению чумных детей.
Да, решила она. Он прав. Он прав во всем.
– Чудик напал на нас, – сказала она шерифу. – Все как вы говорите.
– Я понимаю, об этом трудно рассказывать. Тебе удалось его рассмотреть?
– Он был… большой, – прошептала она, ища слова.
– Продолжай. У тебя отлично получается.
– Волосатый. Очень быстрый. Я смогла увидеть его лишь мельком. Он набросился на Рэя. Оторвал ему голову. Кровь… была повсюду.