Кресли Коул – Рыцарь бесконечности (ЛП) (страница 75)

Он вздыхает, но, не смотря на раздражение, усмиряет свой пыл. Свои мужские потребности, свою похоть.

— Как пожелаешь.

Он поворачивается спиной к Императрице. Как доверчиво. Как глупо. Азарт сражения нарастает, захватывает меня. Без тени сомнения я беззвучно сползаю с кровати. Прежде чем он успевает отреагировать, я впиваюсь в него ядовитыми когтями, шипя на ухо:

— Пока Смерть не разлучит нас.

Когда я проснулась, по лицу текли слёзы.

Мужем. Он был моим мужем. И я его предала.

Каким-то образом он выжил после моего яда. Каким-то образом он взял надо мной верх и убил меня. «Вынудила меня убить свою невесту» — с какой болью в горящих глазах он это сказал. Не удивительно, что он меня ненавидел — он имел на это полное право. Как я могла быть такой злой?

Одно дело — бороться с противником, сразиться и победить; и совсем другое — обменяться священными клятвами с тем, кого собираешься убить этой же ночью. Не удивительно, что у меня не было шансов его соблазнить.

«Я не прикасаюсь к гадюкам». Он научился не доверять. Он научился этому слишком рано.

Вся его жестокость и бессердечность были отточены мною.

Та Императрица видела только его голод. Она не замечала нежность и теплоту, с которой он на нее смотрел. Он собирался сделать ее счастливой.

Сделать меня счастливой.

Даже не замечая всего, на что он был готов пойти ради нее, эта женщина влюбилась в него. Она просто отказывалась это признавать.

А я?

Внезапно внутри все забурлило, чувства распирали грудь. Я чувствовала себя его женой. Я должна была объяснить ему, что никогда больше его не предам. Но он находился далеко. Оставив меня в одиночестве в своей постели.

Вернись ко мне, Арик.

Тихо. Слишком тихо. Я не хочу сейчас оставаться в одиночестве. Смахнув рукавом слезы с лица, я выскочила из комнаты, переполошив Циклопа. Вместе мы поднялись на этаж выше к спальне Ларк. Я тихонько постучалась. Понятия не имею, который час.

Ларк открыла дверь, протирая глаза:

— Что случилось, девочка?

Она была одета в футболку и леггинсы. Из копны черных волос выглядывал заспанный бельчонок.

— М-можно войти?

Она распахнула дверь и я вошла. За все это время я ни разу не была в ее комнате. Но именно такой я ее себе и представляла: на стенах плакаты с животными, на полках — клетки и аквариумы. На деревянной перекладине у ее кровати, точно будильник, устроился сокол. У нее была лампа в форме тигра, простыни с кенгуру, а высокий потолок был покрыт живым ковром из бабочек. Я знала, что здесь не было бабочек-данаид. Месяц назад Мэтью сказал, что две последние из них летают в тысяче миль друг от друга. Я снова почувствовала благодарность к Ларк за заботу об этих сокровищах. Но все еще не могла позволить ей думать, что слишком смягчилась.

— Простыни с кенгуру, Ларк?

— Не суди строго, модница, — сказала она без злости.

Мое присутствие взволновало часть ее зверинца, но одним взмахом руки она утихомирила мяуканье и карканье.

— Хочешь об этом поговорить?

Она забралась обратно в кровать, стянув с подушки сопящего ёжика.

А хотела ли я? Знала ли хотя бы с чего начать? Я подошла к окну и, вглядываясь в грозовую ночь, постаралась привести в порядок мысли.

Где-то там бродили по свету Арик и Джек. Джек разбил мне сердце, а я разбила сердце Арика.

— Ты знала, что в одной из прошлых игр, мы со Смертью были связаны? Женаты?

— Ммм, некоторые карты догадывались.

— Я только что видела это во сне. То, каким он был раньше.

— Я пыталась сказать тебе, что он не так уж плох, — сказала Ларк. — Из того, что я знаю, ты вроде как осрамила его перед злым фронтом. Как судьи, они оценили это на десятку.

— Да. Нет ничего хуже того, что я сделала, — пробормотала я.

— Когда он вернется, вы, ребятки, во всем разберетесь. Я уверена. Ты видела, как он смотрит на тебя во время танца, правда? Ну, так ты даже не представляешь себе, как он смотрит, когда ты не видишь. Вы все еще связаны.

Я неуверенно вздохнула. Столько всего из нашего прошлого еще нужно преодолеть. Когда сверкнула молния, я сказала через плечо:

— Каждый раз, когда вижу молнию, я вспоминаю о Джоуле.

— Знаю. Он, по крайней мере, не хочет тебя прикончить.

— На данный момент. — Я повернулась к окну, когда сверкнул еще один разряд молнии. Молния разветвлялась на черном. Зеленовато-желтая на красном?

У меня перехватило дыхание. Из темноты на меня смотрели узкие черные глаза.

Оген.

Глава 42

ПИРШЕСТВО! ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ!

— Ларк! — крикнула я. — Беги…

— ШАБАШ! — Могучий кулак Огена ворвался, разбивая окно. Стекло разбилось вдребезги, обдавая меня осколками, когда его кулак встретился с моим торсом. Ларк завизжала, когда я ударилась о дальнюю стену. Кости сломаны. Череп? Ребра? Лопатка? Из кожи торчали осколки. Не в силах подняться, я наблюдала, как Оген пытался схватить Ларк, пока волки, защищая ее, хватали его за руки. Здесь, в дальнем углу комнаты, мы были для него недосягаемы.

Хотя я думала, что она сбежит вслед за своими животными, убегающими и улетающими подальше от опасности, она бросилась ко мне и помогла встать. Ей тоже досталось немало осколков. Оген вертелся, пытаясь втиснуть свое грузное тело в оконный проем.

— АЛТАРЬ ПУСТ! — ревел он. — СВЕЖИЕ ПОТРОХА.

Мой охваченный паникой разум поразила догадка. По-своему, Мэтью предупреждал меня об этом. «Молния скрывает монстра». Только что я видела Огена при свете молнии. И Мэтью дал мне инструкции: «Ты должна порезать себя, когда алтарь пуст». Алтарь Огена был пуст; пришло время избавиться от манжеты.

Я шепнула Ларк:

— О-отведи меня в подвал. К лампам солнечного света.

— Черт, черт! Босс меня убьет.

Но она повела меня к выходу. Свистом позвав за собой волков, она крикнула Огену:

— Эй, мудак, встретимся на кухне!

— ТЫ МЯСО! — завыл он, рванув из окна так быстро, что здание задрожало.

Я закинула руку на плечо Ларк, и мы двинулись в направлении, противоположном кухне, три волка следовали за нами по пятам. Когда мы поднялись наверх, я, задыхаясь, спросила:

— Что случилось?

— Возможно какой-то важный Шабаш, о котором я не в курсе, — пробормотала она.

Мы поднимались по лестнице, которой раньше я не видела.

— Я никогда не видела его таким огромным, Эви. Я вызвала подкрепление из сарая, но пока они, следуя моим указаниям, откроют замок, пройдет время.

Мы двигались по коридору, пока не остановились у стены. Ларк нажала рукой на панель на стене, открывая проход. Прежде чем она со скрипом закрылась, за нами с пронзительным вскриком впорхнул сокол.

В полной темноте я снова была вынуждена положиться на ночное зрение Ларк, когда мы быстро спускались вниз по лестнице. Мы поднялись, только для того, чтобы спуститься во чрево этого здания?

Воздух стал влажным, вокруг тише. Я не слышала дождь, только стук лап позади нас, хлопанье крыльев и скрежет моих костей, когда они начали себя восстанавливать.

Я призвала Арика:

— Мы в беде — ты должен вернуться! — Никакого ответа.

Я даже позвала Мэтью. Ничего.