Кресли Коул – Лотэр (страница 8)

- Стрелок! - закричал шериф. Засвистели пули.

Но ни одной из них она не почувствовала: прямо из ниоткуда перед ней вдруг возник огромный мужчина, отгородив ее от стоящих позади офицеров

С яростным рыком он толкнул ее на землю, выбив из рук ружье и подставляя под пули свою спину. Она не могла поверить - его глаза были… красными. В него попало по меньшей мере пять пуль, но он так и не отвел от нее своего кошмарного взгляда.

- …Не стрелять!

- …Откуда он взялся?

- …Что, черт возьми, происходит?

Идеальная, словно мраморная кожа мужчины светилась на фоне его черной рубашки и плаща. Светлые волосы, точеные черты лица. И эти глаза…казались потусторонними .

- Еще один демон! - ее рука автоматически потянулась к лежащему в снегу ружью, но он наступил ей на запястье.

Элли вскрикнула от боли, а он надавил сильнее, его губы раздвинулись, обнажив… клыки.

- Ты смеешь рисковать жизнью моей женщины? - его глубокий голос был полон презрения. Лающие собаки моментально заткнулись.

- О ч-чем ты говоришь?

- Твоя попытка урвать минуту славы, Элизабет. Это все из-за нескольких убийств? - отвращение в его взгляде словно говорило "повзрослей!"

Раздался голос шерифа:

- Подними руки, чтобы я их видел!

Вместо этого светловолосый демон сгорбился прямо над ней, обхватив ее затылок и притянув к себе ближе. Второй рукой он отбросил в сторону ружье.

Когда в его спину вонзилась очередная пуля, он прошипел через плечо, обнажив клыки:

- Одну… минуту .

Украдкой Элли взглянула на копов, которые находились в замешательстве и никак не реагировали на происходящее.

А позади них вверх по склону взбирались Ефрем и остальные ее кузены, каждый с ружьем в руках. Шокированные видом демона, они здорово замедлились.

- Смертные, - усмехнулся тот, а затем повернулся к ней снова. - Слушай меня очень внимательно, Элизабет. Меня зовут Лотэр Враг Древних, и ты принадлежишь мне. Обдумав все варианты, я решил, что позволю тебе сегодня отправиться в тюрьму.

- В-вы меня с кем-то спутали! Я вас не знаю…

Он ее перебил:

- В человеческой тюрьме ты будешь скрыта от существ моего вида, что означает твою относительную безопасность на время моих поисков. Я вернусь за тобой через два года. Или около того, - он ее резко встряхнул. - Но лишь попытайся вновь навредить себе - а значит и моей женщине - я накажу тебя так, как ты и представить себе не сможешь. Ты поняла меня?

- Вашей женщине? Я не ваша!

- Нужна ты мне больно. -

Его красные глаза сузились. - Тем не менее, в тебе живет великолепное существо.

- Я не понимаю! Что во мне?

Свободной рукой он потянулся к ее лицу, черный когти сверкали в лунном свете. Проигнорировав ее вопрос, он хрипло пробормотал:

- Я получу ее , свою королеву, навсегда.

Она вздрогнула, когда он откинул с ее лица прядь волос.

- Отпусти меня, демон!

Он смотрел на нее, хотя обращался к другой, сидящей где-то глубоко внутри.

- Саройя, если ты меня слышишь, спи, пока я не вернусь за тобой. Когда все мои планы и замыслы свершатся.

Саройя? Оно имело имя?

Вскочив с нечеловеческой скоростью, он навис над Элли. Последовали слова на незнакомом языке, а потом он растворился в прозрачном воздухе.

Потрясенные представители закона с отвисшими челюстями приблизились к девушке. Пот струился по их лицам, хотя из ртов вырывался пар. Один из них молча надел на нее наручники, в то время как остальные направляли свои пистолеты абсолютно во все стороны - даже вверх.

Ефрем с родственниками выглядели словно громом пораженные, но сделать для ее спасения не могли ничего, если не считать вариант хладнокровного убийства четверых полицейских.

Ее заторможенный мозг наконец-то осознал, что она достанется им живой.

Красноглазый демон предотвратил ее смерть. И Элли дико хотелось его за это убить.

2 Риджвильский исправительный центр для женщин, Вирджиния

НАШИ ДНИ

- Желает ли приговоренная сказать что-нибудь напоследок? - нудным тоном спросил надзиратель.

- Нет! - привязанная к каталке Элли поежилась, сильно натянув электроды, прижатые к ее груди. Стоящий рядом монитор ЭКГ пикал с каждым лихорадочным ударом сердца. Тянущиеся от вен трубки капельницы раскачивались туда-сюда.

Возможно, она и боялась близкой смерти, однако спешка перекрыла все остальные эмоции. Однажды смерть уже ускользнула от нее.

Опасаясь, что "Саройя" пробудится и нападет на каждого, кто окажется поблизости, Элли отказалась от последнего ужина и не стала встречаться с семьей и священником. Очень быстро составила опись принадлежащего ей имущества: гигиеническая помада, учебники, четыре доллара мелочью и дневники.

Со своей судьбой Элли смирилась уже давно и жаждала смерти с самой ночи своего ареста. Для семей растерзанных жертв она написала письма с извинениями, которые будут им отправлены после исполнения приговора.

- Сэр, пожалуйста, поторопитесь, - умоляла она старшего охранника.

Ее просьба пробудила гул возгласов в соседней комнате. Свидетели, сидящие за перегородкой из зеркального стекла, не понимали, как относиться к такому необычному поведению убийцы.

Она была молода, ни разу не подала ни одной апелляции относительно приговора, и, как было известно, никогда не демонстрировала признаков агрессии.

Были, конечно, у нее в прошлом проблемы с законом. Некоторые - незначительные: застукана на парковке с мальчишками. Некоторые - не такие невинные: браконьерство на земле штата и отказ от сотрудничества с полицией и дачи показаний против членов своей семьи.

Но ни единой капли человеческой крови не пролилось по ее вине до начала той череды убийств длиною в год. Саройя взялась за дело с энтузиазмом, о котором Элли могла только мечтать.

- Я готова.

Надзиратель нахмурился, а охранники по обеим сторонам от него неловко пошевелились.

Против собственной воли - и против воли Саройи - они все в конце-концов полюбили Элли, им нравилась ее сосредоточенность на самообразовании и получении степени, хотя у девушки и не было никакого будущего.

Элли всегда отлично чувствовала людей, так что в итоге тоже прониклась к этой троице теплыми чувствами.

- Спасибо вам за все.

- Тогда бог с тобой, Элли Пирс.

Надзиратель развернулся в сторону смежной комнаты управления. Оба охранника последовали за ним, один из них на мгновенье прикоснулся рукой в перчатке к ее плечу, второй - коротко ей кивнул, но было видно, что он действительно расстроен.

Дверь за ними захлопнулась, последний оглушительный щелчок.

Я осталась одна .

Она смотрела им вслед, понимая, что никто больше не покинет эту комнату живым.

Одна. Так страшно.

Я не хочу умирать…

Она смотрела на свои руки, привязанные к мягким подлокотникам. Запястья ладонями вверх, обмотаны лентой. Две десятифутовых трубки для внутривенных инъекций тянулись от сгибов ее локтей к отверстиям в стене позади каталки и дальше - в комнату управления. С полчаса назад неназвавшийся доктор подключил к трубкам капельницу с физ. раствором. В полдень он добавит к раствору еще тройку препаратов, и несколько мгновений спустя этот кошмар закончится навсегда.

Надо довести дело до конца. Уже почти все.

Забавно, какие только мысли не приходят на пороге смерти. Много ли людей знают с точностью до минуты, когда закончится их жизнь?