Кресли Коул – Королева-ведьм на Хэллоуин (страница 17)

Она вздохнула.

— Именно. Он хотел воскресить свою жену и детей.

— Фантастично!

— У тебя пунктик на возвращение мертвецов к жизни?

— Ты обнаружила мою уже не тайную слабость, — ответил Рёк. — Должно быть, он держал эксперименты в той темнице. — Они нашли ответ на ещё одну загадку: колдун действительно стал абсолютным злом.

— Значит, он был таким же ужасным, как и мои гости.

Рёк нахмурился на неё.

— За ужином ты ни разу не упомянула о своём проклятии, хотя мы и говорили о монстрах. Хотя с этого я бы никогда не начал первое свидание. — Он пнул пустой ящик, лежавший у них на пути. — Ты скажешь своему колдуну?

— У нас с Иксиусом было больше, чем первое свидание. — Мышцы на челюсти Рёка напряглись. Ревность? Восхитительно. Она рассказала Иксиусу, потому что думала, что он может помочь. Но колдуны хитры, а хорошие, как её отец, встречались редко. Большинство ненавидели ведьм, их женская сила их пугала. Другие хотели высосать из ведьмы всю силу, ничего не дав взамен. Иксиус, склонялся к последнему варианту и был разочарован, когда Поппи не проявила никаких способностей. В конце концов, она была рада избавиться от него. Рёк сказал:

— Когда я спросил тебя в тот вечер, почему, по-твоему, людям нравятся фильмы ужасов, у тебя было странное выражение лица, и ты ответила: «Потому что это похоже на опасность. И перед лицом смерти жизнь становится ценнее».

— Я помню, — сказала она, удивлённая, что он помнил.

— Ты говорила по собственному опыту. Каждый Хэллоуин твоя жизнь превращается в фильм ужасов.

— А в этот раз и у тебя. — Паутина окутала её. Поппи потёрла лицо, отплёвываясь от нитей. Весь этот замок был полон паутины, и она влетела прямо в неё, затащив с собой и Рёка. Спасибо, Марикета. Как Поппи могла продолжать бороться, чтобы найти разрушителя проклятий? Как она могла не согласиться? — Держу пари, ты никогда не тратил столько усилий, ради секса. Должно быть, жалеешь о своём решении прийти сюда.

Его взгляд скользнул по её губам.

— Оно того стоило хотя бы ради этого поцелуя.

От воспоминаний у неё участилось сердцебиение, и, судя по его ухмылке, он это заметил.

— О, да ладно, Рёк. Это слишком высокая цена за поцелуй. Нам ещё несколько часов ждать, и придут другие неубиваемые гости.

— Ты была бы мертва, если бы я не пришёл сюда. Так что я ни о чём не жалею. Помни, я беспокоюсь не о себе. Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности. — Так она не представила себе беспокойство в его глазах, когда Аннализа нанесла удар. Несмотря на историю Поппи и Рёка, демону она действительно была небезразлична.

— Почему твоя работа — обеспечивать мою безопасность?

— Ты наняла мой меч.

— То есть тебе заплатили. Но ты не будешь доволен одним поцелуем.

— Нет. — Он посмотрел на неё. — Не буду. — Или, может, игрок просто хотел поставить галочку. Тьфу. Его отношение раздражало. Вскоре раздражение загудело внутри, как электричество вокруг. Она была в ярости из-за того, что оказалась в ловушке, из-за того, что какой-то придурок где-то проклял её. Она была в ярости из-за того, что демон так на неё влиял. Неужели за годы соперничества, одно ужасное свидание и опасную прогулку по замку она отдала ему частичку своего сердца? Что, если она никогда не вернёт её?

Он подарил ей ещё один поцелуй, который вывернул её наизнанку, не обещая ничего большего. Его поцелуй был проклятием. Это означало, что она проклята вдвойне. Паутина окутывала её. Пф-ф. Паучьи яйца хрустели под ботинками. Молния расколола воздух надвое. Эта нога стучала, стучала, стучала. Всё в этом месте выводило её из себя. Рёк, похоже, испытывал то же самое, его плечи напряглись. Резким тоном он спросил:

— Ты твёрдо решила встречаться с колдуном?

— О чём ты говоришь?

— Ты сказала бывшему, что приведёшь с собой сотню других колдунов

— Какое тебе дело до моих стандартов в отношениях? По крайней мере, я знала, что его не вызовут.

— Стандарты, да? И ещё раз: я не могу сопротивляться вызовам.

— Ты можешь разорвать договор с женщинами. — Вновь стук ноги. — Признайся: ты просто не хочешь.

— Я не стремлюсь делать им больно. Как только я заявлю права на свою пару, всё само собой разрешится. Они знают, что я никогда не брошу её.

«Я тоже это знаю!»

Так почему же Поппи вообще смотрела на него?

— Ты не можешь убедить меня, что тебе не нравится внимание. Потребность. Тебе это нравится, иначе ты бы прекратил это». Тук-тук-тук. Пф-ф. РАЗДРАЖЕНИЕ.

— Почему ты должен был так сильно меня разочаровать? — Он резко развернулся к ней.

— Потому что я демон, а с демонами такое случается? Ты тоже меня разочаровала — ненавидишь меня за то, что я не могу контролировать! — Опасность, влечение и дикое электричество заряжали их, как молнии, готовые ударить. С её губ сорвались слова:

— Что такого особенного было в той женщине, которая позвала тебя с нашего свидания? Она была сексуальнее меня? — Голос Поппи дрогнул от волнения. — Лучше целовалась?

— Ты под кайфом? Для меня нет никого сексуальнее. Никто не целуется лучше. Боже, ведьма, ты чуть не заставила меня кончить прямо на парковке! — Она в замешательстве откинула голову назад. — Тогда почему ты не вернулся ко мне? Почему? — Её голос дрогнул на последнем слове, но ей было всё равно.

— Я вернулся, а тебя не было. Я честно сказал, что иногда временно исчезаю. Ты знала, что меня могут вызвать, но всё равно сбежала!

— Я ждала целый час!

— Потому что я демон, а ты не хочешь, чтобы… — Он нахмурился. — Я отсутствовал меньше часа.

— Я ушла спустя час, так что тебя не было дольше. Но, эй, мужчины, как правило, теряют счёт времени. Ты хоть раз подумал обо мне, которая сидит в одиночестве в том ресторане?

Раздражение улетучилось, и он тихо сказал:

— Я не думал, что меня не было так долго.

— Объясни мне ситуацию. Женщина, с которой ты раньше спал, вызвала тебя, потому что ей нужен был партнёр по шахматам? Или передвинуть мебель? Или, что более вероятно, для секса.

Поджав губы, он повернулся, чтобы заглянуть за дверцу шкафа для хранения.

— Только для такого меня и вызывают. Я выполняю определённую функцию: пустой, лишённый эмоций секс.

— Тебя это возмущает?

— Может быть. Но я понимаю. Все знают, что я предназначен для своей пары, поэтому никто не хочет ничего большего. — Он повернулся к ней. — Факт остаётся фактом: Поппи, я ни с кем не спал в ту ночь.

— Тогда что же заняло целый час? Ты попал в искривление времени? Кейдеон попал в такое с прекрасной демоницей, и Холли заподозрила худшее.

Рёк покачал головой и открыл рот, чтобы заговорить, но, похоже, передумал.

Наконец? он пробормотал:

— Меня снова вызвали. И ещё раз. Может, ещё несколько раз после этого. Должно быть, у Эрола был какой-то особый напиток или что-то в этом роде. И это был субботний вечер.

— О, Геката, ну и работёнка! Ты как развратный шарик для пинг-понга, который скачет от одного к другому. — И она ещё осмелилась думать о том, чтобы поставить себя в очередь?

— Я ни с кем не спал! — Серьёзно? — Я отговорился, как обычно, но на то, чтобы выкрутиться, нужно время. Полагаю, ушло больше, чем я думал. Когда тебя призывают — это не то же самое, что телепортироваться. Это сводит с ума. Я никогда не знаю, где появлюсь. Меня будят от крепкого сна или прямо перед ужином, которого с нетерпением жду. А потом та ночь с тобой, всё было идеально. Всё было прелюдией. — Он обхватил её лицо большими руками, и она почувствовала мозоли от его меча. — Мы оба знали, что закончим то, что начали на парковке. Впервые в жизни я хотел заключить договор призыва. — Она выдохнула, и это подозрительно напоминало стон. — Я мечтаю взять тебя, — его взгляд снова опустился на её губы. — Если бы не опасность вокруг и не отрубленная нога, играющая нам в качестве музыкального сопровождения, я бы целовал тебя прямо сейчас, целовал долго и медленно. Я бы делал это до тех пор, пока ты не стала бы такой влажной для меня и не захотела бы, чтобы я вошёл в тебя. Ты сказала, что не станешь молить, но я мог бы заставить тебя.

Непреодолимое притяжение между ними затмило даже молнию. Поппи вздёрнула подбородок. Кончик её языка решил облизать нижнюю губу. Его зрачки расширились, когда он посмотрел на её рот.

— Чёрт, Рыжик, ты любишь дразнить меня. Ты играешь со мной.

— Я играю с тобой?

— Ты смотришь на демонов свысока. Хочешь, чтобы твоим мужчиной был колдун.

— Я просто хочу, чтобы кто-то был верен мне. Мне всё равно, к какому виду он принадлежит!

— Да? — спросил он.

— Да, — ответила она таким тоном, будто это очевидно. — Я не могу доверять своей магии; не могу доверять бессмертным, пока не выясню, кто меня проклял. Но я должна быть в состоянии доверять своей паре.

Казалось, весь гнев покинул его.

— Неудивительно, что ты не дала мне шанса после нашего свидания.

— Ты должен признать, что ситуация выглядела плохо, — сказала она. — И у тебя определённая репутация. Но теперь я рада, что мы всё прояснили. — Он отвёл взгляд. — Рёк?

— Иди сюда. — Он потянулся к ней. — Ты вся в паутине. — Он очистил её волосы, и веки Поппи отяжелели, а раздражение рассеялось. Хотя она и сопротивлялась его харизме и непринуждённому обаянию, эта нежность могла её погубить.