Козьма Прутков – Русская басня (страница 63)

Вулканом изваян (возможно ль?) человек.        Приходит Мом. И что вы, добры люди, Подумаете,— он учтивость сохранит? «Твой вол прекрасный зверь,— Нептуну говорит,— Но он бы был сильней, рога имев у груди».                    Минерве: «Сей фасад Сияющ, и по всем он правилам построен; Но ежели сосед и зол, и беспокоен — Что сделаешь? Нельзя перенести палат». Впоследок очередь дошла и до Вулкана: «Вся хитрость во твоем труде истощена. Но для чего в груди не сделано окна, Чтоб правду отличать льзя было от обмана?»        Окончен суд, и участь всех равна.        Тогда мои узнали поздно боги, Что трудно и богам на Мома угодить. Зачем же критике, пииты! вас щадить? К чему ваш крик и шум? Судьи должны быть строги.

КУЧЕР И ЛОШАДИ

Не ведаю того, в каком то было лете И точно коего то месяца и дня; Лишь ехал господин по улице в карете,—                      То только знаю я. На козлах кучер был с предолгими усами И тамо управлял упрямыми конями. Не так на небесах гордился Фаетонт Иль Ахиллесов вождь коней Автомедонт. В то время, как то он без правил и закона        Скакал к стенам прегорда Илиона, Как кóзел с высоты, скиптр кучерский в руках,             Подобно как индейский шах, Гордился кучер мой и так превозносился:                    «Какая часть моя!                                    Где я? В какой высокий чин на свет я сей родился? Се подданны мои, на них мне власть дана, Тварь бедна, для меня лишь ты сотворена!» Но в час, плачевный час, как хвастал он надменно, Неслыханное зло в то время совершенно:                    Конь в брюхо брык,                    Упал мужик.                    Поднялся крик. Кто прежде в высоте вверху был над конями,             Тот стал под коньими ногами. О вы, великие и сильны на земли! Толь страшну истину из уст моих внимая,             Страшитесь, чтобы не могли Вы гордостью дойти погибели до края. И вы, всевышнего подобие и вид,       Цари, я к вам мой глас днесь обращаю, Простите мне, коль я воспоминать дерзаю, Что не презрение любовь к вам в нас родит.

ВЕРХУШКА И КОРЕНЬ

Когда-то Корень так в себе сам говорил: «Зачем мне истощать своих лишь токмо сил,                            Чтобы Верхушку,                     Такую лишь вертушку,                                   Кормить,                                   Поить                     И на себе носить? Затем ли сделан я, чтоб ей слугою быть?              Нижé она мой повелитель,              Нижé и я ее служитель:              Всегда ль мне ей оброк платить?                                   Вить