Козьма Прутков – Русская басня (страница 19)
И платьице почище я имею,
Да я из олтаря украсть не смею».
Кисельник отвечал: «Не знаешь ты творца,
Отъемля у меня на Вышнего надежду:
Не смотрит бог на чистую одежду;
Взирает он на чистые сердца».
ДЕВКА
Вдруг девка на реке, мыв платье, зарыдала
И в тяжкой горести об этом рассуждала:
Как замужем родит иль сына, или дочь,
А что носила во утробе,
Увидит то во гробе...
Вообрази себе ты, девка, перву ночь!
Повеселяе девка стала
И вдруг захохотала.
Не плачь, не хохочи, дружочек мой,
Да платье мой!
ЛЕВ И КЛОП
Клоп дерзкий Льва кусал
И вместо яда вонь на Льва бросал.
Поиман Клоп; трепещет он от страха
И думает: «Не будет больше праха
На свете моего».
Однако Лев не раздавил его,
Сказав ему: «Клопы мной вечно не попрутся;
Ты ведай то, что львы с клопами не дерутся».
СТРЕКОЗА
В зимне время подаянья
Просит жалко Стрекоза,
И заплаканны глаза
Тяжкого ее страданья
Представляют вид.
Муравейник посещает,
Люту горесть извещает,
Говорит:
«Стражду;
Сжалься, сжалься, Муравей,
Ты над бедностью моей,
Утоли мой алч и жажду!
Разны муки я терплю:
Голод,
Холод;
День таскаюсь, ночь не сплю».
«В чем трудилася ты в лето?»
«Я скажу тебе и это:
Я вспевала день и ночь».
«Коль такое ваше племя,
Так лети отсель ты прочь:
Поплясати время».
САТИР И ГНУСНЫЕ ЛЮДИ
Сквозь темную пред оком тучу
Взгляни, читатель, ты
На светски суеты!
Увидишь общего дурачества ты кучу.
Однако для-ради спокойства своего,
Пожалуй, никогда не шевели его;
Основана сия над страшным куча адом,
Наполнена различным гадом,
Покрыта ядом.
С великим пастухи в долине были стадом.
Когда?
Не думай, что тогда,
Когда для человека
Текли часы златого века,
Когда еще наук премудрость не ввела, 
