Козьма Прутков – Русская басня (страница 150)

Вскочил подлец. Не знает, что сказать,     Хвостом вертит — и ну щенка лизать.         Вот так-то Гур Пафнутьич рассердился     На Разумова, что тот орден получил.         «Да как он к нам определился,         Я уж тогда... в архиве был         Помощником! А он был что? Мальчишка,                Так, школьник, писаришка!         Теперь асессор, кавалер!     А я уж тридцать лет как обер-офицер,     Но нету у меня и бронзовой медали;                Писцу же так крест дали!» — «Послушай, Гур: был Разумов писцом,     И мы с тобой писцами были;     Он после сделался дельцом, Служил с отличием; за то и наградили.                   Что сделает он в день,     Того, хоть пять очков надень, Не сделаешь и в год, как ты ни хоробрися».     «Молчать, архивна крыса!»

ЗАВЕТНОЕ ПИВО

    Фома на завтрак звал Кузьму,                        И после водки                  Так говорил ему:                  «Покушай-ка селедки.     Ну, что за сельдь! Крупна! жирна!                        А как вкусна!     Голландская, ей-богу! Без обману! У Королева брал. Тебе-то лгать не стану...                  Вот свежая икра                        Из осетра...                         Прикажешь лýчку     Зеленого?.. Попробуй эту штучку:          Балык, да ведь какой балык!          Ну так, как мед, во рту и тает. Нельзя не есть; возьми: кусочек невелик». «Помилуй! Этак я не стану и обедать». «А семужки нельзя никак, чтоб не отведать; Ведь из Архангельска прислал в гостинец сват.                       Покушай, брат!». «Фома Панкратьевич! покушал я довольно».          «Э, как тебе не стыдно? Полно.                       Чем только лишь богат,          Тем гостю дорогому рад...                               А вот грибочки,          Тут рыжички, а здесь груздочки;          И тех отведай, и других. Груздочки хороши, а рыжики так диво!                  Здесь не найдешь таких: Из Вологды!» — «А в кружке что?» — «Да пиво».     «Ну, накормил ты молодца;      Пожалуй-ка теперь пивца». «Вот этого нельзя; пей, если хочешь, водку». «Помилуй, ты меня соленым все кормил; А пива жаль тебе!» — «Я звал ведь на селедку;      О пиве ж ничего тебе не говорил». «Умилосердися! Дай промочить мне глотку».                  «Пей водку!» «Ведь пиво есть?» — «Есть про себя,                  Не про тебя». «Хотя кваску вели подать, Панкратьич».                  «Есть, Елизарьич,                     И квас,                  Да лишь про нас». «Ей-ей, пить хочется».— «А знаешь, на хотенье —