Козьма Прутков – Русская басня (страница 129)
— «Ах, мне леса и милы!» —
Печальный был ответ.
«Кому ж ты здесь поешь,— касатка возразила,—
В такой дали от жѝла,
От ласточек и от людей?
Кто слушает тебя? Стада глухих зверей
Иль хищных птиц собранье?
Сестра! грешно терять небесно дарованье
В безлюдной стороне.
Признаться... здесь и страшно мне!
Смотри: песчаный бор, река, пустынны виды,
Гора, висяща над горой,
Как словно в Фракии глухой,
На мысль приводят нам Тереевы обиды.
И где же тут покой?»
— «Затем-то и живу средь скучного изгнанья,
Боясь воспоминанья,
Лютейшего сто раз:
Людей боюсь у вас»,—
Вздохнув, сказала Филомела,
Потом: «Прости, прости!» — взвилась и улетела
Из ласточкиных глаз.
А.Н. Нахимов
СВИНЬИ И ЯГНЕНОК
Ягненку погулять без матери случилось,
И горе страшное бедняжке приключилось:
Увяз в болоте он; барахтаяся там,
Блеял о помощи к свиньям,
Что в тине нежились, в серали, как султан.
Расхрюкалося вдруг Эпикурейцев стадо;
Не помогать оно — упреки делать радо:
«В какую ты забрел, бесстыдник, грязь?
Вот молодость, увы! к чему приводит вас!
А если б пожилым скотам повиновался,
Тогда б, молокосос, в беду ты не попался.
Каков ты прежде был? — Как свинка бел, пригож,
Теперь же — посмотри: ну на кого ты схож?»
Так мудрецы сии Ягненка укоряли;
Но между тем они того не примечали,
Что сами глубже все в болоте погрязали.
Всяк скажет, кто сию (уж какова ни есть)
Изволит басенку прочесть:
Бывают и у нас наставники такие —
Всем проповедуют, а сами не святые.
ЖИВОПИСЕЦ
Был живописец славный,
Рафáилу в искусстве равный
И очень, очень не дурак;
Но сердцем жалкий был простак:
Уж до того он совести держался,
Что даже знатным льстить боялся!
А кто сие почтет за грех?
Спросите вы у всех.
Сей добрый человек хотел себя прославить,
И чем же? Вздумал он представить
Пороки все и глупости людей.
Судя по мастерству, он сущий чародей:
Нельстива кисть его что ни изобразила,
Одушевила.
Картину кончивши, тотчас
Он выставил ее народу на показ:
Но лишь ее узрели,
Кокетки обомлели,
У плута волос дыбом стал,
Лжец трепетал, 
