Козин Иван – До первого снега (страница 6)
Факт сохранился.
Звук — нет.
Он сидел в темноте, слушал тишину на месте слова, и знал, что завтра возьмёт новый кристалл. Не потому, что верил в спасение. Потому что остановка сделала бы все потери бессмысленными.
А Тейн не мог позволить своей дочери стать бессмысленной.
Даже если больше не помнил, как она звала его по имени.
Два узла резонировали под городом.
Трещина пошла дальше.
Глава 3 — Совет Хранителей
Капли падали раз в семь секунд.
Элина стояла у входа в нижний зал Совета и слушала, как сбивается ритм. Три капли — пауза — ещё три. Между четвёртой и пятой всегда провал ровно в семь секунд.
Аномалия добралась сюда тоже.
Под землю. В камень. В воду.
Шаги за спиной она узнала сразу.
Архивариус: каблук ставится первым, носок опускается осторожно, будто человек боится разбудить спящие страницы.
Лиор остановился в трёх шагах. Элина не обернулась. Резонанс в груди сместился, стал плотнее — словно к уже звучащей струне прижали вторую.
— Ты уже видел Сектор 7, — сказала она.
Не вопрос.
Лиор молчал. Пальцы сжали край плаща — ткань натянулась и отпустилась.
— Видел.
Голос ровный, сухой. Элина ожидала трещины — вины, страха, хоть одного рваного края. Но Лиор говорил как человек, всё ещё уверенный, что контроль можно удержать.
Это было хуже всего.
Тейн начинал так же.
Она обернулась.
В тусклом свете единственного кристалла тени лежали у Лиора под глазами — не усталость; что-то внутри уже начало истончаться. Левая ладонь прижата к бедру, но серебряное свечение всё равно пробивалось между пальцев: ровное, с редкими сбоями, свеча на сквозняке.
— Второй узел активировал Тейн. Ты это знаешь.
— Теперь знаю.
— Он был моим…
— Я знаю, кто вы друг другу. Келлен рассказал мне о Совете. До того как перестал узнавать.
Имя Келлена она помнила. Архивный писец из Сектора 4. Пятнадцать лет дружбы с Лиором — теперь чужой человек с пустотой вместо общей истории.
Элина видела такие пустоты раньше.
Каждая правка Тейна оставляла их в городе, как выжженные пятна.
— Зачем ты позвала меня?
— Потому что ты ещё можешь остановиться.
Она выдержала паузу.
— Тейн уже нет.
Элина открыла дверь в зал с картой. Воздух пахнул сыростью и холодным серебром — так пахнут комнаты, где слишком долго хранят кристаллы.
Лиор задержался на пороге, опустив взгляд на ладонь. Индикатор дрожал.
Элина ждала.
Он переступил порог.
Карта лежала на каменном столе и светилась изнутри.
Кристаллы, вплавленные в плиту, пульсировали каждый в своём ритме. Вместе они составляли живое тело города — израненное, дышащее, уже не способное спать.
Света хватало.
Два узла горели алым.
Один — в районе подземных архивов.
Второй — в зале Совета, где Тейн переписал изгнание.
От них разбегались трещины: тонкие, воспалённые, они ползли по кварталам, как вены. Сектор 7 пульсировал отдельно — семь минут, и Элиса выбегает, падает, умирает. Мёртвая зона на востоке дышала серым наростом. Края её не расширялись, а именно двигались, словно лёгкие. Поющий колодец мерцал бледно-голубым, и карта показывала семь одинаковых кругов.
А на месте лавки «Три клёна» зиял провал.
Не точка.
Провал.
Тёмный, не светящийся, выжженное пятно на живой ткани. Края рваные. От него не отходило трещин — он сам был трещиной.
Лиор подошёл ближе. Пальцы потянулись к провалу — архивист, привыкший проверять подлинность кончиками пальцев.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.