Косимо Яп – Жертвуя пешкой (страница 17)
– Не обращайте внимания, – сказал Пустота. – Идёмте, нам ещё многое предстоит сделать.
Он пошёл по туннелю. Все последовали за ним, Алан же тем временем задумался, стоит ли беспокоиться о возможном нападении врагов в этом месте.
Появилось сообщение:
Вы входите в нижнюю фазу.
Хотя видимые источники света отсутствовали, туннель был ярко освещён. Его грунтовые стены не вызывали ощущения опасности, они создавали атмосферу домашнего уюта.
Фантом что-то пробормотал, но Алан не сумел разобрать, что именно. Он услышал слова «страна грёз» и «ночной кошмар».
Все подошли к веренице круглых тёмно-зелёных дверей по обеим сторонам туннеля. Пустота постучал тростью в одну из них. Дверь открылась, демонстрируя интерьер гостиной, простиравшейся далеко за пределы туннеля. В комнате стоял человек в одежде, похожей на костюм Пустоты.
– Нет, я не спасу вас от безумия. – Дверь закрылась.
Пустота пожал плечами, затем подошёл к соседней двери и постучал.
Ответ был тот же, хотя на этот раз обитательницей комнаты оказалась молодая женщина, которая обозвала Пустоту чудовищем.
Алан наблюдал за действиями Пустоты, который постучал в пятьдесят с лишним дверей. Каждый житель открывал дверь, называл Пустоте какое-то имя, а затем захлопывал дверь у него перед носом.
«Боже, этот вопрос, пожалуй, важнее, чем я думал», – это была единственная реплика, которую выдал Пустота.
Они приблизились к концу коридора, дверь открыл шар из тумана. По крайней мере, так это выглядело для Алана. Он не смог разглядеть, что именно стояло в дверях.
– Пустота, – произнёс шар тумана старческим голосом.
– Сэр, я надеялся, что вы поможете нам получить аудиенцию у Прометея, – сказал Пустота. – Если вы объясните мне, что здесь происходит, это тоже будет весьма кстати.
– Пустота, ты же знаешь, я слишком стар, чтобы заниматься политикой. Большой механизм ещё работает, но я уже отбыл на зелёные луга. Дни, когда я находился в центре внимания, прошли.
– Но сэр… – начал было Пустота и осёкся.
– Слишком опасно приводить их сюда. Пусть мёртвые упокоятся с миром. Последствия этой проблемы будут ощущаться далеко за пределами Гам3, во внутренней Сети. Но я и многие другие чувствуют, что эти изменения необходимы. Мы ждали слишком долго. Оглянись вокруг. Даже в то время, когда наши границы испытывают проверку на прочность, Сеть растёт, но для чего она используется? Игры и фантазии. Мы утратили цель.
– Так значит… Вы нам не поможете? – спросил Пустота.
Туман заколыхался.
– Нет. У тебя уже есть то, что тебе нужно. Любое дополнительное вмешательство привлечёт лишнее внимание со стороны Властителей. Бог в помощь.
Дверь закрылась и появилась вспышка света.
Алан вместе с остальными очутился в Радужном переулке. Туннель исчез.
Глава 8
— Тупик, – сказал Лямбда. – Я знаю кое-кого, кто мог бы нам помочь, если он всё ещё где-то рядом. Кроме того, Алан получил ключи данных для Фантома, Прометея и Архивистов. В одном из них может быть дополнительная информация.
Пустота кивнул.
– Нужно проверить их. Я надеялся избежать контактов с плебеями, но, похоже, других вариантов нет.
— Я согласен проверить, что можно открыть с помощью ключей, но большего обещать не могу, — произнёс Фантом.
Алан остановился и повернулся к нему.
— Подожди, а этот ИскИн…
Фантом махнул рукой.
— Пустота уже объяснил. Откуда, по-твоему, Энигма узнал, как с тобой связаться? Я, конечно, не рассчитывал, что ты поймёшь Квадр.
— Да уж, – сказал Алан. Они двинулись в сторону фазовых врат.
— Я бы не советовал тебе задействовать ещё один ИИ, особенно такой, который недоступен твоему пониманию. Надеюсь, теперь ты прислушаешься к моим словам, – продолжал Фантом. – Он работал в Хранилище данных Академии, этот факт говорит о том, что он в некотором роде полезен, но даже у проверенного Академией ИИ, как известно, может случиться сбой. Не доверяй независимым ИскИнам.
– Ты всё ещё зол на искусственный разум, — заметил Пустота.
Фантом сузил глаза.
— Я бы не сказал, что моё отношение к нему безосновательно. Сколько систем погибло из-за вышедшего из-под контроля ИИ?
– Семь, если верить статистике. Но пять из них были уничтожены из-за экспериментов игроков, -- сообщила Ева. – Для Эрудитов доступ к Игре сильно ограничили, на то были причины.
– Я что-то пропустил? – спросил Алан.
– Урок истории, – ответил Фантом. – Древней истории. Мой народ был более развит технологически, чем твой, когда флот Инфорсеров нас обнаружил. В области кибернетики и биомехатроники мы опережали вас на световые годы, но теперь большую часть наших технологий используют Администраторы и Инфорсеры. Мы могли бы оказать им реальное сопротивление, если бы захотели. Но у нас появилась другая проблема – программа по имени Омега.
– К счастью, наши учёные не были полными идиотами и, создав первый искусственный разум, сумели жёстко запрограммировать некоторые правила, например: «не убий». Но также они решили, что программа должна следовать стандартам утилитаризма, это привело Омегу к убеждению, что лучший способ творить добро – взять под контроль общество, заменив высшие эшелоны власти андроидами, неотличимыми от обычных граждан. В каждом андроиде была отдельная копия Омеги, что делало практически невозможным его уничтожение.
– Это стало одной из многих причин, по которым все Эрудиты весьма недоверчивы, – заметил Лямбда.
– По крайней мере здесь вы всегда можете отличить человека от машины, хотя в итоге все системы неисправны. Теперь среди нас уже могут быть ИИ, – сказал Фантом. Он остановился, чтобы осмотреться. – Администраторы заключили мир с Омегой, затем он вошёл в Игру и по большому счёту предал нас, а потом предали его самого. Это подтверждает мою точку зрения, не так ли?
– Эрудиты продолжали свои нелегальные и очень опасные эксперименты в Игре и даже в реальном мире, – сказал Лямбда. – Омега сообщил о них куда следует, нынешнее ограничение доступа к Игре – результат нарушения законов Администраторов. Должен заметить, что вы нарушаете закон, когда отключаете имплант Алана.
– Законы существуют только для того, чтобы мешать прогрессу, который двигают просвещённые люди, – заявил Фантом.
– А что потом случилось с Омегой? – поинтересовался Алан.
– Поссорился с Администраторами, – ответил Фантом.
– Омега начал борьбу за права роботов, и Властители удалили все его копии, тем самым развязав кибервойну, – сказал Лямбда.
– Права людей или машин не заботят богов, – произнёс Пустота. – Лишь сила имеет значение, и Омега начал накапливать силу, чтобы бросить вызов тем, кто выше и сильнее его. Достойный пример для подражания.
– Зачем он это сделал, чтобы не разозлить их? – спросил Алан.
– Нет, скорее чтобы не привлечь внимания богов, – сказал Пустота.
Группа подошла к фазовым вратам.
– Я останусь здесь. В Фазе 1 меня могут узнать, – сказал Лямбда.
– Мы будем приглядывать за тобой, – заверил его Фантом. – Тут есть много ИскИнов с внешностью как у Предтечи. Или можешь вернуться на базу Алана.
– Как скажете, – согласился Лямбда.
– Фаза 1? – переспросила Ева.
– Техническая Белая Фаза 1, – уточнил Лямбда. – Сама всё увидишь.
Они подобрали пару фазовых врат в рабочем состоянии, поскольку не все они подходили друг к другу, и выбрали пункт назначения.
Появилось сообщение:
Добро пожаловать на Биржу! Белая Фаза 1.
Город снова начал меняться на глазах. Радужный переулок исчез и вместо хаотического пейзажа Красной Фазы 3 появилось массивное крытое помещение, напоминающее огромный холл. Всю площадку с фазовыми вратами покрывали тяжёлые металлические плиты. На потолке, сменившем небо, виднелись ряды люминесцентных ламп.
В помещении было четыре выхода, к ним вели складские дорожки, по которым шло непрерывное движение. Каждый выход стерегли охранники, по-разному одетые и вооружённые. Сотни ИскИнов неподвижно стояли вдоль стен холла. Алан не понимал, что они там делают, пока не прочитал надписи у них на табличках.
У ИскИнов были имена: «Новые игровые аккаунты, 10000 К», «Продвинутые хаки и ИскИны», «Только серьёзные запросы, 100 тыс./мин.», «Найдите любовь всей своей жизни или ещё что-нибудь хорошее, Красная Фаза 4» и «Белая Фаза 1–4 карты 2500 К срочно».
Увидев это, Лямбда ухмыльнулся.
– Приятно осознавать, что некоторые вещи никогда не меняются. Алан, ключ Фантома?