Коротыш Сердитый – Боцман и раздолбай (страница 11)

— Назад! — крикнул он. — А то я придушу его!

Он начал двигаться к выходу. Серокожие замешкались, быстро переговариваясь между собой и решая что делать, как от выхода отделилась более широкая и высокая фигура, темный силуэт которой напоминал человека, но очень гигантского размера. Он что-то громогласно заявил и боевые роботы пришли в движение, всадив в грудь серокожего пару зарядов из парализатора. Досталось и Роме, который снова провалился в беспамятство.

— Почему я все должен делать за вас? — возвестил Хаман Анот, хмуро смотря на своих подчиненных.

— Но раб ведь захватил Писта и прикрылся им! — воскликнул один.

— Да какая разница, кем он прикрылся. У вас есть парализаторы — шваркнули и все! Проблема решена. Чего мялись?

— Так ведь…

— Никаких так! Подхватили обоих — этого в регенератор, этого в рудовоз, который идет к «Отчаянью». Этих в систему Кольца, распределите поровну по шахтам. Выполнять!

Хаман развернулся и вышел из помещения. До чего же тупые и трусливые ингеры! Любой федерал поступил бы точно также, как это сделал он. Анот был уроженцем внешних систем Федерации, знал, что такое война и рабство, воспитывался с милитаристической семье и конечно же пошел по стопам отца сразу же в космодесантники, да вот только вся их рота полегла в скоротечной войне корпораций и вот тогда только до него дошло, что помирать за чужие интересы очень не хочется. Хаман смог выбраться с той планетки и теперь осел в Приграничье, потому что в родные миры ему был закрыт путь как дезертиру. Зато здесь он смог неплохо так развернуться и теперь командовал этими мягкотелыми серокожими ингерами. Даже умудрился сколотить отряд быстрого реагирования, состоящий почти сплошь из земляков, правда было еще пара нишхов, вехов Хаман предпочитал не брать — они бы не сработались с этой парочкой. Ему бы для полного комплекта еще пару накрийцев, тихушников этегров или шагров, вот тогда будет ударный отряд.

Один из ингеров подошел к лежащему оглушенному рабу и пнул его в бок.

— Эй! — крикнул Хаман. — Я что, неясно сказал? Подхватили и потащили! Бегом!

Ленивые ингеры подхватились и быстро выполнили приказ — все же трусость у них в крови. Положили на гравиплатформу и повезли к кораблю, а цепочка рабов под присмотром роботов и Хамана потянулась к готовым к отправке кораблям. Когда мимо Анота провозили дерзкого раба, он посмотрел на него и сказал:

— Ничего, на тианитовых шахтах тебе быстро мозги вправят. А если будешь дурковать, то быстрее сдохнешь, все равно ты достался нам даром.

И Хаман громко захохотал, чем вверг и рабов и ингеров в испуг и уныние.

Глава 3

На сей раз пробуждение было долгим и мучительным — болела голова и по телу медленно но верно расползалась ломота, словно кто-то от души лупил ногами по бокам и по почкам. Может быть так оно и было, подумал Рома, похоже получать по голове входит у меня в привычку, за последние сутки меня били так раз пять или шесть? Надо бы уже прервать эту неприятную череду выписывания люлей, да самому уже их кому-нибудь отвесить, а то прямо слишком огорчительно — меня лупят, а я нет. Тот недоавторитет не в счет, а вот инопланетяне явно напрашиваются на добавку. Ну ничего, сейчас оклемаюсь и… черт, какой же яркий белый свет, притушили бы что ли.

Рома полуприкрытыми глазами осмотрел помещение — длинные металлические лавки, широкие столы, в дальнем углу виднелся проход в еще одно помещение, где выглядывал краешек двух, а может быть и трехъярусных кроватей. Боцман попытался встать и это у него получилось, тело, хоть и ломило от боли, но старалось выполнить команды хозяина, да и сам Рома уже привычно попытался приглушить неприятные ощущения. Он выпрямился, взмахнул руками, наклонился вправо и влево, повернул корпус, чуть размявшись. В столовой, а мебель, расположенная в комнате именно напоминала ее, никого не было, только в спальне кто-то кашлял. Боцман обнаружил, что одет в тот же комбинезон, правда он был чуть запачкан, но это не беда. Крадучись, он пошел в сторону спальни и осторожно выглянул из-за угла.

Правая часть коек была занята телами, которые спали на них не раздеваясь в громоздких и неповоротливых с виду скафандрах. Чего это они, подумал Рома, разглядывая гофрированные сочленения рук и ног — скафандры больше напоминали символ Мишлен — такой же раздутый и крупный, состоящий из шин, вот только здесь были шлемы и металлические вставки на груди и спине (кто-то спал на боку и можно было разглядеть). Боцман подошел к ближайшему засоне и заглянул в его прозрачное стекло забрала. На него уставилось серое изможденное и худое лицо инопланетянина, который с всхлипом втягивал воздух и никак не мог надышаться, словно в его горле или легких застрял большой ком. Лицо было осунувшимся, скулы заострившимися, кожа висела на костях, под буркалами пришельца были черные круги, а веки были настолько тонкими, что под ними можно было различить как ему снится сон — яблоки глаз то и дело туда-сюда бегали. Рома бесцеремонно растолкал инопланетянина — веки того задрожали и он уставился вымученными, с крупной сеткой кровеносных сосудов налитых желтой кровью, глазами на человека.

— Э, любезный, где это я? — спросил Боцман.

Пришелец что-то тихо прошелестел и снова закрыл глаза, но Рома не дал ему снова уснуть.

— Э, я к тебе обращаюсь!

Тот попытался вяло отмахнуться, но рука едва поднялась и вновь упала, а инопланетянин попытался скороговоркой ответить человеку, но силы его окончательно покинули и он закрыл глаза.

— Помираешь что ли? — спросил у него Рома, но ответа не получил и оставил бедного пришельца в покое.

Подошел к другой койке — тут уже картина была получше, здесь спал человек. Ну, хотя бы внешне похожий на него. Рома затряс койку — с таким же успехом он мог попытаться сдвинуть бетонный блок, та даже не шелохнулась.

— Э, подъем! — Гаркнул он в ухо лежащему и тот резко подскочил, а вместе с ним и еще несколько лежащих рядом.

Проснувшиеся уставились на Рому.

— Может быть, кто-нибудь из вас скажет мне, где я? — зло спросил он.

Раздались визгливые непонятные слова и выражения, наверняка с использованием нелестных эпитетов в адрес человека, но Боцман оборвал их взмахом руки.

— Ничего не понятно. — Объявил он. — Что, никто русского не знает?

— А ты что их не понимаешь? — спросил глухой голос с нижней койки через два ряда.

— Кто сказал? Покажись! — Рома выскочил в проход.

— Да вот он я. — Лежащий человек помахал рукой. — Подходи, пообщаемся. Только сперва скафандр одень, а то через несколько часов загнешься от лучевой болезни.

— А где его взять, скафандр?

— Да вон с того крайнего на верхней койке сними. — Человек указал на инопланетянина, которого Рома тормошил первым. — Ему он уже без надобности, наверняка отправился к своим предкам или куда там ингеры уходят.

— Ты что, предлагаешь мне снять его с мертвеца?

— Другого выхода у тебя нет, если хочешь выжить. Тут скафандры передаются по наследству. — Человек хохотнул. — Давай, облачайся быстрее.

— А как его снимать? — Рома подошел к пришельцу и перевернул его на бок, высматривая знакомую по комбинезону молнию.

— Ты откуда такой дикий взялся? — спросил, вставая и кряхтя, человек.

— С Земли.

Тот замер и потом витиевато выругался.

— Мог бы и сам сообразить, ведь по-русски же разговариваем! — воскликнул человек, подбегая. — Федор. — Протянул он руку.

— Рома. — Представился Боцман.

— Ты как сюда загремел? Тоже в наказание сослали? — зачастил Федя. — Какой клан? Под кем ходил?

— Да не под кем я не ходил, помоги лучше со скафандром разобраться.

— Да простая техника, жмешь сюда вот на эти две выпуклости, он и раскрывается как ракушка. — Почти невесомое тело пришельца выпало из костюма. — Вот, этого на фиг, он уже должен был давно помереть. Теперь влезай в него.

— Легкий он какой-то. — Посетовал Рома, всовывая ноги в «штанины». — Точно в космосе защитит?

— В каком космосе? — не понял собеседник.

— Ну а зачем еще скафандр нужен.

— Так тебе не объяснили, куда ты попал?

— Как будто кто-то пытался.

— Ну-у-у… все это довольно просто. — Федя прищелкнул себя по ошейнику. — Мы — рабы на шахте «Отчаянье». Это самая крупная выработка тианита в пределах так сотни парсек и принадлежит она пиратскому клану «Веселые Добытчики».

— Что, такие уж и веселые? Или все время навеселе? — Рома щелкнул себя по горлу, но помешал ошейник.

— Ну, типа того. — Кивнул Федя. — Кто придумал такое название, я не знаю, да это и не важно, пусть хоть утюгами называются, нам-то это не поможет.

— Почему?

— Потому что мы получили билет в один конец, а ты, я так понимаю, что и пожизненный. Давно с Земли?

— Да я как-то дни не считал, все время в отключке провалялся.

— И тебя сразу в шахту засунули? Ну и ну, что-то странное твориться на станции, чтобы молодого крепкого раба и в радиоактивные рудники.

— Радиоактивные?! — взгляд Ромы заметался по стенам. — Черт! Вот это подстава!

— Ну да. — Хмыкнул Федя. — Никто из граждан Содружества радиоактивный уголек рубать не хочет, вот и ссылают сюда всех подряд, рабов в первую очередь, ну и проштрафившихся тоже бывает. Вот как меня.

— А тебя-то за что? Со мной-то все ясно.

— Я в рабах у «Мастеров» техником был. Слабоватым правда, интеллект у меня всего девяносто четыре, с нейросетью будет сто три и если еще имплант на память поставить, то и до ста двадцати дотяну, а это уже как минимум третий ранг, хотя мне и второго за глаза хватает.