Корнелл Вулрич – Невеста была в черном. Черный занавес (страница 3)

–Чтоб меня… – проговорил Блисс. И расписал, что, по его представлениям, могло бы с ним происходить.

–Разумеется, с меня и того хватило, – благородно заверил Чарли. – Это была последняя капля. Когда я услышал такое, я заявил себе: «Этот номер у вас не пройдет. Не в мою смену, дорогуша!» Но я ей ничего не сказал, потому что… Ну, она была в общем-то прилично одета, не из тех, с кем стоит быть построже. Так что я ее мягко прокатил, сунул к вам в дверь не тот ключ и прикинулся, что у меня другого нет и что она попасть к вам не сможет. Мы вернулись вниз, и она как-то легкомысленно все восприняла, будто у нее не получилось, но рано или поздно получится. Она улыбнулась и сказала: «В следующий раз». И пошла вниз по улице, откуда пришла. Смешно было, ведь она приоделась. Я проследил за ней до угла и не заметил, чтобы она села в такси или еще чего, так и шла она, будто на часах было десять утра. А потом завернула за угол и пропала. О’Коннор, тот, который полицейский, пересекся с ней, следуя в нашу сторону, и я даже увидел, как он повернулся, чтобы посмотреть ей вслед. Та еще красотка.

–Что ж, корабль этот уплыл, – заметил Блисс. – Ну, можно по крайней мере быть уверенным, что это какая-то подлянка. Если я ее не знаю и, судя по твоему описанию, она не знает меня, то к чему это все было? Какого черта она сюда пришла? Может, спутала меня с кем-то.

–Нет, она вас правильно назвала, даже по имени. «Мистер Кен Блисс», – вот о ком она спросила, как вошла.

–И ты же сказал, что она не приехала сюда?

–Нет, пришла из ниоткуда, а потом туда же удалилась. Смешнее ничего в жизни не видывал.

Мужской разговор продолжился еще какое-то время в обычном для половины третьего утра духе вольных каменщиков.

–В таком большом городе, как наш, иногда сталкиваешься с подобными шутками. По-другому и быть не может. Знаете, мистер Блисс, я же по долгу службы много повидал таких дамочек. Теряют рассудок и выдумывают себе, что знают вас, что влюбились в вас, что вы с ними что-то сделали. Вы бы удивились, если бы знали, какие заразы и психи бродят на воле…

–И, может, одна из таких положила на меня глаз. Приятная мысль на сон грядущий, – произнес Блисс, скривившись.

Он повернулся, собираясь уйти к лифту. И наградил Чарли напоследок, прежде чем закрылись двери, псевдоиспуганной ухмылкой.

–Получается, что живем мы в такие времена, когда одинокий молодой человек не может чувствовать себя в безопасности. Думаю, пора мне жениться, чтобы заручиться чьей-то защитой!

Однако наверх Блисс поднялся с мыслями о Марджори – и ни о ком другом.

В день вечеринки по случаю помолвки с Марджори Кори появился у его двери в восемь тридцать, задолго до того, как Блисс начал готовиться к выходу.

–Какого черта, – заявил Блисс с преувеличенным раздражением, которое уготовано лишь ближайшим друзьям. – Я только что вернулся с ужина. Даже не побрился.

–Я тебе в контору звонил в полпятого. Куда ты запропастился? – рыкнул в ответ Кори со схожей долей фамильярной бесцеремонности.

Он вошел и занял лучшее кресло, закинув ногу на ручку. Шляпу он отправил в полет на подоконник. До подоконника шляпа не долетела, остановившись на книжной стойке под ним.

Кори был недурной внешности парень без прикрас: брюнет с тяжелыми бровями, чуть выше и чуть тоньше Блисса – или, может, так казалось только из-за разницы в росте. Он разыгрывал из себя прожигателя жизни со страниц «Эсквайра», но то была сплошная фанера для прикрытия; примитивная подноготная ощущалась в нем немедленно. То и дело наносной лоск давал трещину, и через нее открывался вид на потрясающие джунгли. Но над лоском – фанерным или нет – Кори тщательно работал. На какую бы вечеринку вы ни пошли – он был там, лелея в руках стакан. Любая девушка, с которой вы заговаривали о нем, знала его – или у нее была подруга, которая знала его. Техника Кори сводилась к фронтальному наступлению, тотальному блицкригу, и она помогала ему одерживать победу на наименее ожидаемых территориях. Если бы когда-либо открылась правда, то стало бы известно, что ему удалось уложить на обе лопатки некоторые из самых непреклонных, несгибаемых плечиков в городе.

Кори начал потирать руки в явном проявлении ехидного ликования.

–Этим вечером тебя поймают на крючок! Тавро тебе поставят! Уже подумываешь о побеге? Держу пари, что подумываешь! Весь белый, как треска…

–Думаешь, я – как ты?

Кори несколько раз ударил себя большим пальцем в грудь.

–А тебе стоило бы быть таким, как я. Таких, как я, никто не заарканит формальными обязательствами!

–Может, у тебя было бы больше предложений, если бы ты мылся чаще, – пренебрежительно буркнул Блисс.

–И заставить их искать меня дольше в темноте? Так будет нечестно. Итак, где ты пропадал днем? Я хотел с тобой пообедать.

–Покупал фонарь. Где, ты думаешь? – Он открыл ящик комода, достал оттуда маленькую квадратную коробочку, щелчком открыл ее. – Как тебе?

Кори вынул вещицу из объятий плюша, восхищенно припал к ней.

–Вот так камушек!

–Само собой. Дорого он мне обошелся. – Блисс закинул коробочку обратно в ящик с прекрасно разыгранным выражением безразличия и стал отцеплять подтяжки. – Я в душ. Где скотч, ты и сам знаешь.

Он вернулся минут через двадцать при полном параде, в том числе узком галстуке-бабочке.

–Что это за дамочка? – лениво поинтересовался Кори, поднимая глаза над газетой.

–Какая дамочка?

–Пока ты отсутствовал, позвонили, тебя спрашивала девушка. По тому, как она говорила, я понял, что не из твоих старых знакомых. «По этому адресу проживает мистер Кеннет Блисс?» Я сказал, что ты занят, и спросил, не могу ли я быть ей в помощь. Больше ни единого слова, просто повесила трубку.

–Странно.

Кори поболтал напитком в стакане.

–Может, одна из тех журналисток, которые ведут хронику светской жизни, хочет узнать побольше о помолвке.

–Нет, они обычно заходят с женской стороны. Да и родные Марджори всю интригу им уже слили. Может, это она? – проговорил он после кратких раздумий.

–Что за «она»?

Блисс ухмыльнулся.

–Я тебе еще не рассказал, но у меня, кажется, завелась тайная поклонница. Смешная штука недавно произошла. Как-то вечером, когда меня не было, сюда, в квартиру, изо всех сил пыталась пробраться красивая девушка. Мне швейцар потом рассказал. Не оставила имени, ничегошеньки. Он знает большую часть людей из моего бывшего окружения – сам знаешь, какими становятся швейцары через некоторое время, – и он был уверен, что никогда ее не видел. Убийственно хороша, в вечернем платье, выглядела как состоятельная штучка – уж у него-то глаз наметан. Но самое странное – она не подъехала к подъезду. Пришла пешком из ниоткуда разодетая в пух и прах, словно готовилась к чему-то важному. Он сказал, что она открыла сумочку, изобразила, как ищет помаду или что-то в этом роде, и дала ему поглазеть на стодолларовую купюру, лежавшую поверх остального. И по ее поведению он понял, что мог бы заполучить деньги, если бы открыл дверь запасным ключом и пустил ее сюда.

Во взгляде Кори ощущался скепсис.

–Ты серьезно хочешь сказать, что швейцар просто так упустил шанс поживиться сотней? Он явно лукавит.

–Не уверен. Сумма такая фантастическая, по крайней мере в моих глазах, что звучит правдоподобно. Если бы он выдумывал, была бы десятка или двадцатка.

–Ну и что же он сделал – пустил ее?

–Из его рассказа я понял, что он был чертовски близок к тому, чтобы сдаться; он был практически готов отвезти ее наверх и пустить ко мне. Но решил сначала проверить, понять, знает ли она меня по-настоящему, прежде чем впускать. В общем, он расписал прямую противоположность меня во всех отношениях, и она на это клюнула, поддакнула, что да, это тот самый мужчина, доказав, что никогда меня в жизни не видела. На том все, разумеется, и закончилось, он решил не рисковать. Прикинулся, что ключа при нем нет или что-то в таком духе и как можно более вежливо выпроводил ее. Она слишком прилично была одета, чтобы он держался с ней высокомерно. Увидев, что все зашло в тупик, она только улыбнулась, передернула плечами и пошла прочь по улице.

Кори к тому моменту уже заинтересованно склонился вперед.

–И ты уверен, что не узнаешь ее по описанию?

–Голову даю на отсечение. И, как я уже сказал, она меня тоже.

–Интересно, что ей надо было?

–Уж точно не обчистить квартиру, ведь она готова заплатить сотню за одну возможность попасть сюда, да и волшебник тот, кто откопает здесь что-то на сотню.

Кори энергично покивал в знак согласия.

Блисс встал.

–Пошли. – Он нервно улыбнулся. – Мне все нравится в браке, кроме предшествующих ему церемоний – таких, как этот вечер.

–А мне больше всего нравится, – заметил Кори, – полное отсутствие даже намека на него.

Они вышли в общую зону и дожидались лифтовой кабинки, когда где-то неподалеку за закрытой дверью прозвучал тонюсенький, ворчливый звонок.

Блисс навострил многоопытное ухо.

–Соль диез, это мой. Лучше схожу перехвачу его. Вдруг это Мардж.

Он вернулся к двери, покопался в кармане в поисках ключа, выронил его, вынужден был наклониться. Кори вытянул ногу, придерживая кабину.

–Поторопись, а то кто-нибудь уведет у нас лифт, – сказал он.

Блисс распахнул дверь. Одинокий звук, поднявшийся до полнозвучного звона, вдруг по закону подлости прервался и снова не возобновился. Блисс вышел, прикрыл дверь за собой.