Кордвейнер Смит – Инструментарий человечества (страница 59)

– Его дерзость глава воров рад представить доклад Воровскому совету!

Пожилой человек поднялся и очень чинно произнес:

– Надо полагать, вы несете нам богатство, господин и глава, – богатство наивных, богатство слабых, богатство жестоких сей вселенной?

– Это дело Рода Макбана, – заявил глава воров.

По совету пробежала волна шепота.

Глава воров не менее чинно продолжил:

– Мы так и не перехватили его в космосе, хотя следили за всеми судами, выходившими из липкого, взрывоопасного космоса вокруг Севстралии. Само собой, мы никого не отправили вниз, на встречу с кисоньками-пусеньками Хиттон-мамусеньки, пусть их отыщут люди плесени, чем бы эти «кисоньки» ни были! Мы видели гроб с телом женщины и маленький ящик с головой. Неважно. Он ускользнул от нас. Но когда он добрался до Земли, мы поймали сразу четверых.

– Четверых? – ахнул один старый советник.

– Да, – ответил глава воров. – Четверых Родов Макбанов. Также имелся и один человеческий экземпляр, но мы сразу поняли, что это приманка. Изначально он был женщиной, а превратившись в молодого человека, явно наслаждался жизнью. Так что мы поймали четверых Родов Макбанов. Все четверо оказались земными роботами, умело изготовленными.

– Вы их похитили? – спросил советник.

– Разумеется, – сказал глава воров, который мыслил, словно волк в человеческом обличье. – И правительство Земли совсем не возражало. Оно просто выставило нам счет за них, когда мы попытались покинуть планету, около четверти мегакредита за «использование роботов, изготовленных по индивидуальному заказу».

– Это низкий, честный трюк! – воскликнул председатель Воровской гильдии. – И как вы поступили? – Его глаза широко раскрылись, голос упал. – Вы же не проявили добропорядочность и не стали оплачивать счет? Мы и так по уши в долгах перед этими честными мерзавцами!

Глава воров смущенно поежился.

– Все не так плохо, ваши коварные превосходительства! Я в некотором смысле надул Землю, хотя, боюсь, избранный мной способ граничил с честностью.

– Что вы сделали? Говорите быстрее!

– Поскольку я не достал настоящего Рода Макбана, то разобрал роботов и научил их воровать. Они украли достаточно денег, чтобы оплатить все штрафы и компенсировать затраты на путешествие.

– А как насчет дохода? – воскликнул какой-то советник.

– Сорок мини-кредитов, – ответил глава воров. – Но худшее впереди. Вам известно, как Земля поступает с настоящими ворами.

Все присутствующие в зале содрогнулись. Они прекрасно знали о земных реставраторах, которые превращали смелых воров в скучных честных негодяев.

– Но видите ли, достопочтенные сэры, – смущенно продолжил глава воров, – земные власти поймали нас. Им понравились роботы-воры. Из них получились отличные карманники, которые поддерживали в людях тонус. Кроме того, роботы возвращали все украденное. И потому, – глава воров покраснел, – мы заключили контракт на то, чтобы превратить две тысячи гуманоидных роботов в карманников и мелких грабителей. Чтобы сделать жизнь на Земле повеселее. Роботы уже на нашей орбите.

– Хотите сказать, – взвизгнул председатель, – что вы подписали честный контракт? Вы, глава воров?!

Глава воров побагровел еще сильнее и, запинаясь, сказал:

– А что мне оставалось? Они загнали меня в угол. Но я добился хороших условий. Двести двадцать кредитов за обучение каждого робота. На некоторое время нам хватит.

Надолго воцарилась мертвая тишина.

Наконец один из старейших воров совета начал всхлипывать:

– Я старик. Я этого не вынесу. Какой позор! Мы – и честная работа!

– Но мы хотя бы научим роботов воровать! – огрызнулся глава воров.

Ему никто не ответил.

Даже глашатай был вынужден отойти в сторонку и высморкаться.

В Мийя-Мифле, через двадцать лет после возвращения Рода домой

Родерик Генри Макбан, в прошлом Элеанор, с годами почти не состарился. Он отослал маленькую танцовщицу, свою любимицу, и задумался, почему Инструментарий, даже не правительство Земли, вручил ему предупреждение «мирно оставаться в жилище вышеозначенной персоны в ожидании облеченного властью посланца данного Инструмента и подчиниться приказам, которые озвучит вышеупомянутый посланец».

Родерик Генри Макбан вспоминал долгие годы добродетели, независимости и тяжелого труда на Севстралии с нескрываемым отвращением. Ему намного больше нравилось быть богатым, сумасбродным юношей на Земле, чем почтенной старой девой под серыми небесами Старой Северной Австралии. Во снах он иногда снова становился Элеанор, а изредка в его жизни случались затяжные депрессивные периоды, на протяжении которых он был не Элеанор и не Родом, а безымянным существом, изгнанным из некоего мира или времени безвозвратно утраченных чудес. В эти мрачные периоды, долгие, но очень напряженные, от которых он обычно исцелялся, напиваясь и оставаясь пьяным на протяжении нескольких дней, он гадал над тем, кем является в действительности. Кем он мог быть? Элеанор, честной работницей с Пастбища рока? Приемным кузеном Рода Макбана, человека, который купил саму Старую Землю? Кем была эта личность, этот Родерик Генри Макбан? Он так долго вещал об этом одной из своих подруг, которая пела калипсо, что та переложила его слова, немного переработанные, на древнюю мелодию и спела ему:

Хорошо ли это, правильно ли – быть мной? Продолжать идти, когда все стоят стороной, — К вратам, за дверь, в проем за стеной Между этим миром и пустотой. Это лед и холод, это я извне. Настоящий я – и никого вокруг. Сомненьям нет места в такой тишине, В этой яркости, что не нарушил звук. Быть мной – это странно и верно. Стоит ли лгать? Чтобы стать ими и обрести покой? Смогу ли конец я увидеть, смогу ли понять? Идти ли дальше, когда кончится этот бой? Если стена не стеклянная и не здесь, Если она из воздуха, но все же есть? Найду ли дорогу, если продолжу идти К себе самому? Или собьюсь с пути? Быть мной – это верный выбор? Вокруг туман. Помогут ли разум и глаз цель найти теперь? Скоро я стану тобой – или стану ей? И все, что я знаю, – правда или обман? До стены ты безумец. За стеной Я – одинокий разум в глухой ночи. Я – это я? Моим голосом твое эхо кричит. Упаду ли, утрачу ли все, что со мной? Времена времен накрыли меня метелью… Я вне мысли, вне жизни, вне цели. Став тобой, утрачу ль надежду Стать собой однажды, как прежде?

Род/Элеанор иногда впадал в отчаяние и гадал, не отправят ли его власти Земли или Инструментария на реконструкцию.

Сегодняшнее предупреждение было формальным, яростным, безмятежным в своей непоколебимой самоуверенности.

Вопреки здравому смыслу Родерик Генри Макбан выпил крепкий напиток и стал ждать неизбежного.

Судьба явилась в облике троих незнакомцев, один из которых был облачен в форму севстралийского консула. Когда они приблизились, Род/Элеанор узнал в консуле лорда Уильяма Неотсюда, с дочерью которого развлекался на этом самом песке много лет назад.

Приветствия были утомительно долгими, но Род/Элеанор научился – на Старой Северной Австралии и здесь, на Родине человечества – никогда не сбрасывать со счетов церемонию как средство спасения в сложных или деликатных ситуациях. Наконец лорд Уильям Неотсюда произнес: