Кора Рейли – Лука Витиелло (страница 8)

– Лука, ты женишься на ней и будешь с ней спать.

Я глубоко вздохнул, прежде чем сказал или сделал что-то, о чем позже пожалею.

– Неужели ты на полном серьезе считаешь, что наши люди будут меня уважать, если я поведу себя как сраный педофил?

– Да ладно тебе. Они нас уважают, потому что боятся. И Ария не настолько юна. Она достаточно взрослая для того, чтобы ты раздвинул ей ноги и трахнул.

Уже не впервые я задумывался, а не пустить ли ему пулю в голову. Он мой отец, но к тому же чертов садист, а я ненавидел такое больше всего на свете.

– А что девочка говорит о вашем плане?

Отец залился лающим хохотом.

– Она пока не в курсе, да и кого волнует, что она думает. Она сделает то, что ей велят, впрочем, как и ты.

– Неужели ее отец не против отдать мне свою дочь до того, как она станет совершеннолетней?

– Он не против.

Что за скот этот Скудери? Я видел, что отцу доставляет удовольствие моя ярость.

– Однако Данте Кавалларо был против этой идеи и предложил отложить свадьбу.

Я кивнул. По крайней мере, один человек в Синдикате не лишился своего гребаного разума.

– Разумеется, мы ещё не решили, как поступить. Я дам тебе знать, как только определимся. Я спущусь в столовую через пятнадцать минут. Передай Нине, что я хочу яйцо пятиминутной варки. Ни секунды дольше.

Посчитав, что разговор окончен, я вышел. Маттео поджидал, прислонившись к стене напротив кабинета отца. Я метнулся мимо него, пытаясь справиться с охватившей меня яростью. Жаждал убить кого-нибудь, и лучше, чтобы этим кем-то оказался отец. Ноги сами привели меня к бару в гостиной.

– Что на этот раз учудил наш папаша-садист? – спросил Маттео, догоняя меня.

Я просверлил его взглядом.

– Он хочет, чтобы я женился на каком-то гребаном ребёнке.

– Что за хуйня? Я думал, он хотел свести тебя с самой красивой женщиной ебучего Синдиката? – с сарказмом бросил Маттео.

– Судя по всему, красивые женщины у них там закончились, потому что они хотят женить меня на Арии Скудери – а ей, блядь, всего пятнадцать.

Маттео присвистнул.

– Что за хуйня!. У них совсем крыша поехала? Чем бедная девочка заслужила такую печальную участь?

Я был не в настроении для его шуток. Мне хотелось кому-нибудь вдарить.

– Она старшая дочь консильери и похожа на ангела, спустившегося с небес, если верить Фиоре Кавалларо.

– Поэтому они выдают её замуж за дьявола. Союз, заключённый в аду.

– Маттео, ты начинаешь меня бесить.

Я перегнулся через барную стойку, схватил самую дорогую бутылку виски, которую наш отец берёг для особых случаев, поднёс к губам и сделал большой глоток.

Маттео забрал у меня бутылку и опрокинул в себя, уничтожив значительное количество янтарной жидкости, после чего передал мне. Какое-то время мы так и передавали ее туда и обратно, как вдруг Маттео подал голос снова:

– Неужели они всерьёз собираются женить тебя на этой девочке? В смысле, я обеими руками за всевозможные извращения, но трахнуть пятнадцатилетнюю слишком странно даже для меня.

– Этот мудак, ее отец, передал бы ее мне хоть завтра. Похоже, этому ублюдку плевать на неё.

– Так что ты будешь делать?

– Я сказал отцу, что не женюсь на ребёнке.

– И он ответил тебе, что надо быть мужиком и делать то, что велит тебе твой Дон.

– Ага, так и сказал. Он не видит причин, по которым для свадьбы девочка должна быть старше. Все, что ей нужно делать, – раздвигать ноги передо мной.

Маттео прищурился в этой своей чертовски раздражающей манере, которая появлялась у него, когда он пытался что-то понять.

– И ты сможешь?

– Смогу что?

Я понимал, что он имел в виду, но меня до чертиков раздражало то, что ему приспичило спросить. Я ожидал подобный вопрос от кого угодно, но только не от него. Он знал, что даже у меня были определенные границы, которые я не готов был нарушить. И все же. Я давно усвоил, что «никогда не говори никогда» должно быть жизненным кредо.

– Ты трахнешь ее?

– Я убийца, а не педофил, тупой ты мудак.

– Говоришь как истинный филантроп.

– Пошёл ты, и завязывай читать этот ебучий словарь!

Маттео ухмыльнулся, а я покачал головой, улыбнувшись в ответ. Этот ублюдок знал, как поднять мне настроение.

Маттео почти не умолкал с тех пор, как мы вышли из самолета, и явно не собирался останавливаться теперь, когда шли по дому Скудери. Я был в нескольких секундах от того, чтобы свернуть ему шею.

– Лука, кончай дуться. Ты должен быть счастлив. Встретишься сегодня со своей невестой. Неужели тебе не любопытно, как она выглядит? Может, она уродина.

– Нет, не может. Отец не позволил бы Синдикату так нас надуть. Но я не нашёл ее фотографий в интернете. Похоже, Скудери держит свою семью подальше от внимания общественности.

– Я удивлён, что прислуга не последовала за нами. Это вроде как риск – позволять потенциальным врагам шляться без присмотра по дому. Наводит на мысль, не ловушка ли это, – сказал Чезаре, поглядывая через плечо.

– Это демонстрация силы. Скудери хочет дать нам понять, что не волнуется по поводу нашего присутствия, – ответил я, когда мы двинулись в направлении, указанном служанкой.

Я услышал топот бегущих в нашу сторону ног и потянулся за пушкой. Когда мы заворачивали за угол, Чезаре и Маттео тоже схватились за оружие. Увидев, что вызвало переполох, я расслабился. Дети, играя в догонялки, неслись прямиком на нас. Мальчишке удалось затормозить, а вот маленькая девочка, взмахнув ручками, со всего маху, врезалась в меня. Я подхватил ее, чтобы она не упала. Я удерживал ее за плечи, а она рассматривала меня округлившимися глазами.

– Лилиана! – вскрикнула другая девочка. Я заметил ее золотые светлые волосы и понял, кто она. Ария Скудери, моя будущая жена. Она была среди них самой старшей, но, черт побери, все равно казалась чертовски юной. То есть, конечно, увидеть взрослую женщину я и не ожидал, но у меня теплилась надежда, что ее возраст не будет так очевиден. Когда мне было столько же, я уже ощущал себя мужчиной и вел по-мужски. Не знаю, как бы я поступил, если бы Кавалларо с отцом не согласились подождать, пока ей не исполнится восемнадцать.

Она оказалась по-детски миленькой, но за этими юными очертаниями скрывалось обещание настоящей красоты. Девочка была небольшого роста, но с моими габаритами большинство женщин можно было бы назвать невысокими. Через несколько лет, когда станет моей женой, она будет сногсшибательна. И до тех пор ей стоит научиться лучше скрывать свои эмоции. Вид у нее был чертовски испуганный. Я привык к тому, что люди так реагируют на меня, но предпочитал, чтобы женщины восхищались и хотели секса со мной.

– Лилиана, иди сюда! – произнесла Ария. Она так явно старалась выглядеть смелой и взрослой. Это вышло бы у нее гораздо убедительней, если бы ее голос не дрожал, а глаза не были испуганными. Я отпустил Лилиану, и та помчалась к Арии так, будто за ней гнался сам дьявол. Эти девочки никогда не видели посторонних мужчин? Похоже, Скудери держал их в золотой клетке, но меня это вполне устраивало.

– Это Лука Витиелло! – выпалила рыжеволосая и сморщила свой чертов нос, глядя на меня.

К такому хамству я не привык. Люди понимали, что ко мне нельзя относиться непочтительно. Но, видимо, не отпрыски Скудери.

Послышалось шипение, и пацан бросился на меня, на полном серьезе собираясь мне навалять.

– Оставь Арию! Ты ее не получишь!

Чезаре дёрнулся, собираясь вмешаться, как будто я сам не справлюсь с малявкой.

– Нет, Чезаре. – Я перевёл взгляд на мальчишку. Его пыл достоин восхищения, но совершенно бесполезен. Я поймал парнишку за руки.

Ария приблизилась ко мне, как будто опасаясь, что я могу свернуть шею ее брату, а потом и ей самой. Блядь, что ей обо мне наплели? Лучше бы наврали. Я понимал, какая у меня репутация, и чертовски ею гордился, но все же Арии о ней знать необязательно – до поры до времени.

– Какой теплый прием мы получили! Вот оно, пресловутое гостеприимство Синдиката! – изрек Маттео, разрешив, как обычно, своему болтливому языку нести что ни попадя.

– Маттео, – предупредил я, пока он не сболтнул лишнего. Они дети – даже моя будущая жена – и им ни к чему слышать его разнообразный красочный лексикон.

Малявка извивался у меня в руках, огрызаясь и рыча, как бешеная собака.

– Фабиано, – позвала Ария, на долю секунды задержав на мне взгляд, прежде чем схватила за руку своего братца. – Достаточно. Мы не так встречаем гостей.

Несмотря на ее хрупкость, похоже, брат и сестры Арию слушались. Фабиано прекратил бороться и уставился на нее так, будто она центр его мира.

– Он не гость. Он хочет украсть тебя, Ария.