Константин Зубов – Титан империи (страница 17)

В Фаустово у него еще старуха мать, но она всегда относилась к сыну как к куску дерьма. Да и это прозвище, Пузырь, тоже она придумала, и звала его только так с тех пор, как ему исполнилось четыре. Пошла она!

Все, решено! Заскочить в туалет — и можно валить…

Оказавшись перед унитазом, Пузырь расстегнул ширинку и принялся за дело…

— Эй, жирный! — раздался голос позади него. — Это ты, что ли, Пузырь?

Спина парня мигом покрылась холодным потом.

Кто? Как⁈ Так быстро? И как его могли узнать? Он даже ни разу не бывал в этом баре…

Его забила крупная дрожь, и он едва не залил себе ботинки.

— Чего, оглох? — ткнули его в спину. — Ты Пузырь, спрашиваю? Тебя утром посылали со Шрамом?

Толстяк хотел соврать, но не смог.

— Угу… — едва слышно отозвался он. — А ты кто?

— Ты не болтай, а завязывай ссать. Дело есть.

Пузырь закончил, но руки так сильно дрожали, что ему понадобилось еще секунд двадцать, чтобы застегнуть ширинку. Наконец он справился и, глубоко вздохнув, обернулся.

И тут же, схватив за шкирку, татуированный чувак припечатал его к кафельной стене. На глаза Пузырю попалась мишень, намалеванная у того прямо на лбу.

— Что за херня случилась со Скалозубом? — рыкнули ему в лицо.

— Я…я…

— Я тебе скажу! Он выжил!

— Я…

— А он не должен был выжить…

— Я…я…

— Тебе стыдно?

— Да!

— Это самое главное! Совесть! — татуированный улыбнулся и слегка ослабил хватку. — Ладно, проехали. Отработаешь. Дело плевое. Сделаешь кое-что для меня и можешь валить, усек?

— Ага, а что?..

— Не каркай. На, держи.

С этими словами татуированный сунул между зубов Пузыря карту. Игральную. Вроде, червонного валета.

— Челюсти-то сожми, слышь?

Пузырь подчинился. Сжал карту в зубах и едва не расплакался.

— Вот, молоток, — похлопал его по щеке хрен с татухами. — И считай до десяти. Понял? С этим-то хоть справишься, а?

— Угу… Раз…

— Ишь, какой молодчина, а говорили — идиот! — хохотнул парень. — Все, бывай. Досчитаешь до десяти и свободен! Ну-ка, два…

Татуированный скрылся за дверью, а Пузырь, дрожа от страха, стоял и считал:

— Три… четыре… пять… шесть… семь… восемь…

На цифре «девять» карта в зубах разгорелась ровным фиолетовым светом. А когда с его губ слетело слово «десять», раскалилась добела и взорвалась вместе с головой Пузыря.

Стоило нам с Зубром выйти из подъезда, как нас тут же окружили бойцы в форме с гербом Скалозубовых на рукаве — зубастым изумрудным драконом, который свернувшись кольцом, держал в пасти пылающую Сферу. Навстречу распахнулась дверь припаркованного Костей авто. Бронированный кузов выдержал град пуль, но внешний вид покореженной машины оставлял желать лучшего.

После драки, где мне пришлось изрядно попользоваться энергией, меня серьезно вело. Быстрей бы уже оказаться в поместье! Похоже, настают веселые денечки, а иной возможности восстановить силы может и не представиться.

— Мы этого просто так не оставим, — процедил Зубр, оглядывая изуродованную улицу.

Близлежащие здания знатно потрепало, да и подъезд изрешетили на все деньги.

У стены лежала парочка раненых герасимовских бойцов. Рядом суетились наши, выкручивая им руки и снимая амуницию.

— Ну-с? Каково это, идти против ставленников Императора? — поинтересовался Зубр, подходя к герасимовцам.

— Мы всего лишь выполняли приказ! — прошипел один из раненых.

— Да? — склонил я голову. — И что это за приказ такой — обращать оружие против наследника вашего сюзерена?

— Приказ был вытащить Венера… А вы пристрелили его! Зачем⁈

— Ты видел, кто стрелял?

— Стреляли с крыш, — проговорил боец. — Наших там не было.

— Наших тоже!

— На кой черт нам стрелять? Сообщили, что у Вернера проблемы, и его надо вытаскивать, а тут…

— Понятно… — вздохнул дворецкий и обратился к нашим. — Залечить и в кузов. Потом сам с ними поговорю.

— Сваливаем, пока еще кто-нибудь не решил «выразить свои соболезнования»! — кивнул я и полез в салон, встретившись глазами с перепуганной Варей, прижимающей к груди сумку. Рядом с невозмутимым видом восседала Нина и подпиливала ноготочки.

— Нахлобучили гада? — встретила она нас ухмылкой.

— Утек на тот свет, — буркнул Зубр, захлопывая дверь.

Автомобиль тронулся, и за тонированными стеклами замелькали улочки.

Моего города.

М-да. Придется приложить значительные усилия, чтобы навести здесь порядок. Впрочем, ничего по-настоящему критичного я тут не увидел. Другой вопрос — я вообще тут пока мало, что видел…

Глава 8

Варю мы высадили у разрушенной больницы, где вовсю работала бригада зачистки. Здание напоминало муравейник, из которого выносили поблескивающие зеленым металлические части Монолита. Из кратера вырывался задушенный вой, рядом лежали «запчасти» Тауруса, коего группа непрерывно болтающих бойцов препарировала живьем.

Им было страшно весело. Таурусу не очень.

Стоило Вариной макушке показаться из двери, как ее сразу взяла в оборот Боярская, выросшая буквально из воздуха. Злая, растрепанная и властная.

— Варя! — крикнул я ей в спину, когда девушка вылезла из машины.

— А? — обернулась она ко мне.

— Ты ничего не забыла?

— Ой… — пискнула девушка и сунула мне сумку со Сферой, которую за время всей поездки так и не выпустила из рук.

— Спасибо, моя хранительница! — улыбнулся я.

Она неловко вернула мне улыбку и побежала в «объятия» начальницы, провожающей наше авто строгим взглядом.

— Произошедшее сильно осложняет дело… — вздохнул дворецкий, когда мы отъехали от больницы. — Я знал, что Герасимовы способны на многое, но пойти в открытую…

— Век живи, век учись, — изрек я, крутя найденную пулю в пальцах. В магазине таковых оказалось целых шесть штук. По словам Зубра — целое состояние. — Мы сможем распознать утечку?