Константин Зайцев – FERA: Время Зверя. Том 1 (страница 26)
Мне ничего не оставалось как сгрести ее в охапку, усадить на диван и гладить по волосам, нашептывая, что все будет хорошо. Увидев Gato в проеме, я жестами показал ему, что сейчас не лучшее время заходить. Тот, кивнув, ушел обратно.
Неожиданно Пика подскочила, и с ошарашенным видом сообщила:
— Фера, какая же я дура! Я совсем забыла! Смотри, что мы с Мавром нашли, — на кухонный стол опустилась миниатюрная камера…
— А знаешь что, Пика. — задумчивым голосом произнес я разглядывая камеру. — Дурак-то тут, на самом деле я …..
Интерлюдия 1.
Безжизненные серые пустоши, покрытые туманом, окружали город. Лишь в отдельных озерцах теплилось какое-то подобие жизни. Так было долгие годы, и вот случилось нечто, что заставило капля за каплей насыщать серые туманы краской. Первыми подняли головы духи мест. Они вновь начали вспоминать, зачем они существуют, следом за ними начали просыпаться духи деревьев и трав, а с первым снегом проснулись почти все, кроме самых древних, злобных и опасных.
Да, все эти духи еще слабы, но уже вездесущи, жаждущие получить еще толику силы, обрести имя и вместе с ним еще большее могущество.
Молодой дух ветра играл с брошенным на улицах города мусором, когда почувствовал Зов. Мало кто из новорожденных духов может устоять против этой безумной притягательности сырой силы, зовущей тебя, позволяющей все сильнее напитать твое естество и подняться в иерархии. Дух ветра помчался в сторону столь лакомого угощения.
Странный светящийся контур вокруг дома, окруженного рябинами, на мгновение заинтересовал его, но в следующий миг он увидел врата в иной, такой интересный и непознанный мир. Движимые любопытством, вокруг врат вились уже десятки духов, даже уже многое повидавший на своем веку дух озера был тут. Присоединившись к пляске бестелесных сущностей, дух ветра вместе с остальными ждал, что же будет дальше. Они все перешептывались между собой, делились тем, что происходит в их владениях.
Вспышка сырой силы кругом распространилась вокруг врат, а с ней и вопрос-просьба-мольба-приказ «Духи, укажите мне путь». Сырая сила наполнила его эфирное тело, а с ней туманными жгутами воли шли воспоминания и чувства, сопутствующие вопросу.
Дух ветра крутился и пытался хоть как-то помочь, но все, что он видел — картину того, что в паре километров отсюда неживые вышли на ночную охоту, он мог донести крики избиваемых людей в соседней подворотне. Тут раздался голос старшего духа озера, он звучал, как будто бы волны бились о берег, ему вторили пара духов воздуха, несущие звуки перекатывающегося снега и песка. Они говорили об одном и том же. «Вода потемнела. Ее запах стал отдавать мертвецами. Баланс качнулся. В рябиновом кольце сияет столб очищающего света.»
«Спасибо за наставления,» — вторая волна силы прокатилась из врат, и они захлопнулись.
Молодой дух ветра снова играл с брошенным на улицах города мусором.
Интерлюдия 2.
Мужчина в задумчивости шел по пустому коридору. Все его мысли крутились вокруг принятого сегодня решения. Он думал о том, как кардинально может измениться его дальнейшая жизнь, если об этом узнает хоть одна живая душа.
«Мир меняется, но правительственные структуры никак не успевают за изменениями. Мы проверяли самые дикие версии, но в то, что магия возвращается, никто не верит. Петрович, похоже, до сих пор считает, что мертвецы поднимаются из-за какого-то бактериологического оружия. Хотя тот поп ему ясно сказал, что дальше будет только хуже. Чистильщики постоянно на выездах, в таком большом городе каждый день кто-то умирает. Кладбища, вроде как, взяли под контроль, правда, если верить святоше — этот контроль фикция. Крыша ребят, прошедших горячие точки, не выдерживает происходящего, уже восьмерых пришлось списать. А тут еще участились случаи паранормальных явлений, что мне крайне на руку. Людей не хватает, но если рассказать народу, будет чудовищная паника. Можно было бы попробовать, но риск засыпаться слишком велик. К тому же это не мои проблемы. Я всего лишь хочу нормально жить.»
Мужчина еще раз пролистал на ходу свои записи. Да, он все правильно помнил — за последнюю неделю еще шесть объектов, обладающих паранормальными способностями, оказались в лаборатории. «Объектов» — от этой мысли ладони покрылись холодным липким потом. В голове снова звучали стоны и полубезумный бред тех бедолаг из лаборатории. Все ради науки, а на то, что они были людьми, всем было плевать. «Объекты» — за этим мерзким словом скрывались человеческие судьбы, но когда дело касается государства, разве важны судьбы тех, кто попал в цепкие руки спецслужб? А если он не сделает все правильно, то и его участь будет не лучше. Не спасет ни звание капитана, ни долгая безупречная служба.
Открыв картой доступа дверь в архив, он направился к смотрителю. Как удобно быть психологом и иметь доступ ко всем личным делам: можно выбрать правильного человека и правильное время для претворения в жизнь своего плана.
— Дмитрич, привет, скажи, наружка снимала информацию по объектам тридцать девять, сорок семь и самое главное — по объекту пятьдесят один? — произнес капитан. «Главное — правильно расставить акценты и привлечь внимание совсем не к тому объекту, который меня интересует на самом деле».
Седовласый мужчина сверился с журналом и вяло произнес.
— Глянь сам, у меня смена через полчаса заканчивается, спать хочу как сволочь, — позевывая, смотритель даже не соизволил встать с кресла.
«Да-да дорогой коллега, именно на это я и рассчитываю», — внутренне усмехнулся капитан, подходя к терминалу. Он все рассчитал правильно. В личном деле смотрителя была отметка о его небрежности и лени — в конце смены смотритель, скорее, позволит коллеге воспользоваться его картой-доступа, чем будет в строгости выполнять инструкции. Аккуратно взяв карту Дмитрича, заляпанную чем-то липким, левой рукой он разблокировал экран. Если с нее будут снимать отпечатки, то останутся только пальцы смотрителя. Немного суперклея, целлофановый пакет — и подушечки его пальцев надежно спрятаны.
Следующий этап был еще опаснее, доступ к терминалу у него был. Максимум, что он получил бы за повышенное любопытство — выговор. А вот за то, что он делает, ему грозит не только срок, но и тщательное расследование и допрос. В то, что он не расколется на допросе, Руслан совершенно не верил. Аккуратно воткнув флешку, он начал копировать информацию.
— Дмитрич я налью кофейка? А то глаза слипаются, — капитан, прикрыв рот ладонью, широко зевнул.
— Наливай конечно. Там в столе и печенье есть. Ты-то что в такую рань на работе?
— Да отчеты, будь они неладны. Спасибо за печенье, — капитан говорил сонным голосом, а сердце в этот момент бешено колотилось. Глянув на экран, он увидел, что самая опасная фаза операции завершилась. Аккуратно убрав флешку в карман, он вышел из системы и, активировав терминал уже своим ключом, надел наушники и в ускоренном темпе запустил прослушивание записей с жучков. Уже через десять минут прослушки записей тридцать девятого объекта он понял, что вытянул джек-пот. «Этот человек действительно мог бы мне помочь, стоит прослушать эту информацию детальнее.»
Попрощавшись с Дмитричем, капитан отправился к себе в кабинет, чтобы еще раз прослушать записи. До начала рабочего дня оставалась еще целая прорва времени.
«… Фера, какая же я дура! Я совсем забыла! Смотри, что мы с Мавром нашли…»
Глава 8. «Квест?»
Отправив Марину спать, я забрал камеру и пошел к себе. Словно загнанный зверь, я ходил по комнате из угла в угол. «Как лучше поступить в сложившейся ситуации? Попытаться продумать систему слива дезинформации ФСБ? А есть ли смысл? У них на меня явно достаточно информации. Ладно то, что я сдал им наработки культиста — это еще объяснимо, но вот проведенный ритуал и рассказ ребятам о приходе апокалипсиса… Тут я точно попал. Думаю, как ребята проснутся, а Мавр вернется из гаража, тогда и будем решать эту проблему.»
Я начал вертеть в руках камеру. Прослушка, видеозаписи, наши разговоры, ритуалы, прослушка… Внезапно меня словно током ударило. «А Дима-то не в гараже…»
Я начал набирать номер куратора, на ходу одеваясь. Гудок. За ним еще один и еще. И так пока голос оператора не сообщил, что абонент не отвечает или временно недоступен.
Не став никого будить, я рванул на остановку. На часах телефона показывалось семь утра.