Константин Якименко – Эксперимент (страница 42)
— А чем случайность отличается от закономерности?
— Ты достал меня, старикашка! Сейчас я скину с обрыва тебя!
— Ты имеешь на это право.
Макс, но ты же не собираешься прыгать? Ведь правда — нет?
Конечно, нет.
Ну и все. Вот и успокойся. Нефиг тратить нервы по пустякам.
Впрочем, что для тебя сейчас не пустяки?
— Так все-таки, что же там внизу, Хим? Что скрывает ящик Пандоры? Я попаду в рай? Или просто расшибусь о камни?
— Почему я должен это знать лучше тебя?
— Потому что именно ты встретил меня здесь. Это же случилось не просто так!
— Макс, так кто из нас на самом деле играет словами?
И вправду — кто? Ты говоришь, не просто так? А как же «просто сделай»? «Просто иди»? Стоит ли искать смысл там, где его на самом деле нет?
И разве не для того ты сюда шел, чтобы…
Или все-таки — «просто шел»? Какой из двух ответов правильный? Ведь выбор в конечном итоге делать тебе! Не Химу или кому-нибудь еще тебе! Раз уж ты дошел, а не остался лежать в туннеле…
А тем временем снизу слышны звуки шагов, и я поворачиваю голову…
Еще один охотник за мечтой. Широкий и низенький; его некогда приглаженные волосы сейчас торчат маленькими рожками во все стороны, а в глазах горит нездоровый огонь.
Наш исследователь Дмитрий Углов. Значит, он не «упал и не встал», а тоже продолжал идти, пусть и отдельно от нас — но все-таки дошел.
Туда, куда и я.
— Макс, это ты?! Ты уже здесь? — говорит он, поднимаясь по лестнице.
— Да. А что? Я загораживаю проход?
— Нет, напротив… я очень рад! Это правда хорошо, что ты дошел…
— Не знаю… Может быть, и хорошо.
— Ты уже прыгаешь?
— Почему ты так решил?
— Ну как же… Ты ведь пришел сюда… и ты должен прыгнуть!
«Ты никому ничего не должен!»
— Дима, ты ошибаешься. Я не собираюсь прыгать.
— Не понимаю… Но ты же так стремился сюда, столько сил на это потратил, и все для того, чтобы в конце струсить и передумать?
— Я вовсе не струсил.
— Тогда в чем же дело? За чем остановка?
— Просто я не хочу.
— Тогда еще раз спрашиваю — зачем все это было нужно?
— Я мог бы ответить, Дима, но тебе не понять.
— Я и вправду тебя не понимаю, Макс. Разумные люди так не поступают.
— Значит, я неразумный человек… Скажи, почему именно я?
— Э-э… что — именно ты? А, почему ты должен прыгнуть? Элементарно: потому что тебе вручили ключ.
— Но ведь ключ — ничто, пустышка!
— Макс… ты действительно думаешь так только потому, что та дверь не открылась?
Слова застревают у меня в горле — потому что я понимаю, что имеет в виду Дмитрий.
«Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь».
— Это ведь ты украл у меня ключ, да? Уж не знаю каким образом, но ты стащил его из сейфа, а потом струхнул и подсунул Конраду? Отвечай, ты, сука!
— Макс, не надо крика…
— Это был ты? Ты?!
— Да, хорошо, это был я…
— Стой на месте, Дима. Лучше не двигайся! — импульсник сам просится мне в руку.
— Макс, не надо… ты не понимаешь…
— Неправда твоя: я все понимаю лучше, чем ты думаешь! Я не прыгну с обрыва. Мне не нужно то, о чем человек не может и мечтать. Но и ты тоже этого не получишь!
Его широкий лоб покрывается испариной:
— Подожди, не стреляй! Вот, видишь, я стою… Я не двигаюсь… Дай мне сказать…
— Говори. Но лучше побыстрее.
— Макс… я не все тогда рассказал… ни тебе, ни Конраду. Эта информация была засекречена…
— Я сказал — побыстрее! — отрубаю резко.
— В экспедиции Тори Имоку никогда не было человека по имени Роберт Престон, — на одном дыхании выдает он.
Вот тебе и на!.. Выходит, послание с планеты передал несуществующий человек. С каждым часом все веселее и веселее…
— И что ты теперь хочешь сказать? Что Роберт Престон и сам был наведенкой? А может быть, вся эта планета — наведенка? И золото — ненастоящее, и база — ненастоящая… и эта пещера, и этот обрыв — тоже ненастоящие? А может, и наша экспедиция, и мы сами…
— Макс, не надо преувеличивать. Я точно не уверен, но… мне кажется, это как-то связано с тобой. Понимаешь, тут слишком много совпадений…
— Совпадений, значит? Ну давай, Дима! Выкладывай все, как есть! Я внимательно слушаю.
Я говорю — и вижу, как он держит правую руку за спиной. И как потом медленно начинает выводить ее вперед, сжимая в ладони, без сомнения…
«Они беззащитными не останутся».
Сейчас, Макс! Сейчас, пока еще не поздно!..
— Падлюка! Гад! Ненавижу! Из-за тебя я убил Конрада! Ни за что прикончил хорошего человека! Ты в этом виноват! Ты! Ты! Ты!!!
После первого выстрела его оружие падает на землю и скатывается вниз по лестнице. Костюм в момент оказывается продырявлен, будто это всего лишь дешевенькая ткань, а не сверхустойчивое защитное покрытие — странно, но не важно… Потом Дмитрий смешно складывает руки на животе, будто пытаясь закрыть рану и остановить кровь… Бесполезно, Дима. За кровь надо платить кровью.
Вот только за одну чужую кровь я плачу другой чужой кровью…
Он откидывается назад, падает головой вниз и медленно съезжает по ступенькам. Глаза стекленеют, рот перекашивается в безумной улыбке.
Я не знаю, что ты задумывал, Дмитрий. И никогда теперь не узнаю.