Константин Волошин – Странная месть (страница 4)

Молодые ребята переглянулись, и Диего понял, что они испугались, хотя и стараются выглядеть спокойными. Лишь Аликино держался бодро. Но спросил:

– А что нам там делать, Диого?

– Добывать золото, Аликино! Для того мы и собираемся туда мотать! Не понимаешь, что ли? Золото! Как добудем по тысяче на нос, так и можно подумать о возвращении сюда. Правда, мне вряд ли этого захочется. Но там видно будет.

– Диого, ты что-то скрываешь от нас, – в сомнении молвил Хуан. – Поведал бы всё, чтобы потом мы не обижались.

– Ничего я не скрываю, ребята! Я и сам ничего не могу вам предложить заранее. Откуда мне знать, что там нас ожидает. Может, вовсе ничего хорошего. Однако испробовать нам необходимо. Для того нам дана молодость, чтобы поискать для себя чего получше. А для тебя, Понсио, хуже во всяком случае не будет. Да и для тебя, Аликино. В этом я уверен.

Его воодушевление прибавило уверенности остальным. Особенно возможность заполучить денег от Диего.

Приближался июль и Диего стал беспокоиться относительно поездки в Испанию. До неё было не так далеко и вполне можно добраться своим ходом за неделю. Но появилась другая мысль, и он поделился с товарищами.

– Можно поехать лошадьми, но у меня может быть лишь одна, а вам пешком, но по очереди. Есть и лучший вариант. Взять нашу лодку, устроить парус на мачте и вдоль бережка до ближайшего испанского порта, откуда будут уходить суда в Карибию. Что скажете?

После недолгих обсуждений, Хуан заметил решительно:

– В лодке, конечно, сподручнее, Диого. Я за лодку. А мачту с парусом ты успеешь сделать?

– Не я один, а все вместе. Особенно Аликино. Он же рыбак, и значит, знаток моря и управится с лодкой. Да и я не лыком шит в этом деле. Так договорились относительно лодки?

– Договорились! – дружно отозвались друзья.

После этого Диего стал часто ездить в Чёрную башню, где и мастерил с Хуаном или Понсио мачту и парус. Никто из родных ничего не знал, полагая, что Диего занят развлечениями.

А в среду Ласаро заявил, что намерен отдохнуть в Чёрной башне всей семьёй. Это подтолкнуло Диего срочно поехать туда, чтобы спрятать все имеющиеся улики его деятельности. Это было легко и никто потом ничего не заподозрил.

Мелиса была по-прежнему грустна и молчалива. Она подурнела, и это сильно беспокоило мать Марселу. Часто говорила дочери:

– Не надо так переживать, доченька. Вот увидишь, всё окажется не таким страшным и неприятным, как тебе кажется. Я сама выходила замуж за старика и легко родила тебя. И жила в достатке и довольстве. Смирись и перестань изводить себя бесплодными переживаниями. Смотри, Диего, и тот успокоился и занят своими делами. Мы с отцом этому только рады и благодарим Господа за такое благоволение к нам.

Мелиса согласно кивала, но вид её говорил об обратном.

Она все больше замыкалась в себе и почти не выходила из своей комнаты. Лишь в Чёрной башне она позволила себе один раз искупаться в море, и то в одиночестве, не позволив матери приблизиться.

Избегала Диего, а тот, славно озлясь окончательно, тоже не стремился сблизиться. Юноша по-прежнему часто задумывался об их отношениях, и всякий раз озлобление брало верх, особенно когда вспоминал о её просьбе оставить её и не приближаться к ней.

Когда до свадьбы осталась всего неделя, Ласаро вызвал его к себе.

– Диего, через неделю у Мелисы свадьба. Возьми пятьдесят крузадо и подбери ей подарок покрасивее, какой сочтёшь лучшим. Негоже тебе отказать ей в этом. Бери, бери!

– Спасибо, дядя, – выдавил Диего из себя с явным неудовольствием. Последний с удивлением посмотрел на Диего.

– Ты чем-то недоволен, Диего?

– Лишь то, дядя, что мне надоело сидеть без дела и ничем не помогать тебе. Этак я вовсе разленюсь.

Ласаро замолчал, обдумывая услышанное. Потом молвил уверенно:

– Ты прав, Диего. После свадьбы мы с тобой обсудим это. Обещаю тебе работу. Если получится, то я тебе могу отдать на откуп часть своего дела. И ты покажешь, на что способен. Но это не так скоро. Договорились?

– Конечно! Спасибо! Я очень рад, дядя!

– Тогда займись подарком. Времени достаточно.

Диего взял мешочек с монетами и удалился, с трудом сохраняя спокойствие и самообладание.

В своей комнате он подсчитал свои сбережения и дар Ласаро. Проговорил себе под нос:

– Почти сотня крузадо. Отлично! С ними мы обязательно чего-то добьёмся. Все говорят, что в Вест-Индии легко достичь успеха. И мы его достигнем обязательно! Всё уже готово. Надо еды побольше заготовить и пару уток прихватить живых для поддержания нашего духа. Суарес не будет возражать.

Он уже купил оружие для всех. Аликино с ним обращался плохо, остальные сносно, неплохо справлялся Хуан. У каждого оказалась шпага, кинжал и пистолет с припасами к ним. Все это хранилось в укромном месте у Чёрной башни и всегда с лёгкостью могло перекочевать в лодку.

За три дня до свадьбы товарищи собрались в последний раз посмотреть на лодку и прикинуть, что нужно сделать ещё. Рано утром, ещё солнце не взошло, Диего с Хуаном встали искупаться и поговорить о предстоящем походе в Испанию.

– Что за судно, Диого? – Хуан указал на горизонт, где виднелся небольшой кораблик арабского типа. – Дрейфует, вроде бы.

Диего присмотрелся. Было ещё недостаточно светло и судно виделось не очень чётко.

– Алжирский, наверняка. Паруса убраны. Ты верно сказал – лежит в дрейфе. С чего бы это ему находиться у наших берегов?

– Может, поживиться схотел говядиной? Видать, с провиантом дела плохие.

– Посмотрим, что дальше будет. Если так, как ты сказал, то они уже шлюпку должны были спустить. А ничего такого не видно. Ладно, пошли искупаемся – и за работу, пока солнце не стало палить,

Они купались, поглядывали на кораблик. Тот оставался на месте без признаков жизни. Стоял он не далее, как в полумиле от берега. Диего пожалел, что не захватил с собой подзорную трубу.

– Можно было бы узнать, чего тут околачивается алжирское судёнышко. Тонн на семьдесят будет, как считаешь?

– Я в этом плохо разбираюсь. Аликино бы точно сказал. Пошли посмотрим шлюпку. Посмотришь, что я успел сделать, Она спрятана в камнях, подальше от башни. Пусть и Суарес ничего не заподозрит до времени. Хотя это всё равно ничего не меняет.

Шлюпка лежала вверх килем. Прикрытая травой и камнями рядом лежала мачта с тросами и рей с парусом. Четыре весла лежали поблизости.

– Видал? Осталось в последний день доставить провиант и можно отправляться в путь. Полагаю, что дня за четыре мы будем в Испании.

– А что за порт ты выбрал?

– Ближайший порт Уэльва. Это приличный порт и там наверняка легко попасть на судно до Карибии, Хорошо бы наняться матросами. Всё меньше платить за проезд. Что скажешь? Ведь и ты что-то знаешь про морское дело,

– Согласен, Диого. Тут нечего и рассуждать. Деньги нам дальше пригодятся. Слышал, что там всё дорогое, привозится из Испании. Даже вино не разрешают там изготовлять. Дурачье!

– Да уж… А до Уэльвы легко дойти за неделю даже при слабом ветре. Мы выйдем поздним вечером, чтобы к утру прибыть в Ольян. Это совсем близко.

– Бывал там. А тебе не кажется, что лучше не заходить в Ольян. Ещё оставим след о себе. Стоит ли?

– Это уже меня не волнует, Хуан. Пусть ищут. Долго им обойдутся эти поиски. Или ты боишься родителей?

– Побаиваюсь. Вдруг поймают? Худо будет, Диого.

– Брось! Ты уже взрослый и не должен так бояться. Что они тебе могут сделать? Лишить наследства? Так и так его кот наплакал. Да и молодые ещё твои родные, и ты не один у них. Сколько тебе достанется? Сотня монет?

– Тебе хорошо рассуждать, когда у тебя никого нет. А мне как-то не по себе. Боязно мне от такого бегства.

– Только без нытья, Хуан! Хватит уже! Решили, отрезали, вот и давай дело делать без оговорок и оглядок назад, на родителей. Не маленький!

– Ладно уж. Черт с тобой! Однако судно продолжает стоять без движения, Что там происходит? Странно всё это. Ладно, всё! Прячем лодку и мачту, Диого, – предложил Хуан и сам стал маскировать их достояние.

– Пошли в сарай посмотрим, что можно прихватить ещё, – предложил Диего.

– Хорошо бы одеяла и плащи. Вдруг дождь будет. Укрыться-то негде будет. Или ты против? – Хуан вопросительно глядел на друга.

– Наоборот! Чего нам мучить себя? Посмотрим, как же!

Они обошли сарай и конюшню, приглядели циновку и попону для лошади, В доме Диего приготовил одеяло и дополнительную одежду, оставленную ещё в прошлый раз.

– Этого будет достаточно, – молвил Диего, оглядел узел и спрятал его подальше в кладовку. – Перед уходом возьмём. Пусть лежит пока.

– Откуда у вас тут столько мушкетов? – спросил Хуан, кивнув на стену, на которой висели четыре мушкета, сабли, шпаги и пистолеты. – Даже один арбалет! Он-то зачем?

– Ласаро любил оружие собирать. Можно взять этот арбалет. Стрелы лишь поискать. Где-то они были.

Три стрелы Диего все же нашёл, снял со стены арбалет и накрутил лук. С удовольствием прицелился. Щёлкнул спуск и тетива задрожала.

– Стрела далеко летит? – спросил Хуан.

– За сто саженей может вполне убить человека, – ответил Диего, вешая оружие на место. – И стреляет быстрее, чем мушкет раза в три. И без грохота.

– Чего ж тогда его запретил папа римский?