Константин Волошин – Месть старухи (страница 109)

Не прошло и часа, как Сиро заметил, как тот мальчишка ушёл с ведром принести воды из колодца. Он находился шагах в полуторастах.

— Парень, заработать хочешь? — спросил Сиро, подходя к мальчишке.

Мальчишка с подозрением глянул на нищего, как тому показалось.

— Кто ж не хочет? Да что у тебя есть?

Сиро подбросил на ладони реал, промолвив с ухмылкой:

— Он может стать твоим, парень. А дело-то самое пустячное.

Глаза мальчишки жадно расширились.

— А что я должен сделать?

— Всего-то отозвать одну девчонку на пустырь. Я хочу с нею поговорить.

— Наверное, денег хотите ей всучить? Давно никто не заглядывал к ней. И это всё? И реал будет мой?

— А как же! Только одно условие, парень. Никому ни слова об этом. Пусть всё останется в тайне. На вот, возьми три мараведи для начала. Приведёшь девчонку — и реал твой. Договорились?

— Когда её привести?

Сиро оглянулся по сторонам. Вдали по пыльной дороге неторопливо приближалась двуколка. Он прищурился и скоро признал Бласко.

— Чем скорей — тем лучше. Поспеши вон в тот угол пустыря, — Сиро указал пальцем направление. — Буду ждать, — и опять подбросил реал вверх.

Сиро проводил глазами торопливо удаляющегося мальчишку, расплёскивающего воду из тяжёлого ведра. Усмехнулся в уродливые усы и пошёл беспечной походкой к месту свидания.

Бласко заметил Сиро и подхлестнул мула.

— Договорился? — спросил Бласко, явно нервничая.

— А как же! Где наших лошадей оставил? Припасы закупил?

— Всё готово, Сиро! Скоро твой пацан девчонку приведёт?

— Минут десять подождём. Ему ведь уговорить её надо, коль заартачится. Не волнуйся, Бласко. Ты в лице даже изменился. Перестань! Всё обойдётся. Дело выеденного яйца не стоит.

Сиро деловито осмотрел ящик двуколки. Проверил продукты, а от вида пяти бутылок с ромом расплылся в довольной улыбке.

— Молодец, Бласко! Не поскупился. Поедем знатно. Можно и втроём свободно поместиться. Ха! Здорово!

— Повремени радоваться! Ты лучше девчонку не обижай. Сеньоритой скоро станет. Понимать надо.

— Я и понимаю! Будь спокоен, Бласко! Я не подумаю её обижать. Наоборот!

Они ещё немного поговорили. Бласко кивнул в сторону, спросив:

— Это не твой пацан с девчонкой идут?

— Они! Вот видишь! Я верно сказал, что десяти минут хватит моему товарищу. Спешит, паршивец!

— Вот, сеньор! — промолвил мальчишка, подойдя, просительно глядя на Сиро.

— Ты Мунтала? — наклонился тот к девочке в грязной повязке на животе вместо юбочки.

— Да, сеньор, — бойко ответила та. — А вы привезли нам денег? От той тёти, что и раньше?

— Э-э, да, — в голосе Сиро звучала неуверенность. Видно, он не приготовил на этот случай слов. — Мы хотим тебя отвезти к ней. Тётя обещала приютить тебя, будешь сеньоритой! Хочешь стать сеньоритой?

— Я не знаю, сеньор, — в глазах девочки промелькнул испуг или беспокойство. Но Сиро тут же заметил:

— Ты садись вон к тому дяде, и мы отвезём тебя к твоей богатой тёте. Быстрей! Мы спешим.

Сиро забыл про мальчишку. Тот напомнил о себе:

— Сеньор, а обещанное? — протянул руку, никогда не мытую.

— Рассчитайся с мальчишкой и садись! — прикрикнул Бласко на товарища, видя, как тот колеблется, скупясь расстаться с монетой.

— Бери! И помни, о чём мы договаривались! Пока!

Сиро помог Мунтале забраться в ящик двуколки и Бласко чмокнул губами, трогая мула с места.

— Маму надо предупредить, сеньоры, — неуверенно сказала Мунтала. — Будет сильно ругать меня и… бить, — добавила она, опустив голову.

— Не беспокойся об этом, девочка, — ответил Бласко, подгоняя ленивого мула, дольше тебя никто не станет бить. Скоро ты будешь жить в богатом большом и красивом доме, и никто тебя не тронет.

— А как зовут ту тётю, что берёт меня, сеньор?

Бласко скосил глаза на Сиро.

— Будешь звать её тётя Мира. Она добрая, молодая и очень красивая. Ты не пожалеешь, что согласилась поехать к ней.

— Я боюсь, сеньоры! Я закричу, если вы меня не отпустите.

— Не вздумай, глупышка! Иначе нам ничего не останется, как связать тебя и заткнуть рот грязной тряпкой. — Сиро грозно нахмурил брови, оскалив жёлтые зубы. — Сиди тихо и всё будет хорошо.

Девочка притихла.

Бласко посмотрел на девочку с жалостью. Она была грязна, кроме тряпки вокруг худых бёдер ничего не было. От неё дурно пахло, и он молвил, не поворачивая головы:

— Её не мешало бы искупать и приодеть.

— Ещё чего! — с возмущением ответил Сиро. — Спешить надо. Потом когда-нибудь. Потерпит.

Бласко не ответил, но про себя решил, что на ближайшем привале обязательно займётся девчонкой.

Город они покинули довольно скоро. Дорога потянулась среди буйной тропической растительности. Мужчины продолжали ехать в двуколке. Лошади в поводу шагали сзади.

Сиро уже прикладывался к бутылке, Бласко правил, а Мунтала дремала, насытившись куском колбасы, сыром и двумя бананами.

Близился вечер. Сиро был пьян и спал, привалившись к спинке ящика, плетёного из толстых прутьев.

Они проехали асиенду. Бласко искал место для ночлега. Просить его у хозяев усадеб не хотел, опасаясь ненужных расспросов.

Переехали вброд ручей.

— Хорошее место для ночлега, — заметил Бласко. — Свернём вправо и расположимся. И ручей рядом, и трава есть для этих наших животных.

Ему никто не ответил. Сиро спал, девочка ещё боялась и молча наблюдала, как Бласко правил мулом, изрядно уставшим.

— Слезай, Мунтала. Будем лагерь разбивать. Ты когда-нибудь это делала?

Бласко с улыбкой смотрел на замухрышку. Та серьёзно спрыгнула на траву. Оглядевшись, спросила несмело:

— Дядя Бласко, а далеко ехать до тёти… Миры?

— Далеко! Дня три. Завтра мы поедем верхами, а ты будешь править. Справишься. Мулу будет легче тащить эту коробку. Будет быстрее. Ладно, иди к ручью набрать воды в котёл. И дров собери для костра. А я животными займусь. Пусть пасутся.

Солнце ещё не село, а вода в котле уже забулькала. Кусок говядины издавал приятный аромат вкусного бульона. На угольях пеклись лепёшки из кассавы и бананы. Мунтала присматривала за всем этим с важным видом. Сиро ещё не просыпался, а Бласко возился в двуколке.

— Дядя Бласко, а что я мамке скажу, когда она меня найдёт?

— Она тебя не найдёт, Мунтала. И не думай об этом. Вот приедем завтра в деревню, куплю тебе юбку и кофту, а то уж слишком ты жутко одета. В таком виде тебе никак нельзя появляться на людях.

— У меня будет настоящая юбка и кофта? — Глаза Мунталы весело заблестели.