Константин Васильев – Удержать зверя (страница 83)
— Хватит! — рыкнул Валерий. Его злость подпитывало и желание мести и, как ни странно, то, что слова Камиля всё же задели его.
— Согласен, — отозвался Ликантроп. — Ты мне надоел, Назаров, при всём уважении. Покончим с этим. Кто-то из нас двоих этой ночью наконец-то сдохнет.
Два существа, одно из которых, Подобный, было не выше метра девяносто в высоту, а второе, Совершенный Ликантроп, — двух с половиной метров, бросились друг на друга. Казалось, что Ищейка поддался своей неконтролируемой ярости. Но после обмена первыми выпадами, взмахами и ударами стало ясно: даже раненный серебром Камиль был заметно сильнее Валерия. Сильнее, но уже не быстрее, как каждый раз раньше… Увернувшись от очередного выпада, Ищейка прыгнул на ствол дерева, а с него — на другой. От взмахов лап Ликантропа в ночной воздух взвились щепки и древесная крошка, но его противник пока умудрялся оставаться целым.
Сосредоточившись на Ищейке, Камиль не заметил появления Марка. В спину монстра вошло несколько посеребрённых пуль из «Вала», и раны на его теле тут же начали дымиться. А затем ночь прорезала вспышка светошумовой гранаты. Бурый взвыл и принялся слепо размахивать лапами. Тогда в его тело вновь вошли посеребрённые пули… А затем на него обрушился Валерий.
Ищейка не стал жалеть своего давнего противника. Даже если тот оказался в неравных условиях, оборотень Ордена пользовался любой возможностью взять над ним верх. В конце концов, именно так Ищейки и сражались с Совершенными Ликантропами. А сам Валерий — Потрошитель Оборотней — был лучшим из них. Лучшим и самым жестоким, самым кровавым…
Тёмно-серое волкоподобное существо начало разрывать когтями сухожилия Ликантропа, целя именно в те места, которые при ослабленной серебром регенерации не только не заживут быстро, но и оставят оборотня беззащитным.
«Наконец-то я смогу отомстить!..» — вторили мысли в голове Валерия.
Острые когти Ищейки пронизывали тело Ликантропа напротив жизненно важных органов, словно стремясь заставить того испытывать как можно больше страданий. После очередного выпада и последовавшего за ним взмаха Камиль, простонав, упал на колени. Челюсти Ищейки тут же сомкнулись на его боку — именно в том месте, куда Вероника вонзила клинок серебряного кинжала. А затем оборотень выдрал кусок плоти.
Камиль отчаянно попытался отмахнуться от Валерия, но Ищейка, сплюнув мясо в траву, отпрыгнул от Ликантропа и налетел на ствол дерева. И оттолкнулся от него мощными лапами. Его противник ещё не понял, что именно произошло, пока в перерыве между атаками зверя его снова не накрыли очереди посеребрённых пуль. И буквально в следующее мгновение на спине Ликантропа вновь оказался оборотень Ордена…
Камиль перестал соображать от боли. Он попытался стряхнуть с себя крайне изворотливого волка-оборотня, который в полной мере пользовался своим преимуществом в скорости. Но Ищейка не позволял достать себя. Вопреки стремительному и яростному началу схватки, Валерий в действительности ни на секунду не забывал о том, зачем он здесь. Он просто не мог позволить себе потерять ещё одну молодую девушку, даже если та была Ликантропом…
Валерий нанёс проникающий удар — в едва зажившую рану от когтей Териона. Запрокинув голову, Бурый взревел от боли, и Ищейка, обхватив его шею, провернулся вокруг неё и попытался добить оборотня. Он стремительно сомкнул челюсти, стремясь вырвать трахею. А Марк, подбегая к ним, практически в упор выпустил остатки магазина «Вала» в голову Ликантропа.
Бурый монстр замер и начал безвольно принимать человеческую форму… А затем завалился в пожухлую траву и уже не подавал признаков жизни. Из его ран выливалась кровь, такая же красная, как и у Ищеек. Такая же красная, как и у обычных людей…
Камиль был мёртв.
— Дядя Валера!.. — облегчённо выдохнула Вероника. — Дядя Марк!..
Девушка рассмеялась… Она испытывала неприязнь к Ордену и, в особенности, к Белой Ищеек. Но сейчас перед ней находились именно те люди, возненавидеть которых она не смогла бы при всём желании.
Сменив звериную ипостась на человеческую, Валерий быстро подошёл к ней.
— Прости меня… — попросил он.
— А?.. — выдохнула волчица.
В руке мужчины блеснуло серебряное лезвие, которым он нанёс девушке порез на запястье. Вероника тут же испытала нестерпимое жжение, её всю скрутило от боли… А затем она ощутила укол в шею.
— И меня, — попросил Марк.
— Это транквилизатор, — приобняв волчицу, успокоил её Валерий. — На слона. Но сгодится и для Ликантропа.
Веки девушки начали тяжелеть… В любой другой ситуации она наверняка бы даже не почувствовала транквилизатор, но не сейчас. А для того, чтобы он подействовал, Веронику пришлось ранить серебром.
Девушка уже ничего не видела перед собой. Перед её глазами, застилая всё вокруг, появилась обволакивающая чёрная пелена. Звуки вокруг потонули в манящей её тишине… И из неё раздался голос Марка:
— Обещаю напечь тебе блинов на следующую Масленицу. Могу даже на день рождения… До него ведь осталось всего ничего…
Перед тем, как провалиться в бессознательную тьму, Вероника заметила, что луна в небе стала выглядеть совершенно обычной, а ночь — прежней, лишённой вездесущего оттенка крови.
«Значит, это
Анастасия медленно подошла к поверженному Иену. Зверь заснул под действием транквилизаторов, лишённый подвижности, оставшийся практически полностью без регенерации оборотней. Волчица опустилась на колено рядом с ним, вытянула тонкую руку с явным желанием прикоснуться… Но так и не сделала этого. Пальцы девушки сжались, схватив лишь воздух. Анастасия глубоко вздохнула, поднялась в полный рост и отступила от монстра. А затем кто-то накинул на её плечи длинный плащ, прикрывая наготу девушки. Этим человеком оказался Красин, уже раскуривший сигарету, несмотря на все её обычные негодования по этому поводу.
— Мы смогли, Анастасия… — выпустив облако едкого дыма, выдохнул он. На лице капитана проступила улыбка. —
Анастасия облегчённо опустила плечи и осмотрелась. Из всех Ищеек, принимавших участие в схватке, двое совершенно точно умрут. Ещё один имеет шансы дожить хотя бы до следующего рассвета. Марина — младший сержант, о которой так пёкся Валерий, — осталась жива. Мало того, она оказалась одной из самых подготовленных к бою с Терионом.
«Наверняка нужно благодарить за это самого Валерия, — решила Анастасия. — Если бы не он и его неоднозначные методы обучения… Ты бы не оказалась настолько эффективной».
— Госпожа… — заговорил Красин.
— Не надо, Аркадий, — произнесла волчица и прижала руку к месту недавнего ранения, нанесённого Иеном. — Только не снова на «вы».
— Я-а… понял. — Капитан кивнул.
— Вызывай вертолёт для транспортировки, — прозвучал тихий, но необычайно жёсткий голос девушки. — У нас есть образец, который… мы можем продолжить изучать.
Красин кивнул вновь и тут же взялся за рацию.
От Анастасии не отрывала взгляда та самая Марина. Девушка-оборотень не смела оспаривать указания своей Белой… Но всё произошедшее этой ночью породило в её голове целую прорву вопросов, которые, правда, задавать она не осмеливалась.
«Мы же можем уничтожить его прямо здесь и сейчас! Мы
Глава 22. Алиса
Когда Вероника открыла глаза, её взору предстал потолок больничной палаты. Студентка медленно села и осмотрелась. Сквозь жалюзи на окне пробивались лучи солнца, подсвечивающего тяжёлые тучи над Волданском. С неба уже сыпался первый в этом году снег. Его пока ещё было немного, но совсем скоро маленькие снежинки, улёгшиеся на подмерзающую по ночам землю, сменятся снегопадами.
«Как же резко изменилась погода… — заметила Вероника. — И ведь только в конце прошлой недели в городе опали последние листья».
Девушка начала любоваться пышным букетом цветов с открыткой от Влада. Молодой человек навестил её ещё вчера, в субботу, когда она очнулась после потери сознания. На этой неделе она прямо в институте ощутила сильную слабость, после чего Софья настояла на вызове врачей.
«Я отключилась в машине скорой помощи, — вспомнила Вероника и вновь легла. — А уж как психовала Саша, когда всё это происходило!..»
Взгляд студентки вновь вернулся к букету цветов, а затем упал на календарь на столе. Уже было тридцать первое октября. Решив, что зима в этом году напомнила о своём приближении позже обычного, девушка расслабленно закрыла глаза.
«Что-то неправильно… — почувствовала она. — Что-то не так…»
Вероника осторожно прикоснулась к шее, к щекам, посмотрела на руки… Ей почему-то казалось, что у неё должны быть шрамы. Девушка глубоко вздохнула и, опустив ноги на пол, поднялась. К собственному удивлению, она чувствовала себя превосходно, без единого намёка на упадок сил, ставшего причиной её госпитализации.
«А разве вчера у меня не дрожали от слабости руки и ноги? — вспоминая посещение Влада, задумалась она. — Почему мне кажется, что я даже
Вероника начала разминать конечности, чувствуя себя так, словно лежала неподвижно несколько дней.