Константин Васильев – Мир на грани (страница 38)
«Значит, это всё-таки Вран?..» — с сожалением подумал Натан.
Он поднял взгляд на окно, через которое в комнату проникал лунный свет. Тот освещал разбросанные на кровати вещи, которые наверняка оставила Алисия.
Натан застыл, зажмурился, не веря глазам, и встряхнул головой. Ему казалось, что у самого окна то появлялось, то исчезало волнующееся, похожее на дымку облако размером с человека.
Словно заворожённый, Натан медленно подошёл к этому «облаку». Свист в ушах с каждым шагом нарастал, пока не стал напоминать шквальные порывы. Натан вытянул руку и прикоснулся к дымке, тут же почувствовал сопротивление, словно приходилось продавливать завесу настолько плотного воздуха, что тот начинал казаться материальным.
Шаг, ещё один… Дымка стала намного больше, заволакивая всё, что было впереди.
Натан шагнул вновь — и клубящаяся завеса, пропуская его, расползлась в стороны. Взору тут же открылся немыслимый пейзаж. Натан поражённо вдохнул, затем едва не рухнул в пропасть: впереди не оказалось ни стены, ни пола.
Нашарив ногой опору, Натан вновь поднял взгляд и нервно сглотнул…
Ночь казалась заметно светлее обычного. Обе луны находились на звёздном небе, но они будто бы поменялись местами: теперь как сквозь вуаль виднелась та, что до этого выглядела нормальной, а вот другая… Ту, которая появлялась на ночном небе Терры лишь раз в несколько столетий, теперь можно было рассмотреть полностью. И то, что Натан увидел, ему не нравилось совершенно.
Луна была разрушена. Бо́льшая её часть оставалась на месте, но по орбите планеты растянулось кольцо из осколков. Этот массивный кусок луны будто бы поддерживался ярким светящимся лучом, который исходил из высоченного шпиля посреди моря Де‑Хааг. По крайней мере, там должно было быть море… Вместо него взгляду представали тянущиеся ввысь тонкие и заострённые, зачастую закрученные в спираль сооружения, похожие на футуристические небоскрёбы без окон. И всё выглядело мёртвым, безжизненным… разрушенным, судя по массивным обломкам, зависшим в воздухе против всех законов физики.
Странности дикому ночному пейзажу добавляло алое пламя, просвечивающее сквозь тяжёлые угольно-чёрные тучи. А те вращались вокруг лоскута звёздного неба над головой, образуя нечто вроде глаза бури.
Сильный порывистый ветер резко сменил направление и стал ледяным — и это жаркой летней ночью! Натан поёжился и бросил взгляд за спину: там были очертания комнаты дома Бернарда, через дымку переходящие в этот несусветный пейзаж.
«Мир Извне?.. Это действительно он?..» — ошарашенно подумал Натан.
Стена здания, в котором он находился в Мире Извне, была разрушена. Казалось, что-то большое, обладающее гигантской силой, проходя в сторону, где должен находиться Анхальтский залив, просто смело на пути всё.
Натан пригляделся к остаткам стен по бокам. Только тогда его внимание привлекли повыползавшие из брешей паучки, закованные в шипастый хитин, с заострёнными будто клинки лапками. Каждый из них был размером с ладонь. Паучки замерли, не отрывая от Натана взгляда множества горящих инфернальным огнём глаз. Затем, огибая угол, появился другой паук, в высоту по пояс взрослому человеку.
«Дэймон!» — это было первое, о чём подумал Натан.
Паук ринулся к нему, совершенно беззвучно.
Натан отшатнулся. Попятившись, споткнулся о птичью клетку на полу и едва не упал. Он снова находился только в комнате в доме Бернарда, а у окна напротив вновь виднелось лишь сотканное из дымки облачко. Из клубящейся тьмы, словно пытаясь прорвать натянутую завесу, проступила зазубренная лапа-клинок инфернального паука. Но, даже как следует не продавив границу между мирами, исчезла.
— Да что же… творится?.. — потрясённо выдохнул Натан.
Перед его глазами вспышками воспоминаний промелькнули образы существ, которых анхальтская церковь называла дэймонами. Тех, которые были настоящим полузабытым кошмаром из детства…
В этот момент Натан расслышал голоса Бернарда и Алисии и их приближающиеся шаги. Глубоко вздохнув, он вышел в коридор; не до конца осознавая почему, словно что-то пряча от друзей, плотно закрыл дверь. Только затем Натан устремил взгляд на прибежавших.
— К дому подъехали, у них на руках ленты! — сообщили они.
К Натану тут же вернулась ясность ума, и он, злясь на себя, решил:
«Не время поражаться реальности мифов!»
Друзья подбежали к лестничному окну, расположенному между этажами, и осторожно выглянули.
К дому медленно, осматриваясь, приближалась пара человек в форме военной полиции Аримана. На их руках действительно оказались ярко-жёлтые ленты.
Эта пара была вооружена пистолетами-пулемётами ВПС‑38; ещё один боец, с таким же автоматом, оставался у калитки. За оградой особняка стоял автомобиль, на котором наверняка и приехали урилийцы. Рядом с ним, раскурив папиросу, расхаживал четвёртый боец.
«Да они враз изрешетят нас!» — понял Натан.
— Это ведь урилийцы? — прошептал Бернард. — Такие же, как в парке?
Натан лишь кивнул в ответ.
— Они решили обнести дом профессора? Узнали, что здесь живёт Густав? — предположила Алисия, но Натан не согласился:
— Мы бросили
— Как они поняли, что это их ма… — неуверенно заговорила Алисия, но Бернард перебил её:
— Номера. Они должны знать номера всех своих машин. Хотя бы в рамках своего города, своего района.
Натан ощупал простреленное плечо, пошевелил рукой. Сейчас он не чувствовал боли. Но при этом руку не ощущал совершенно: та словно принадлежала кому-то другому.
«Стрелять смог бы только из пистолета, если бы были патроны…» — понял Натан. Затем, вспомнив, что Бернард занимался стрельбой, спросил:
— Где твой пистолет? Спортивный.
— В тире, где же ещё?! И револьвер, и люгард!
— А патроны?
— Так в них же меньше пороха!
— И что?
Бернард сперва замолчал, затем взглянул на разряженный пистолет в руке и бросился вниз по лестнице.
«Стоит попробовать…» — решил Натан и уже Алисии вкрадчиво сказал:
— Поищи, из чего сделать ленты на руки. Две. Что-нибудь жёлтое. Что угодно. В темноте на улице один хрен не поймёшь. Лишь бы напоминало.
Алисия кивнула и побежала вверх по лестнице.
Натан спустился на первый этаж. Прислушиваясь к звукам шагов друзей, взглянул в ростовое зеркало рядом со входной дверью. Хмыкнул, выдохнул… И собственным кулаком ударил себе в нос. Тут же зажал его и, шипя от боли — лидокаин заморозил только простреленную руку, — навалился на стену. Когда разжал пальцы, вытер ладонью свежую кровь.
«Стоит попробовать», — в мыслях повторил Натан.
Первым вернулся Бернард, сжимая в руке вновь заряженный люгард, и удивлённо уставился на Натана. Но до того как смог хоть что-то сказать, прибежала Алисия с лоскутами спешно нарезанной жёлтой ткани в белую клетку.
— Что произошло? — тут же прошептала Алисия. — Бернард! Это ты его так?
— Шутишь?! — среагировал тот.
Натан шикнул на них, шмыгнул разбитым носом и голосом, не терпящим возражений, произнёс:
— Повяжите ленты на руки. Вы — ариманцы, сожалеющие об отделении полуострова от Республики. Вы поймали имперского шпиона, пришлось применить силу. Ясно?
— В смысле?.. — оторопел Бернард.
— В прямом. Думаешь, это всё просто так произошло? Урилийцев поддерживали в Аримане.
Ответ прозвучал излишне резко, из-за чего Натан тут же поморщился, но извиняться не стал. Перед его мысленным взором промелькнули лица продажного сенатора и республиканского магистра.
— Завяжите мне руки, шнурком, можно моим. Но не крепко, — произнёс Натан, снял поддерживающую косынку и сунул в карман брюк, одними губами добавил: — Давайте!
Алисия, повязав ленту себе на руку, надела её и Бернарду. И замерла, нервно теребя ожерелье с эфирным камнем. Затем нарисовала сложную, объёмную руну заклятья, вложив столько силы, сколько Натан не ожидал совершенно. Однако Алисия так и не закончила рисунок, видимый только искусникам. Она потянула в сторону нить эфира и намотала на кисть левой руки.
«Интересно, — подумал Натан. — Это штучки совсем не рядовых искусников».
Бернард тем временем, связав Натану руки за спиной, подготовил люгард к стрельбе и убрал в карман брюк. Тут же вздрогнул, заметив силуэт урилийца, мелькнувший в узком окне рядом с дверью. Шумно вздохнул… и включил свет, чтобы друзья оказались видны снаружи. Затем вытолкнул Натана на улицу.
— Стоп-стоп! — тут же воскликнул Бернард, поднимая руки и выходя вслед за «захваченным имперским шпионом».
Натан поднялся с колен, изображая растерянность и страх. Урилийцы тем временем внимательно рассматривали Бернарда и вышедшую за ним Алисию, задерживая взгляды на лентах на руках.
«Значит, им действительно помогали местные… — решил Натан. — Они ведь вряд ли знают в лицо всех, кто предал Ариман? Собьют ли их с толку эти ленточки? Есть ли у них кодовые фразы?..»
Ближайший урилиец, опустив автомат стволом вниз, спросил:
— Вы кто?
— Местные, — тут же произнёс Бернард, но едва заметно дрогнувшим голосом. — Мы‑ы ненавидим то, что сделали с Ариманом после отделения от Республики.
Бернард схватил Натана за ворот футболки и ударил ногой под колено, вынуждая вновь упасть.