Константин Васильев – Мир на грани (страница 37)
Бернард лишь ухмыльнулся и выскочил из кухни.
Практически немигающий пристальный взгляд Натана вонзился в Алисию. Это был взгляд, который принадлежал не ленивому простаку-имперцу, а совсем другому человеку — тому, который скрывался под маской дружелюбия.
Заметив это, Алисия закусила губу и попросила:
— Дай.
Потянувшись к керамбиту, она заколебалась, ведь предстояло прикоснуться к орудию убийства. Правда после этого, резко выдохнув, взялась за рукоять.
Алисия вспорола и сняла повязку. Положив нож на стол, присмотрелась к ране. Крови было много: пуля прошла навылет через мягкие ткани. Не издавая ни звука, не показывая ни страха, ни отвращения, Алисия попыталась промыть рану. Лицо Натана тут же исказилось в гримасе боли, и тогда подруга вновь потянулась к аптечке, достала шприц и вколола обезболивающее.
Алисия принялась обрабатывать рану, действуя как можно аккуратнее, уже без нервного напряжения. При этом она стояла настолько близко, что Натан прекрасно ощущал едва уловимый аромат её духов, чувствовал лёгкие и будто бы случайные прикосновения бедром.
Словно осознав это, Алисия чуть отстранилась. Затем она наложила на плечо Натана бинты.
— Занятно, — едва слышно произнёс Натан. — Не думал, что ты настолько спокойно — и умело — сможешь сделать это.
Алисия вздрогнула от его холодного тона и подняла взгляд.
— Натан, а ты… — Она быстро осмотрелась и понизила голос: — Скажи, ты девиант?
— Что?
— Ты‑ы… Ты проводник?
Натан усмехнулся.
— С чего взяла? — спросил он.
— Ну‑у, иногда ты совершенно…
«Конечно же она заметила! — подумал Натан. — Она ведь искусник».
— И этот твой взгляд иногда! — продолжала Алисия. — Он совсем как!..
— Нет.
— Ч‑что?..
— Я не девиант. — Натан едва заметно улыбнулся. — Я не проводник. Я
— Но… Как тогда ты…
— Это другое. Совсем, — перебил Натан и обманчиво мягким голосом в свою очередь спросил: — А сама не хочешь рассказать, откуда
Алисия замерла и потупила взор. Лишь когда Натан потянулся к раненому плечу, её руки вновь пришли в движение. Она сделала поддерживающую повязку.
Из приоткрытой форточки донёсся звук громкоговорителей, и друзья обратили взгляд к окну.
— Откуда?.. — не поняла Алисия.
— Похоже, со стороны вокзала. Имперцы. Призывают покинуть город или спрятаться в подвалах.
Грохот выстрелов со второго этажа заставил обоих друзей уставиться на потолок.
Первым среагировал Натан. Он вскочил на ноги, схватил со стола керамбит и, покачнувшись, сорвался с места. Алисия же, напомнив себе о происходящем, взяла эфирную лампу и бросилась следом.
Поднявшись на второй этаж, Бернард всмотрелся в темноту коридора по обе стороны от лестницы и направился к рабочему кабинету отца. Осторожно ступая по скрипучему паркету, задержался лишь у двери комнаты, в которой ночевала Алисия перед поездкой в Шансенхайм.
«Странно… Почему мне кажется, что прошлой ночью она была не одна? — внезапно подумал Бернард. — Ведь Алисия и так знает Врана, а я совершенно точно относил сюда клетку с ним…»
Пытаясь не замечать появившуюся головную боль, он прошептал:
— Не выдумывай. Просто Алисия давно не играла с Враном. Просто… давно не играла.
Войдя в кабинет отца, Бернард подошёл к окну и задёрнул шторы — и внутри воцарилась кромешная тьма. Он на ощупь нашёл, а затем разжёг эфирную лампу на столе, совершенно такую же, как на кухне. Задержал взгляд на диване, на котором в период работы частенько ночевал Густав.
«Когда я видел отца в последний раз? Две недели назад? Или три? — подумал Бернард. — Тогда же, когда он вдруг решил поинтересоваться о Натане?.. А ведь именно тогда отец напомнил, что «Просвещённые» будут выступать в Шансенхайме на открытии Фестиваля. И даже — о, чудо! — решил побаловать заказанным столиком в «Поднебесной», куда билеты уже было не достать! Хотя странно всё это, если подумать, очень странно…»
Бернард покачал головой.
«О чём я, чёрт возьми, думаю?! Это сейчас-то — когда Республика внезапно решила нанести удар по Ариману! Хотя так уж ли внезапно, если вспомнить все мои дискуссии с Натаном?..»
Бернард вынул из верхнего ящика рабочего стола небольшую книжку в потёртой кожаной обложке. Это и были те самые записи Густава, о которых не раз слышала Алисия, и именно те, о которых она совсем недавно говорила.
Бернард сунул записи отца в карман брюк. Затем из книжного шкафа у противоположной стены достал книгу с вырезанной в толще листов полостью. Внутри была спрятана толстая пачка денежных купюр.
Именно в этот момент из коридора донёсся шорох. Бернард замер и напряжённо прислушался: звук повторился. Казалось, что-то медленно подкрадывалось к кабинету.
Забрав деньги, Бернард потушил лампу. Осторожно приоткрыв дверь, он вгляделся во тьму, которую через окно в конце коридора едва разгонял свет уличного фонаря. Ничего не заметив, замер… Но как только шорох повторился, подрагивающей рукой взялся за люгард.
Бернард пытался разглядеть хоть что-то. Вспомнив занятия по спортивной стрельбе, убрал палец со спуска и вытянул вдоль металлической рамки пистолета. Полностью выходя в коридор, запнулся о порог и припал на колено.
Над головой Бернарда тут же что-то просвистело.
— Чёрт! — сорвалось с его губ.
В дверь за спиной Бернарда воткнулся тонкий жгут. Как только напряжение в нём ослабло, этот жгут начал извиваться подобно змее. То существо, от которого он тянулся, вновь издало шорох. Оно было метрах в десяти; на первый взгляд напоминало распластанную на полу крупную птицу.
Существо неистово, будто в припадке, задёргалось. Бернард тут же навёл на него пистолет и надавил на спуск. Люгард с силой толкнул в ладонь. Оглушительный выстрел прокатился по коридору, и Бернард, вздрогнув, зажал свободной рукой ухо.
Жгут выдернулся из двери и стремительно вернулся к существу, вобрался в пасть. Затем оно изогнулось, словно готовясь к новому броску.
Не дожидаясь следующей атаки, Бернард обхватил рукоять люгарда второй рукой и начал нажимать на спуск. Выстрелы последовали один за другим. Они продолжались до тех пор, пока с лязгом не сработала затворная задержка.
Бернард судорожно вздохнул и, словно обессилев, прислонился к стене. Его всего колотило. Но едва расслышав торопливые звуки шагов по лестнице, он попытался совладать с нервами и поднялся.
На этаже появились покачивающийся Натан с забинтованной рукой, продетой в перевязь, и Алисия с эфирной лампой. От яркого света Бернарду даже пришлось прикрыть глаза.
— Бернард!.. — взволнованно выдохнула Алисия и кинулась к нему.
Пока Алисия осматривала Бернарда и полушёпотом пыталась выведать, что же случилось, Натан окинул взглядом коридор в другой стороне от лестницы. Заметив что-то на полу, подошёл к друзьям и забрал лампу.
— Кажется, на меня напал Вран… — наконец-то сообщил Бернард.
— Что? Не говори ерунды! — не поверила Алисия.
Натан приблизился к распластанному на полу существу. Оно действительно чем-то напоминало ворона. Тусклый свет лампы выхватил из темноты слипшиеся перья, которые оказались тонкими и острыми лезвиями; заострённый и зазубренный подобно пиле клюв, из которого вывалился ненормально длинный тонкий язык. Глаза ворона выглядели как слепые бельма; грудь была разворочена и теперь напоминала жуткую зубастую пасть; ноги сломаны и вывернуты, однако казалось, что уже начали срастаться, но неправильно.
«И кровь… Она как будто чёрная и густая как смоль», — заметил Натан.
Его дыхание участилось, проступил холодный пот, в ушах будто бы засвистело… Перед мысленным взором промелькнули скрюченные человеческие силуэты тех, кто встретился в горах Визама семь лет назад.
Оклик Бернарда выдернул его из этого состояния.
— Это не Вран, — соврал Натан. — Это что-то… урилийское. Может, правдивы байки об опытах над животными в Республике.
Он повернулся к подошедшим друзьям, но не сдвинулся с места, заслоняя собой искажённую птицу.
— Бернард, неужели ты думаешь, что Вран не смог бы освободиться, если б кто-нибудь влез? Да он бы ещё и по голове настучал как следует. — Натан отдал Алисии лампу и усмехнулся, но получилось это фальшиво. — Какого же невысокого мнения ты о своей птичке! Пойдёмте вниз.
«Не поверил… — понял он, провожая Бернарда взглядом, когда друзья начали спускаться по лестнице. — Да и плевать».
Дождавшись, когда их шаги стихнут, а собственные глаза привыкнут к темноте, Натан вновь осмотрелся. Света из окна за спиной хватило, чтобы разглядеть дверь с оторванным углом на уровне пола.
«Бернард должен был пройти мимо неё по дороге в кабинет Густава», — нащупывая рукоять керамбита в ножнах, решил Натан и, подойдя к двери, замер.
Он вновь почувствовал те же ощущения, которые породил изменённый ворон. Осторожно повернул дверную ручку и проскользнул внутрь. Под ногами тут же хлюпнуло… Затем Натан разглядел на полу птичью клетку, практически разорванную пополам. Судя по тому, как были вывернуты металлические прутья, что-то вырвалось изнутри, причём раздирая в процессе и себя.