Константин Соколов – Троян (страница 9)

«– Бабушка, почему у тебя такие большие глаза? – спросила Красная Шапочка.

– А это потому, что меня штырит, внученька…» – это Серёга опять рассказал одну из своих пошлых глупостей. Школьники довольны, смеются. Славян только улыбнулся из вежливости – злые шутки про бабушек его не впечатляли.

Трое школьников попрощались с нашими «центровыми». «Ушли на запад, туда же, куда и «Волчий крюк»», – зачем-то отметил про себя Славян.

Погас свет в подвальных окошках, через секунду вышел Гопанюк. Он закрыл дверь на два замка, ключи убрал в карман, поднялся по ступенькам. Славян протянул ему деньги за шлем, как и прежде, в гривнах. Гопанюк взял их и быстро пересчитал.

Ага… – подтвердил он сделку.

В среду принесёте?.. – поинтересовался Славян.

Погоди-ка, – тренера осенило. – Если у тебя есть время, можем скататься до моего дома, я тебе сразу шлем и отдам… Чего тянуть?..

Было бы здорово. А далеко?.. – у Славяна «ёкнуло сердце»: есть возможность побывать в логове врага, но насколько это безопасно – вот вопрос.

Три квартала.

Хорошо. До «комендантского» успею…

Славян предполагал любое развитие событий, даже самое скверное. Однако, вряд ли Гопанюк решится на крайность – слишком много свидетелей, «палево конкретное». Но надо быть начеку, особенно в разговоре… Славян обратился к приятелю:

Ну, давай, Серый…

Давай, Славян, пока, – ответил приятель.

Они пожали друг другу руки, и Сергей ушёл в направлении своего дома. Славян же поспешил в другую сторону, за тренером, к припаркованному на дворовой стоянке, представляющей собой простую асфальтированную площадку, старенькому автомобилю «Жигули» красного цвета. Гопанюк сел за руль, разблокировал переднюю пассажирскую дверь и сразу предупредил:

Дверью не хлопай.

Славян загрузился в авто, которое внутри выглядело так же непритязательно, как и снаружи, держа в руках свой рюкзачок. Гопанюк «с полоборота» завёл двигатель, на секунду прислушался к его звучанию, удовлетворённо хмыкнул, выруливая со стоянки:

Хм. Как часы… Хорошо, когда есть знакомый механик… Они мне говорят «Что ты на этом ведре?.. Давно бы сменил, хоть на «Хёндай»…», – улыбающийся Гопанюк бросил короткий взгляд на Славяна, – А я говорю «Нее, на этом «ведре» меня «гайцы» не тормозят, в нашем деле это важно».

Тренер снова бросил взгляд на пассажира, обращаясь к нему:

Ты-то сам водишь авто?..

Нет. Я ещё на свою «тачку» не накопил. А учиться водить чужие машины, не имея своей, несерьёзно… – Славка знал дворы и улицы, по которым они ехали, но всё-равно следил за дорогой, – Да, и по возрасту мне за руль ещё рано.

Тоже верно. Ничего, накопишь. Важно иметь хороших друзей, которые всегда могут помочь, если что… Вот, твой друг, Сергей, если что, может тебе помочь?..

«Что-то вынюхивает, не иначе», – догадался Славян, почувствовав какой-то подвох в вопросе.

Ну, смотря в чём, – ответил он, – В черчении и математике – точно нет.

Юрий Михайлович засмеялся, но несколько натянуто, как показалось Славяну.

А в жизни?.. – спросил Гопанюк.

Серого пристроят стопудов, а через него, может, и я где пристроюсь… У него отец при новой власти поднялся неплохо. Где-то в оккупационной администрации, что ли… Я точно не знаю.

А ты узнай, – посоветовал старший наставник, – Такие вещи нужно знать, и, по возможности, пользоваться… Всё, приехали, вылезай. Дверью не хлопай.

За разговором время в и без того недолгом пути пролетело совсем незаметно. Гопанюк припарковал «жигулёнка» во дворе панельной девятиэтажки. Славян вышел из машины, а Юрий Михайлович быстро и чётко исполнил весь «ритуальный танец»: заглушил двигатель, поставил авто на стояночный тормоз, отстегнул ремень, заблокировал пассажирскую дверь, вышел сам, запер водительскую дверь на ключ… Это «Жига», детка… Не машина, а просто танец какой-то…

Нам туда, – Гопанюк указал на дверь крайнего подъезда.

Славян окинул взглядом подъезд с первого этажа до последнего, затем – весь двор.

Пошли, – тренер похромал к подъезду, не оглядываясь…

– 22 -

Славян старался запомнить всё до мелочей. Расположение лифта, площадки и закоулки, мусоропровод, перегородки, вспомогательные помещения… Всё могло иметь значение. Юрий Михайлович заметил интерес юноши к окружающей обстановке и спросил:

Ты чего головой вертишь?.. Бывал здесь, что ли?..

Нет… Я же строитель… будущий. У меня уже профессиональный интерес. А потом… есть мысль поступать на строительную специальность в вуз, – Славян отчасти говорил правду.

А-а, – наставник кивнул, ответ его удовлетворил.

Лифт довёз до пятого этажа. Гопанюк вышел первым и направился в дальний конец коридора с единственной дверью там. Дверь была металлическая, и замок издавал довольно громкий лязг, когда хозяин проворачивал ключ в замке. Гопанюк широко открыл дверь, шагнул в квартиру и включил освещение в прихожей.

З-заходи… – доброжелательно пригласил Юрий Михайлович.

Славян вошёл в прихожую и прикрыл входную дверь. Прихожая была маленькая, но плавно переходила в Г-образный коридор, соединявший единственную комнату с кухней. Нехитрая мебель прихожей продолжалась вдоль стены коридора целым штабелем различных коробок, в основном похожих на обувные. Стены, давным-давно оклеенные обоями, местами были сильно пошарпаны. По обстановке было видно, что живёт здесь мужчина одинокий и непритязательный.

«Вот оно, логово врага… Вроде, на засаду не похоже…»

Гопанюк быстро скинул свои туфли, прошёл в комнату и включил там свет. Славян разувался не спеша, точнее, нерешительно. Хозяин квартиры ведь только пригласил гостя войти, но разуваться команды не было, если честно. Славян скромно разместил свои кроссовки поближе к выходу, сверху на них сложил свой рюкзачок. Гопанюк вернулся из комнаты в коридор, принялся что-то высматривать в штабеле коробок у стены. То ли прочитав мысли Славяна и предвосхищая любопытствующий вопрос, то ли будто оправдываясь, он объяснил:

Старые запасы… Распродаю… Торговля зависла… Неизвестно, что будет завтра… Так. Не то, не то… – приговаривал он. – Ага, вот!..

Юрий Михайлович ловко достал одну коробку из середины штабеля, заменив её другой, взятой из верхнего ряда. Коробку он тут же открыл, бросил взгляд на её содержимое, затем кивнул гостю, мол, проходи…

В довольно большой комнате была та же почти «спартанская» обстановка. Всей мебели – квадратный стол с пепельницей, диван, шкаф, телевизор на подставке у стены напротив дивана… Аскеза интерьера напомнила Славяну его собственную комнату. Главное отличие – дверь на балкон, в славкиной комнате такой нет.

Юрий Михайлович вытащил из коробки шуршащий целлофановый мешок с боксёрским шлемом в красно-чёрных цветах, отдал парню.

Так, держи обновку, – сказал он, – Примерь сразу – вдруг не подойдёт… Хотя, чтоб не подошло, надо голову иметь… не то, чтобы квадратную, а очень сложной формы.

Славян достал шлем из целлофанового мешка, а сам мешок аккуратно сложил и засунул в карман. Надел шлем на голову, зафиксировал под подбородком, повернул голову влево и вправо.

Так и пойду домой, – сказал он с улыбкой. – Спасибо, мастер.

Юрий Михайлович усмехнулся, но с оттенком то ли грусти, то ли…

Хм… «Мастер»… А знаешь, какой у меня позывной?..

Нет, конечно, откуда бы Славке это знать?.. Поэтому, не выжидая положенной в таких случаях паузы, Гопанюк назвался:

«Тайсон».

Тренер вдруг стал серьёзен.

Как Фьюри?.. – ляпнул Славян, не подумав.

Как Фьюри… – задумчиво повторил за юношей Гопанюк, но встрепенулся, – А?.. Нет же!.. В честь Майка Тайсона! Ребята так прозвали, братЫ по АТО. Я ведь уже «кэмээс» был, когда призвался. Так что ты почти в точку с «мастером» попал… А в девятнадцатом году меня зацепило по глупой случайности, какой-то дед не хотел своё «корыто» отдавать, достал дробовик… Кстати, на его «корыте» мы и приехали… Не спрашивай, что с дедом стало.

Ностальгический экскурс продолжился небольшой паузой, в ходе которой оба с задумчивым видом размышляли каждый о своём. Образ «деда» устойчиво ассоциировался в его воображении с его собственным дедушкой, отцом отца, кряжистым бородатым мужиком, который в 2015 году страдал от последствий второго инфаркта, и совсем не надолго пережил собственного сына, получив третий… Славян сделал над собой усилие:

Может, оно и к лучшему. Дед хотя бы не мучился старческими болезнями. А то склероз, паркинсон, альцгеймер…

Славка перечислил всё, что знал из того, что, по его мнению, имело отношение к старости, и запнулся. Больше ничего на ум не приходило. Но Тайсон-Гопанюк как будто внезапно просветлел:

Знаешь, а ведь ты прав!.. Из моих братОв, с кем в АТО был, осталось всего ничего… – он забормотал, загибая крючковатые пальцы, – Швед, Локи, Борман… Ну, этот позже к нам пришёл, и ушёл раньше… А! Ведьма же ещё! Если б не она, мне бы ногу оттяпали… Выходит, тот дед меня спас: вовремя комиссовали. А братОв сейчас добивают в Мариуполе… Я, кстати, давно понял, кого ты мне напоминаешь… – тренер сделал небольшую паузу, во время которой Славка напрягся, хоть и старался не подать виду, – Был у нас командир взвода, позывной «Тор». Он сейчас «там»… Небось, уже ротный. Хотя…

Гопанюк ностальгически улыбнулся. И вдруг задал молодому вопрос:

Ты, кстати, как к новой власти относишься?..

Да, никак. Не верю им, – Славка понимал, что такой вопрос рано или поздно будет ему задан, и заранее, не далее как позавчера, продумал ответ на него. К слову, кое в чём он не лукавил, а говорил от сердца. – Взять ментов, хотя бы… Ведь Украине присягали, а «москаль» пришёл – переприсягнули России… Как можно верить таким… шкурникам?.. Им лишь бы в кустах отсидеться. Или они на присяге фиги в карманах держали?.. А коли завтра наши вернутся, и что, эти будут обратно переприсягать?.. Это «москаляки» сейчас добренькими прикидываются, а придёт время – гайки закрутят, и – прощай, казацкая вольница. Как один наш препод говорит, «ни вздохнуть, ни пёрнуть»…