Константин Смирнов – Савроматы. Ранняя история и культура сарматов (страница 38)

В савроматское время приблизительно у 11 % погребенных, независимо от их пола, возраста и богатства, кисти рук лежат на тазовых костях. Более всего этот обычай связан с сарматами доно-поволжских степей.

У некоторых погребенных переходного времени рукам придано особое положение. В двух заволжских подбойных могилах этого времени погребенные похоронены в скорченном положении, причем в одном случае руки были согнуты в локтях и их кисти положены под щеку, как в могилах срубной культуры (рис. 3, 4), в другом случае (с. Максютово, курган 2, погребение 6)[358] кисти были сложены на животе. В курганах у с. Быково у женщины со слегка согнутыми ногами правая рука была сильно согнута в локте, и ее кисть находилась у подбородка, левая — также согнута и кисть ее лежала на животе (рис. 2, 6). Та же картина и в Южном Приуралье. В Акжарском могильнике под Актюбинском у одного из погребенных переходного времени обе руки были согнуты в локтях и положены предплечьями на живот (рис. 3, 8), у другого (курган 7) — то же положение занимала левая рука, правая же была опущена к коленям согнутых ног.

В результате анализа поз погребенных мы можем сделать вывод, что большинство отклонений от наиболее распространенной позы (в вытянутом положении на спине) связаны с наиболее ранними (переходными) погребениями.

Как правило, покойники лежат по длинной оси в середине могилы; в больших могилах с южной ориентировкой погребенных они лежат и по короткой оси (рис. 22, 1). Иногда погребенных клали не в центре могилы, а ближе к одной из ее стен. Такое размещение покойников свойственно богатым захоронениям типа Блюменфельдского кургана А 12, где сохранившиеся от разграбления два костяка лежали в юго-восточной четверти могилы (рис. 11А, 1). Это явление объясняется тем, что в могилу положено много жертвенных животных, занимавших остальную площадь пола. В больших могилах у станции Лебяжья, у с. Норка и в акбулакском кургане скелеты лежали вдоль северных стенок (рис. 2, 2). Такое положение погребенных в некоторых рядовых могилах часто зависело от размещения инвентаря и особенно заупокойной пищи, представленной в ряде могил тушей или частями туши барана, лежавших у противоположной стенки могилы (рис. 23, 2)[359]. Известны случаи, когда верхняя часть туловища покойника была направлена почти по диагонали могилы. Таково положение скелетов в кургане 1 Мало-Кизыльского могильника[360] и в кургане у с. Клястицкое под г. Троицк (рис. 36, 1). Здесь возможен элемент случайности. Отклонение тела погребенного от продольной оси могилы мы не раз встречаем в погребениях эпохи бронзы как явления случайные.

Однако уже в V в. до н. э. в Приуралье возникает тенденция класть погребенных с отклонением от основной оси могилы. Так, в мечетсайском кургане 2 покойники были положены веерообразно (рис. 20, 2), а жрицы в том же могильнике и в тарабутакском кургане лежали почти по диагонали своих «саркофагов» (рис. 18, 3; 23, 1). Думаю, что это уже не случайно, ибо настоящее диагональное погребение обнаружено уже в кургане 6 V в. до н. э. (могильник Пятимары I, рис. 30, 1); в соседнем могильнике Близнецы диагональные погребения IV в. до н. э. обнаружены в кургане 2 (рис. 45, 5) и, вероятно, в кургане 4, где такой же формы квадратная могила оказалась полностью ограбленной. В свете этих новых данных мне представляется вполне вероятным, что обряд диагональных захоронений зародился в среде южноуральских савроматов, а не в Поволжье, как я считал раньше[361]. В Поволжье мне известно лишь одно детское диагональное погребение во второй Быковской группе (курган 1, погребение 11)[362], относящееся ко времени не ранее IV в. до н. э., явно южноуральского происхождения, судя по северной ориентировке покойника и круглодонному сосуду (рис. 51, 8).

Покойников хоронили обычно без гробов, прямо на подстилке дна могилы. Однако применялись и деревянные гробы, сколоченные из досок или плашек. Остатки их, лежавшие только вокруг и над покойником, обнаружены в кургане 19 у с. Политотдельское (рис. 51, 5), в курганах у сел Бережновка[363], Усатово (Экхейм)[364] и в могильнике Пятимары I (рис. 44, 1). Обычай хоронить в гробах легкой конструкции развился у сарматов только в период прохоровской культуры. Однако уже в ряде погребений савроматских жриц Приуралья мы встречаем легкие «саркофаги», основу которых составляли широкие прямоугольные рамы, сколоченные из брусков или досок, покрытых сверху корой или травой (плетенкой?). Они найдены в могилах урочищ Тара-Бутак (рис. 18, 3), Мечет-Сай (рис. 23, 1) и у с. Новый Кумак (курган 9)[365]. Наиболее тщательно исследован такой «саркофаг» в кургане 2 Тарабутакского могильника. Он имел вид прямоугольной рамы из тополевых брусьев; каждая сторона рамы состояла из двух брусьев, которые по углам были скреплены при помощи пазов; к этой раме прикреплялись тонкие планки шириной 4 см, идущие поперек или чуть наискось рамы; они прослежены на дне могилы и над костяком. Кроме того, сверху лежал белый тлен от травы или тростника.

В кургане 5 Акжарского могильника вокруг ребенка было сооружено нечто вроде каменного ящика: костяк был огражден плитами, поставленными на ребро.

Удавалось проследить над покойниками и легкие покрытия из тонких дощечек, коры и других органических материалов. Они обычно сделаны над верхней частью костяка. Можно предполагать, что в большинстве случаев подобные покрытия, или саваны, делались из материи, войлока, шерсти и потому не сохранились. В ряде случаев покойники прикрыты просто травой, камышом, хворостом.

§ 5. Различные формы проявления культа огня

Трупосожжения

В погребальном обряде савроматов значительное место занимает использование белого, красного и реже желтого вещества. Наличие в савроматских могилах этих веществ, которые имели преимущественно культовый характер, свидетельствует о различной священной символике упомянутых цветов. По всей вероятности, белое вещество служило символом чистоты и было связано с обрядом очищения трупа, хотя не всегда очищение производилось этим веществом, поскольку мел и его заменители положены далеко не во все савроматские могилы.

Различия в использовании этих символических веществ в погребальном обряде носят территориальный (рис. 57) и хронологический характер (табл. 5).

Таблица 5.

* Учтены те погребения, в которых удалось установить основные детали обряда. Конечно, у меня нет уверенности, что во всех случаях исследователи отмечали наличие в погребениях белого, красного и желтого веществ. Проценты высчитаны по отношению к общему числу таких погребений каждой хронологической группы и в целом по всему изучаемому периоду.

Наиболее распространенным был обычай посыпать дно могилы, покойника, даже вещи, реже перекрытия могил меловым порошком. В кургане Елга у с. Преображенка на р. Бузулук возвышение, устроенное в южном конце могилы (жертвенник или алтарь), было сделано из глины с известью. В могилы также клали куски мела или его заменители — белую глину, гипс и раковины grifea, весьма похожие по своей структуре на мел. Большие куски мела или другие белые минералы клали в разные места могилы иногда по пять-десять штук. Эти куски обычно были бесформенны, по в некоторых случаях подвергались какой-то предварительной обработке: на них видны углубления или отверстия. Меловая посыпка и куски белых минералов встречаются в мужских, женских и детских могилах. Со временем этот ритуал распространяется все шире. Он отмочен в четверти всех савроматских могил V–IV вв. до н. э., причем таких могил в Оренбуржье значительно больше, чем в Поволжье (рис. 57). В Оренбуржье этот обряд прослежен почти в половине известных ныне погребений.

Красная краска, преимущественно в виде кусочков реальгара, встречается обычно в богатых могилах, как в мужских, так и в женских. В Блюменфельдском кургане А 12 кусочки реальгара лежали близ стрел обоих воинов; в кургане 5 урочища Горбатый мост у пос. Нежинский куски реальгара найдены у левой ступни погребенной женщины и на каменном блюде вместе с двумя раковинами grifea, которые играли здесь, вероятно, роль мела. Поверхность этого блюда (алтаря) была натерта реальгаром, что прослеживается в других могилах савроматских жриц с каменными жертвенниками.

Б.Н. Граков считает, что реальгар был символом оживляющей крови и кровавых жертвоприношений, и его использование в погребальном обряде савроматов объясняет определенным ритуалом. По мнению Б.Н. Гракова, реальгар с его режущей кристаллической структурой никак не мог служить румянами[366]. Ритуальное значение реальгара, связанного в представлении савроматов, вероятно, не только с кровавыми жертвами, но и с культом огня, не вызывает сомнения. Оно достаточно хорошо доказывается приведенными примерами положения кусков реальгара около оружия и на алтаре жрицы. Эти примеры могут быть значительно умножены.

Из желтых веществ в могилах на всей территории расселения савроматов (рис. 57) встречается порошок желтой охры и серы (иногда в кусках). Желтая охра найдена преимущественно в тех могилах, где не было меловой посыпки или кусков мела. Сера легко воспламеняется и, вероятно, служила средством для получения огня. Об этом говорят находки кусков серы вместе с огнивом-кремнем, особенно частые в более поздних сарматских могилах. Сера встречается и без огнива как определенный символ, вероятно, связанный с культом огня. Культовое значение серы видно, например, в погребении в покровском кургане 2, где все дно могилы было засыпано мелом, охрой, серой и смолой. Здесь среди ритуальных веществ встречается и черная смола, находки которой обычны в сарматских могилах последующих времен.