Константин Скуратов – Как посмотреть. У каждого своя взгляд на… (страница 11)
– Я тут что подумал, товарищ генерал – а вдруг у смежников проблемы какие возникнут…, помощь понадобится…. Нет, что говорить – ребята ловкие, так точно! Сами справятся, согласен…. И поощрения от Кремля сами….
Генерал тоже был опытным кабинетным работником и понял Эдуарда Николаевича мгновенно.
– Так, товарищ генерал, может, я им звякну? Так сказать, уточню детальки, провентилирую ситуацию…. Обязательно! Товарищ генерал, вам – обязательно! В первую очередь! Серьезность операции? Смогу, оценю. И вообще – без нас на нашей территории…, как-то не того…. Есть!
Эдуард Николаевич аккуратно промокнул платком залысины и ослабил узел галстука. Все. Дальнейшие действия освящены начальством. Теперь еще и выговор можно схлопотать, если пустить дело на самотек.
Он снова набрал номер и через пару длинных гудков уже панибратски сказал в трубку:
– Приветствую, Петр Михайлович! Это я, Эдуард Николаевич. Как дела? Это хорошо, когда все хорошо…, ха-ха! Да нет, у нас тоже все нормально…. Так, сущая безделица, Петр Михайлович – у вас там опергруппа куда-то помчалась, вот наши генералы и забеспокоились, не пересекутся ли ваши ребята с нашими…. А то! Проводим, а как же…. В том то и дело, что в нескольких префектурах одновременно! Ага, маски-шоу…, ха-ха! Каленым, так сказать…. Распустились, это точно…. Мне бы – куда…. Петр Михайлович, мы же с вами офицеры!
Эдуард Николаевич отодвинул трубку подальше от уха, потому что из нее донесся звук, похожий на медвежье рычание. Даже удивился – с чего это Петр Михайлович так разъярился? Обычная просьба, рутинное дело…
Получив предложение перезвонить чуть позже – совещание, что непонятного – Эдуард Николаевич положил трубку и стал невнимательно перебирать бумаги на столе. Большинство из них несло гриф «для служебного пользования» и имело нулевую товарную ценность.
Взгляд снаружи. Потап
Андрей Потапов уже получил от Топоркова команду начать самый сложный этап операции – уламывание начальства на санкцию.
Дело было привычное, надоевшее, но необходимое. В судьбе Потапова имелись два прокола, когда опергруппа возвращалась обратно несолоно хлебавши. Один раз даже из микроавтобуса вообще не вылезали – покрутились по столице и вернулись.
После этих провалов Андрей стал готовить свои действия заранее, режиссировал каждый шаг, взгляд, поворот головы, до совершенства оттачивал каждую интонацию, подбирал соответствующий словарный запас…
Если б о такой подготовке узнали во ВГИКЕ, Потапа приняли бы на режиссерский факультет без экзаменов.
Чаще всего подготовка Андрея была не нужна. Петр Михайлович сам из оперов, ему долго объяснять цели и задачи опергруппы не обязательно. Это касалось плановых мероприятий, задержаний в ходе обычных разработок, образцово-показательных операций. В этих случаях Потапов молча заходил в кабинет, часто за несколько дней до операции, клал на стол бумагу и забирал ее уже с автографом руководства.
Хотя в опергруппе должность начальника штаба не была предусмотрена по штату, Андрей воспринимался абсолютно всеми именно как начальник штаба опергруппы – заместитель Топоркова. Его даже на совещания в управление стали приглашать. И должности предлагали несколько раз все в том же управлении.
Да, по большей части все происходило рутинно и казенно. Но в таких случаях как сегодня, когда операция слишком сильно смахивала на авантюру, талант Потапова был востребован по полной программе.
К начальству не стучатся. Это было первым железным принципом Андрея. Застуканный врасплох начальник нервничает и стремится поскорее отделаться от нахального подчиненного.
Потапов просунул голову в дверь и из верхней левой ее девятки с высоты своего роста посмотрел на Петра Михайловича так, как смотрят на отца родного. И удивился – Петр Михайлович приглушенно заворчал, как обычно делал в случаях крайнего раздражения.
Кто это его так – подумал Андрей и решил несколько поменять свою тактику.
Однако инициативу перехватил начальник.
– Ты, гулливер хренов, если через дверь перешагивать не собираешься, давай, тогда заходи по-нормальному, – сдавленно прохрипел Петр Михайлович. Цвет его лица сравнялся с цветом его рыжих волос. Скоро грянет буря – подумал опытный Потапов, но в кресло сел без приглашения. Не наглость – просто уверенность в себе. Второе правило Потапа.
Петр Михайлович играл желваками на щеках так, словно пытался разжевать одновременно несколько теннисных мячей. Совсем плохо дело – подумал Потапов, год назад в таком же состоянии шеф метнул в него тяжелый письменный прибор из малахита. Попал, к сожалению, не в мягкого Потапова, а в хрупкий экран телевизора. Потом всей опергруппой на новый скидывались…
– Ну, и где Топорков? – совершенно уже задыхаясь, спросил Петр Михайлович.
Стуканули, гады – грустно подумал Потапов. Интересно – кто? Хорошо, что и на этот случай есть заготовки…
– Ты, небось, сейчас целую речь заготовил, да? – прохрипел Петр Михайлович. – Умники, мать вашу…. А слабо на простенький вопрос ответить – почему я о выезде моей оперативной группы узнаю от какого-то полицейского клерка?! Тридцать секунд на ответ! Только без хохм – это не КВН…
Взгляд вскользь. Сандро
Две девичьих фигурки на фоне странно низенькой машины привлекли внимание сразу. Михай даже на время забыл, зачем они, собственно, сюда приехали.
– Брат, ты посмотри, какие красавицы! – восхищенно сказал он. – Давай познакомимся!
Сандро с подозрением огляделся. Именно здесь они собирались встретиться с курьером. Причем курьер будет с минуты на минуту! Откуда здесь эти…, ну да, красивые, что есть, то есть. Засада? Или обычная случайность?
Об этом он и сказал Михаю, несколько притушив его задор.
Подъехав ближе, они поняли, почему машина девушек показалась такой низкой – потому что яма была глубокой. Чего ж не остановиться, если все равно приехали. В крайнем случае – повод для остановки стопудовый…
– Ай, красавицы, – выскочил Михай, – как это вы так…
– Подруга водить машину училась, – мрачно ответила блондинка. – Доводилась…
Сандро проанализировал ситуацию – ничего подозрительного. В самом деле, отчего не попробовать порулить на совершенно пустой дороге, вдалеке от сумасшедшего столичного движения, заодно и от гаишников, кстати.
А машинка-то не из дешевых! Причем половину стоимости тянет скромная звездочка на капоте. У ментов таких машин не бывает…
Это умозаключение помогло окончательно расслабиться, и Сандро тоже вышел из машины.
Блондинка выглядела аппетитно, но и брюнетка тоже хороша! Одеты обе явно в бутиках на Тверской. А то, как они курили, вообще смотрелось как вызов мужскому здравомыслию!
– Может, помочь чем-нибудь? – Михай был сама галантность.
Блондинка оценивающе посмотрела на него и с сомнением в голосе ответила:
– Да уж…, помогите… чем-нибудь.
– Хорошо бы машину из ямы вытащить, – заулыбалась брюнетка, – а дальше мы уж как-нибудь сами…
– Особенно ты, – обрезала подругу блондинка и потеплевшим взглядом посмотрела на Михая.
Сандро подошел к яме. Машина аккуратно лежала на днище, упираясь бамперами в грунт. Тут кран нужен – подумал он и отозвал Михая, вроде как за инструментом из своего багажника.
– Машине кранты, – тихо сказал Сандро, Михай согласно кивнул. – Единственное, что мы для них можем сделать – вызвать эвакуатор. Тот за деньги вытащит.
– А еще мы можем обменяться телефонами, – весело ответил Михай. – Чур, блондинка моя!
Сандро был не против. Он еще раз огляделся и толкнул Михая в бок:
– Смотри, еще кто-то сюда едет. По времени должен быть курьер. А тут эти красотки…
– Да и черт с ними, – совсем развеселился Михай. – Если что, мы остановились им помочь. Курьер там или не курьер – у нас железная отмазка для любого!
Сандро кивнул, потому что и сам думал также.
Взгляд со стороны. Перевозчик
Уже в самой Москве Саша Гречнев немного блуданул – в конце концов, он же человек, а не прокладка между рулем и сиденьем. Устал, ясное дело.
Пришлось остановиться, изучить карту и тогда уже мчаться окольными путями, старательно избегая московских шоссе и проспектов, на которых в этот час из-за машин не было видно асфальта.
Дорогу Саша срезал в привычном месте, через лесопарк. Конечно, по ширине с Кутузовским не сравнить, зато и машин практически нет.
А менты есть…
Гречнев в очередной раз подивился профессионализму гаишников. Вот ведь, спиной стоял! А развернулся в доли секунды и даже палкой успел махнуть.
– Да пошел ты, – сквозь зубы процедил Саша. И не остановился. Зря, что ли, у заднего стекла полицейская фуражка пылится…
До места встречи оставалось всего ничего – плюс, время поджимало. Он несколько раз глянул в зеркало – нет, никто не гонится, вздохнул и выкинул гаишника из головы…
Взгляд из-под козырька. Гаишник
А Тренин фуражку-то и не заметил!
Вот все засек – и марку машины, и цвет под налетом дорожной пыли, и номера провинциальные, и даже серое от усталости лицо водителя. А фуражку не разглядел…
– Ни фига себе! – потрясенно сказал задетый за живое лейтенант. Да за такое хамство и трех сотен баксов маловато будет.
Он еще раз подумал про триста долларов и почувствовал, как внутри закипает совершенно справедливое негодование.
А вдруг машина в угоне? Или водитель права дома забыл? Тогда, тогда…
Лейтенант Тренин решительно сел за руль и сорвался с места с пробуксовкой, с дымом. Ничего, этот урод ему еще и новые колеса купит!