Константин Рэйди – Воля тьмы (страница 8)

Мария, словно очнувшись от кошмара, послушно кивнула и, не оглядываясь, бросилась в тёмный проход.

Лира, вооружённая лишь кухонным ножом, яростно атаковала стражников, стараясь держаться как можно дольше. Она двигалась быстро и ловко, уклоняясь от ударов мечей, нанося короткие и точные удары. Но силы были неравны. Стражники, закованные в броню, были профессиональными воинами, а Лира – всего лишь уличной девчонкой, отчаянно сражающейся за свою жизнь.

Вскоре она почувствовала острую боль в левом плече. Один из стражников задел её мечом, и из раны хлынула кровь. Нож, выскользнув из ослабевшей руки, с глухим стуком упал на каменный пол.

– Всё кончено, Лира, – услышала она голос Горация, стоящего неподалёку. – Сопротивление бесполезно. Прими свою судьбу.

В этот момент, словно ангел-хранитель, появившийся из ниоткуда, в зал ворвался садовник. С диким криком, полным ярости и отчаяния, он бросился на стражников, отвлекая их внимание от Лиры.

– Бегите! – крикнул он, отбиваясь от мечей с помощью садового инструмента. – Бегите! Не думайте обо мне! У вас есть шанс вырваться! Бегите! Бегите, пока есть время!

Лира, воспользовавшись замешательством, подняла с пола нож и, не раздумывая, бросилась в тёмный проход, куда скрылась Мария. Она слышала, как за её спиной разгорелась ожесточённая схватка, слышала крики, звон стали и предсмертный хрип. Она знала, что садовник, скорее всего, погибнет, защищая её и Марию. Но она ничего не могла сделать. Она должна была бежать. Должна была выжить.

Выбежав из прохода, она увидела Марию, стоявшую в небольшом зале, оглядывающуюся по сторонам.

– Что ты стоишь? – закричала Лира, подталкивая её вперёд. – Мы должны бежать! Скоро они будут здесь!

Они побежали дальше по узким, извилистым тоннелям, спотыкаясь и падая, стараясь не отстать друг от друга. Преследователи не отставали, их тяжелые шаги отдавались эхом в тишине, словно приближающаяся смерть.

Наконец, они выбежали в большой, заброшенный зал, стены которого были испещрены странными, непонятными символами, словно письменами давно забытого языка. В центре зала стоял старый, каменный саркофаг, покрытый толстым слоем пыли и мха. Казалось, здесь когда-то хоронили королей.

– Мы… мы загнали себя в тупик, – задыхаясь, прошептала Мария, оглядываясь по сторонам. – Выхода нет. Они нас поймают.

В этот момент, словно материализовавшийся из воздуха, из самой глубины темноты, вышел человек. Он был одет в лохмотья, его лицо было грязным и заросшим, а длинные, спутанные волосы падали на плечи. Его глаза, запавшие и безумные, светились в темноте, словно у дикого зверя.

– Кто вы? – спросила Лира, инстинктивно сжимая в руке нож, готовясь к нападению.

– Неважно, кто я, – ответил незнакомец, его голос звучал хрипло и странно, словно он давно не разговаривал с людьми. – Важно то, что я знаю, кто вы. И что вы делаете здесь, внизу. Вы – беглецы. Вы пытаетесь обмануть Каина.

Лира и Мария переглянулись, не зная, что ответить.

– Вы хотите нам помочь? – с осторожностью спросила Лира, не доверяя незнакомцу.

– Помочь? – усмехнулся незнакомец, и эта усмешка показалась Лире еще более зловещей, чем гнев самого Каина. – Я никому не помогаю. Я просто живу здесь. Внизу. Вдали от света, вдали от людей. Я живу в этом лабиринте, как крыса. Но я ненавижу Каина. Я ненавижу его власть, его жестокость, его ложь. И я рад видеть, как кто-то пытается ему противостоять. Хотя бы попытаться.

Лира молчала, пытаясь понять, что движет этим странным человеком, живущим в подземельях замка. Могла ли она ему доверять? Или он – лишь ещё одна марионетка в руках Каина?

– Хорошо, – наконец сказала Лира, принимая непростое решение. – Мы принимаем вашу помощь. Что нам делать? Куда нам идти?

Незнакомец медленно, словно обдумывая каждое слово, обвел их безумным взглядом и зловеще усмехнулся.

– Теперь, девчонки, вы будете играть по моим правилам, – прошептал он. И если вы хотите выбраться отсюда живыми, вам придется довериться мне. Я покажу вам дорогу.

Глава 6

Комната, куда Тень (как Лира про себя окрестила своего нового проводника – имя он упорно отказывался называть, словно оно было проклятием) привёл их, мало напоминала жилое помещение. Скорее – склеп, убежище безумца или логово хищного зверя. Воздух здесь был ещё более спертым и тяжелым, чем в запутанных коридорах, словно его веками никто не проветривал. Запах плесени, сырой земли, гниющих кореньев и чего-то неуловимо жуткого, похожего на запах старой крови и отчаяния, бил в нос, вызывая тошноту и заставляя невольно сморщиться. Стены были выложены из грубого, необработанного камня, покрытого липким, склизким мхом и хаотично исписанного непонятными символами, похожими на древние руны, алхимические знаки или просто бессвязные каракули, начертанные чьей-то дрожащей рукой, потерявшей рассудок. Пол был усыпан костями мелких животных, обглоданными дочиста, и какими-то обрывками ткани, похожими на лохмотья старой, когда-то дорогой одежды. Всё здесь дышало запустением и забвением.

Единственным источником света служили три оплывшие свечи, грубо воткнутые в пустые глазницы черепов, расставленных по углам комнаты. Их пламя трепетало, словно испуганные огоньки, отбрасывая на стены причудливые, танцующие тени, превращая и без того зловещее место в настоящий театр абсурда, где каждый предмет казался живым, одушевленным и готовым в любую секунду наброситься на непрошеных гостей.

Тень же, казалось, чувствовал себя здесь вполне комфортно. Он двигался уверенно и свободно, словно был частью этого мрачного пейзажа. Он не выказывал ни малейшего признака отвращения или брезгливости. Сел на грубый каменный выступ, служивший ему подобием кровати, и жестом, больше похожим на гримасу, пригласил Лиру и Марию присесть рядом.

– Добро пожаловать в мой скромный дом, – произнёс он, и его хриплый, скрипучий голос, казалось, был соткан из шороха крыльев летучих мышей и шепота ветра, гуляющего по заброшенным тоннелям. Его слова эхом отразились от каменных стен, усиливая ощущение нереальности происходящего. – Здесь, конечно, не так уютно и роскошно, как в верхних покоях замка, зато здесь, я вас уверяю, совершенно безопасно. Каин сюда не заглядывает. Брезгует. Ему противно спускаться в эти низины. Считает это ниже своего достоинства. Здесь, как он выражается, кишат крысы и тени.

Лира, настороженно оглядываясь по сторонам, не решалась присесть. Она чувствовала себя здесь чужой и неуютно, словно дикий зверь, загнанный в клетку. Её интуиция, обостренная жизнью на улицах, кричала об опасности. Она чувствовала, что Тень что-то скрывает, что он не тот, за кого себя выдаёт, что за его безумным взглядом и странными манерами скрывается что-то ещё более темное и пугающее.

Мария же, совершенно обессилевшая, измученная дорогой и потрясенная предательством Горация, казалось, была совершенно безразлична к окружающей обстановке. Она сидела на краю каменного выступа, опустив голову и закрыв лицо руками, словно пытаясь спрятаться от всего мира. Её плечи беззвучно вздрагивали от рыданий.

– Кто вы? – спросила Лира, стараясь, чтобы голос звучал как можно более уверенно, хотя внутри всё дрожало. Она не сводила глаз с Тени, пытаясь разглядеть в его лице хоть какую-то искренность. – Зачем вы нам помогаете? Что вам от нас нужно?

Тень усмехнулся, и его лицо, и без того изуродованное шрамами и глубокими морщинами, стало ещё более зловещим. В свете свечей его глаза казались чёрными, бездонными провалами, полными безумия и ненависти.

– Вопросы, вопросы… Всегда одни и те же вопросы, – пробормотал он, покачав головой. – Что ж, я отвечу на них. Насколько это возможно. Меня зовут… неважно. Имя давно потеряло для меня всякий смысл. Оно ничего не значит. Важно лишь то, кто я есть. А я… я – один из тех, кого Каин сломал, выжал досуха и выбросил, как сломанную игрушку. Я – его жертва. Я – его проклятие.

Он замолчал, словно резко выдохнул, словно погрузившись в болезненные, мучительные воспоминания, от которых ему хотелось избавиться, но которые преследовали его, словно кошмар. Лира почувствовала, что ему очень трудно говорить об этом, что каждое слово причиняет ему невыносимую боль.

– Когда-то, давным-давно, я был другим человеком, – продолжил Тень, его голос стал тише и хриплым, словно он обращался к самому себе. – У меня было имя, семья, друзья… Я был счастлив. Но потом появился Каин. Он предложил мне… неважно, что именно. Важно то, что я согласился. Я заключил с ним сделку. И он забрал у меня всё. Сначала – мою семью. Потом – моё имя. Потом – мой разум. Он превратил меня в тень, в пустое место, в тень самого себя. Потом – выкинул сюда, на самое дно, на верную смерть.

Он замолчал, глядя в одну точку. Словно переживая тот момент заново.

Лира и Мария молчали, потрясенные услышанным. Они не могли даже представить, какую боль он пережил, какие мучения ему пришлось вынести.

– И зачем вы нам тогда помогаете? Если вы и сами жертва… – спросила Мария, подавленным голосом.

Тень поднял голову и посмотрел на них своими безумными глазами. В них горел огонь, и этот огонь был отнюдь не доброты.

– Потому что я ненавижу Каина, – прошипел он, словно змея. – Я ненавижу его всем сердцем, всей душой. Я хочу видеть его страдания. Я хочу видеть, как он мучается. Я хочу, чтобы он заплатил за всё, что сделал со мной и с другими. И если вы можете помочь мне в этом, то я готов рискнуть. Я готов отдать вам всё, что у меня есть. Даже свою жизнь.