Константин Подземельев – Пластмассовый мир 2 (страница 2)

— Элиза!

Он попытался обойти солдат, но в него тут же прилетела стрела со стены. Завопив от боли, он упал на землю. По толпе прошла волна паники. Крики про Артёма сменились воплями ужаса. Люди и орки тут же начали разбегаться в разные стороны. Солдаты, видя это, постепенно ускорили шаг. Их отрывистое «У-ра!» превратилось в раскатистое «УРАААА!» — и с этим кличем они перешли на бег, разгоняя челядь.

Повозка осталась в покое. Артём посмотрел на похоронную процессию. Ни один из орков даже не взглянул в сторону происходящего. Все угрюмо стояли лицом к телу, лежащему на груде брёвен. Пермилия рыдала, стоя прямо перед костром.

Солдаты обступили телегу. Один из молодых стражников поднял взгляд на Артёма.

— Товарищ Гагарин, путь свободен. Вы можете продолжать движение, — констатировал он.

— Я вижу… — грустно сказал парень, спрыгивая с повозки. — Зачем вы убили их? Что они вам сделали? — Артём указал пальцем на двух эльфов, корчащихся от боли на дороге перед воротами.

Стражник непонимающе посмотрел на раненых, а затем — также непонимающе — на Артёма, словно тот сказал полную чепуху.

— Они ещё живы, — заметил эльф.

— Да, но зачем вы начали их… ох… Им нужно оказать медицинскую помощь! — завопил Артём. Он поднял взгляд на Вектора. Тот пренебрежительно посмотрел на раненых, усмехнулся, а затем неодобрительно покачал головой.

— Не стоит тратить на чернь бинты, Артём! — воскликнул Вектор, а затем, обратившись к одному из солдат: — Прекратите их страдания.

Солдат без колебаний достал нож и, подойдя к женщине, перерезал ей горло, выпустив на землю ещё больший бутон крови.

— НЕТ! — закричал Артём. — Остановитесь! — Он уже ринулся в сторону ещё живого эльфа, но на его пути встал другой стражник, который неодобрительно покачал головой.

Нож забрал ещё одну жизнь. Два тела мёртвым грузом остались лежать на дороге.

По телу Артёма пробежали мурашки. Ужас сковал его. Двое людей, или почти людей, только что умерли из-за него. В поисках поддержки Артём посмотрел на Аврория. Старик лишь развёл руками, словно говоря: «Такова жизнь».

— Всё хорошо, товарищ Гагарин. Теперь вы в безопасности, — бодрым голосом констатировал стражник.

— Я… вижу, — тяжело вздохнул парень. Он повернулся к похоронной процессии. — Слишком много смертей для утра, вы не находите?

— Я видел и побольше, — добродушно улыбнулся эльф.

— Я хочу к… оркам! — крикнул Артём Вектору и указал на похороны.

Офицер кивнул и отдал приказ:

— Позаботьтесь о безопасности нашего человека! — А затем направил лошадь внутрь крепости и быстро поскакал вперёд, разбрасывая грязь из-под копыт.

Артём сделал пару глубоких вдохов, а затем пошёл в сторону Пермилии. Его взгляд цеплялся за палатки, установленные местными. Они ведь не хотели совершить зло. Заслуживали ли они столь жестокого обращения? Затем Артём вспомнил страх от вида беснующихся орков и эльфов в тот момент, когда он чуть не упал с телеги. На секунду он усомнился в том, что толпа была безобидна. Что бы случилось, окажись он в её гуще? Могли ли они, в своём религиозном экстазе, растерзать его бренное тело?

В голову Артёму пришли воспоминания: во многих древних церквях выставлялись на показ мощи святых — где-то ступни, где-то пальцы… А как так получилось, что их части тела были отделены друг от друга? Никто об этом не рассказывал.

Пламя разгоралось. Артём остановился в паре шагов от Пермилии. Она стояла, склонив голову, как и прочие орки. На груде брёвен лежало громоздкое тело Когтеклыка. Поняв это, Артёму стало не по себе. Он не был близок с этим орком, их отношения развивались слишком стремительно, и за столь короткое время его даже знакомым было бы сложно назвать. В этом ритуале погребения Артём чувствовал себя как на похоронах родителей одноклассника. Ему было всё равно — но от этого всё равно было стыдно, а уже от стыда становилось грустно.

А вот Пермилия явно переживала куда более яркую бурю эмоций. Глядя на неё со спины, Артём заметил, что её дыхание было неровным — словно она тихонько всхлипывала, стараясь не показывать слёз.

Позади Артёма копошились эльфийские солдаты. Приближаться к процессии они явно не хотели — не осмеливались тревожить орчих воинов. Артём заметил, что не все орки выглядели гротескно-брутальными, словно сошедшими с обложки рекламы онлайн-игры про бесконечное убийство мобов и клановые войны. Среди тех, кто был в толпе, большая часть выглядела обычными, худощавыми. Они напомнили Артёму Кислого Орка, который говорил, коверкая слова, и который был столь же безжалостно убит Эльвирой, как стражники только что убили эльфийских крестьян.

Пермилия обернулась. Артём заметил, что её глаза были красными от слёз. Встретившись с ним взглядом, она с усилием заставила своё лицо принять нейтральное выражение. Надевание масок давалось ей куда сложнее, чем Эльвире. Подбородок дрожал. Пряча взгляд, она быстрым шагом, почти бегом, направилась куда-то в сторону. Грок проводил её взглядом, но не стал следовать за ней, вернувшись к своей молчаливой скорби по товарищу.

Артём почувствовал, что нужно как-то поддержать девушку. Повинуясь минутному порыву, он пошёл следом. Она шла очень быстро, минуя палатки, пересекала дорогу, словно желая просто уйти на другой конец этого проклятого поля.

— Пермилия! — окликнул её Артём, едва догнав, когда они уже были по другую сторону лагеря.

Орчиха остановилась. Артём заметил, что её руку крепко сжимает рукоять кинжала в ножнах на бедре. Заметив это, парень остановился за пару шагов от неё.

— Ты всё знал? — тихо спросила она. Голос не звучал грустно — в нём чувствовалась нарастающая злость.

— Кхм… — Артём вдруг осознал, что вообще-то никогда не утешал одноклассников, терявших родителей, и он не знал, что стоит говорить в таких случаях. — Что именно?

— Что мой отец умирает.

— Нет.

Повисла пауза. В этой паузе Артём ощутил напряжение, которое нуждалось в разрядке. Пермилия не верила ему. Поэтому он решился продолжить:

— Я не верил, что он умирает. — Пермилия повернула голову в пол-оборота, желая услышать, что он скажет дальше. — Там, откуда я родом, такие раны не были бы смертельными, и я подумал…

— Что ты подумал?! — голос Пермилии был осуждающе громким. — Подумал, что эльфийские жрецы справятся сами?!

— Я… да…

— Почему ты не помог моему отцу?

— Кхм… ну, в общем-то, я не врач… да и… тут нет лекарств…

— Он спас твою жизнь! А ты отплатил ему…

— Стоп! — Артём покачал головой. — Когда именно он спас мою жизнь?

— Тогда… — Пермилия повернулась, её злобный взгляд был прищурен, она словно сверлила им парня. — Тогда, когда не убил тебя на дуэли!

По телу Артёма прошла волна напряжения. Воздух словно наэлектризовался, а слова орчихи были уколами тока, полными осуждения.

— Послушай, я бы не сказал, что это считается… — Рука Пермилии чуть выдвинула кинжал — едва заметно, но Артём это заметил. — …слушай, он был хорошим… кхм… орком, честным и славным… — Артём развёл руками, обводя округу взглядом, словно ища подсказки. — …справедливым в какой-то мере… но ещё… — Пермилия чуть наклонила голову и посмотрела на парня исподлобья. — Он был хорошим отцом. Он знал, что его ждёт больше, чем я или ты, и он не хотел, чтобы ты переживала всё то, что сейчас переживаешь. Он не хотел, чтобы ты видела его смерть. Терять близких — нелегко. Я вот своего отца даже не знал…

— В смысле? — Пермилия свела брови в непонимании. Её рука задвинула кинжал обратно в ножны. Артём ощутил, как по его телу прошла волна облегчения. — Твой отец — Юрий Гагарин…

— Кхм… ну, технически — да, но мама мало о нём рассказывала.

— Хочешь сказать, что Юрий бросил вас? — В глазах орчихи ярость начала сменяться то ли разочарованием, то ли жалостью. Понять было сложно.

— Слушай, я бы не хотел это обсуждать, — Артём вновь напрягся. Разговор заходил совсем не туда, куда он планировал. — Там всё было не так однозначно…

— А мне вот очень интересно, — строго сказала она.

— Слушай, скажу как есть: у меня не было отца. А у тебя он был. И мне сложно понять, каково это — потерять его. Но я сочувствую тебе и очень хотел бы поддержать. Когтеклык был…

— Каким?

— Он был настоящим отцом. Тем, которого у меня не было. И мне жаль, что всё получилось так, как получилось.

Взгляд Пермилии стал пустым. Отвернувшись, она смотрела в никуда, словно хотела что-то сказать, но не могла подобрать слов. Она лишь открыла рот, набрав в грудь как можно больше воздуха. Тяжело выдохнув, орчиха посмотрела на Артёма и сказала:

— Я хочу побыть одна. — Затем посмотрела за его спину. — …Пожалуйста, не преследуйте меня.

После этих слов она тут же развернулась и продолжила путь через поле.

Артём стёр пот со лба. Он даже не заметил, насколько сильно напрягся во время этого разговора. Обернувшись, он понял, что всего в десяти шагах позади стояли те самые эльфийские стражники. На копье одного из них виднелась кровь — это был тот самый, что убил эльфийку.

Прокашлявшись, Артём тяжело вздохнул.

— Как-то много смертей для этого утра, не находите, парни?

Какой-то неловкий смешок прошёл по группе солдат.

— Вас желает видеть княжна, — сказал один из них робко.

— Тогда мы не смеем её задерживать. Ведите меня к ней, — пожал плечами Артём.

Глава 2. Урок покорности

Двое стражников распахнули перед Артёмом высокие дубовые двери в тронный зал. Он уже бывал здесь однажды. Большой камин располагался прямо за явно недавно принесённым троном. Помещение было слишком тесным, чтобы называть его залом, но достаточно просторным, чтобы принимать здесь гостей. Пол украшен плиткой, стены завешаны цветастыми коврами, а арочные своды богато украшены резьбой по дереву. С двух сторон в зале находились огромные витражные окна, дающие много света.