Константин Подземельев – Пластмассовый мир 2 (страница 1)
Константин Подземельев
Пластмассовый мир 2
Глава 1. Народная любовь и эльфийские копья
Небо, затянутое плотной пеленой туч до самого горизонта. Меж полей и деревень, меж домов и холмов тянется одинокая сельская дорога, по которой одиноко катится телега. В ней в напряжённом молчании едут: очень старый эльф с мутными глазами, облачённый в тёмный балахон; огромный мускулистый зеленокожий орк в серой рубахе, рабочих штанах, лаптях и с мощным топором за спиной; молодая орчиха в схожем обличии — её можно назвать орком лишь за слегка торчащие клыки и зелёную кожу. А ещё — человек по имени Артём, в котором самое примечательное то, что он ничем таким не примечателен, но всё же он сильно выделяется на фоне этой пёстрой компании.
По злому стечению обстоятельств Артём оказался в центре событий, которые, подобно волнам на поверхности водной глади огромного озера, расходятся во все стороны. Но с каждым пройденным метром эти волны, вопреки всем законам физики, становятся всё больше, и участи тех, до кого они дойдут в виде огромных волн цунами, не позавидуешь.
Артём сидит, сгорбившись на краю телеги. Он повёрнут назад, но смотрит вниз. Его терзают десятки сомнений. За прошедшие пару дней пути он успел прокрутить в голове сотни разных вариантов развития дальнейших событий, но во всех этих вариантах его пессимистическое воображение рисовало, как быстро Артёма лишают головы, руки, ноги… В общем, целая вереница крайне депрессивных мыслей, которые, словно голос разума, кричали о том, что ничего хорошего парня в этом дремучем мире не ждёт.
Артём поднял взгляд и посмотрел на горизонт. Там, откуда они ехали, оставалась пещера, когда-то послужившая входом. Он повернулся и посмотрел вперёд, меж своих товарищей в телеге. Впереди уже виднелся шпиль башни крепости Эльвиры. Артёма тревожило, что сегодня ему предстоит вести с ней диалог, в котором ему нужно будет убедить её, что ему надо отправиться на другой конец планеты…
С другой стороны, в этот маленький поход, из которого он возвращался, она отпустила его очень быстро. Даже слишком быстро. На что она рассчитывала? Думала ли, что он получит новый артефакт? Может быть. В целом так оно и получилось, но толку от этих артефактов пока немного — их у Артёма вечно забирают сильные мира сего.
Артём перевёл взгляд на всадника — офицера Вектора. Тот выглядел крайне спокойно, ехал впереди, словно возглавляя их странное шествие. Этот эльф точно был отправлен вместе с Артёмом не просто так, и, скорее всего, он обо всём случившемся доложит Эльвире.
Взгляд Артёма стал подозрительным. Он не знал, как ему стоит вести себя дальше. Голос в телефоне велел доставить посылку, никаких сроков не было указано. Если путешествие затянется, может ли оказаться, что награду он не получит? Тень страха замерцала где-то внутри Артёма. Чувство было такое, словно его «поставили на счётчик» братки с района. Ничего приятного в этом не было. Одно Артём понимал точно — ему придётся начать активнее влиять на окружающих, чтобы добиться своих целей и, наконец, вернуться домой — туда, где самое страшное, что могло случиться, — это тихая смерть от скуки в тесной однушке панельного дома.
— Что это ещё такое? — послышался недовольный голос Вектора.
Артём чуть приподнялся в телеге, чтобы видеть, что там впереди. Они выехали на поле, с которого открывался вид на ворота крепости. Перед воротами, в некогда живописном поле, расположился стихийный лагерь. Огромная куча орков и эльфов разложили палатки, жгли костры, несли хворост. Если бы там среди прочих не было таких же крестьянских эльфов, Артём бы решил, что это орчий табор приехал в город. Но там вперемешку были и орки, и эльфы. Между ними ощущалась обособленность, но палатки стояли вразнобой.
Где-то сбоку от лагеря скопилось множество мускулистых орков, окружая груду аккуратно сложенных брёвен и хвороста. Артём узнал в них тех, с кем они недавно устраивали вылазку на эту самую крепость. Грок, сидящий рядом, чуть привстал и пристально вглядывался вдаль, пытаясь рассмотреть, что там происходит. Вдруг его взгляд стал напуганным на пару секунд, затем он вновь взял себя в руки и посмотрел на Пермилию. Она не смотрела вперёд, но, ощутив на себе взгляд, посмотрела на товарища.
Тот тут же перевёл взгляд на Артёма.
— Что случилось? — спросила Пермилия, тоже приподнимаясь, чтобы посмотреть вперёд.
Артём тоже попытался присмотреться к тому, на что так тщательно смотрел его спутник. Между массивных орков несли носилки с телом, обмотанным в простыни. Простыни были с обширными красными пятнами. Артём вспомнил, как Когтеклык просил забрать Пермилию, чтобы она не видела, как он умирает. На душе стало тоскливо. Получается, они возвращаются как раз к его похоронам…
— Это… — лицо Пермилии, наполненное сомнением, словно застекленело. — Это похороны?
Артём посмотрел на Грока, тот лишь кивнул парню и, тяжело вздохнув, снова посмотрел на орчиху. Кажется, она понимала, кого могли хоронить. Она тут же бросила быстрый взгляд сначала на Грока, потом на Артёма.
— Там наши ребята! — её голос был встревожен. — Что-то случилось?
Пермилия словно не хотела верить.
— Послушай… — начал было Грок.
— Нет! Я хочу к ним, хочу видеть, кого мы потеряли! — звучно заявила она.
Вектор, услышав голос орчихи, обернулся. Их процессия постепенно приближалась к импровизированному лагерю. Редкие орки и эльфы, что были на краю лагеря, задерживали взгляд на повозке, пытаясь разглядеть, кто в ней едет. С одним из таких эльфов Артём встретился взглядом и увидел, как лицо крестьянина округлилось в удивлении и радости, а рот открылся — он пытался что-то сказать, но, казалось, ему не хватало воздуха. Однако кто-то с другой стороны повозки оказался более решительным.
— Гагарин!
— Мессия!
— Сын!
Различные голоса начали раздаваться со всех сторон. Постепенно возгласы слились в лавину гула, которую низвергала на Артёма толпа, очень быстро образовавшаяся у самого входа в лагерь, где остановилась повозка.
— С дороги! — зло крикнул Вектор простолюдинам, мешавшим ему пройти. — Кто позволил?! Немедленно очистить дорогу! — Он с силой пнул какого-то бедолагу, вставшего на пути его лошади. — Открыть ворота! — заорал Вектор стражам, стоявшим на стене.
Толпа довольно быстро обступила повозку, словно кровяные тельца облепили вирус или вредоносную бактерию.
— Я к своим! — выкрикнула Пермилия.
— Подожди… — Артём только успел повернуться, но орчихи уже не было рядом. Она спрыгнула с повозки и, растворившись в толпе, начала пробираться к похоронной процессии.
Парень посмотрел на Грока. Тот пожал плечами и тоже начал слезать с телеги, стараясь никого не пришибить своей огромной тушей. Руки челяди, облепившей повозку, тянулись к Артёму. Люди скандировали его фамилию, его статус, его избранность… никто не называл его по имени. Повозка начала раскачиваться. Артём чуть не упал и опёрся на плечо Аврория.
— Люди очень любят тебя, Артём, — усмехнулся тот, окидывая толпу не видящим взглядом.
— Надеюсь, они меня не разорвут… — пробубнил Артём.
— Разве что от большой любви, — снова усмехнулся старик.
— Успокойтесь! — крикнул Артём, пытаясь устоять на ногах.
Толпа его не слушалась. Её гул заглушал его крик. Несколько десятков жаждущих лиц что-то молили, вопрошали, на их лицах была маска неистовой веры. Их голоса сливались в единый громогласный порыв, сбивающий с ног.
— Прекратите раскачивать повозку! — вновь воскликнул Артём. Он увидел, как Пермилия уже пробралась сквозь толпу и побежала к похоронному костру.
Телега вновь качнулась. Артём не удержался и начал падать, с трудом схватившись за бортик. Орки и люди, стоявшие рядом, тянули к нему руки, чтобы прикоснуться. Кто-то хватал его за одежду, кто-то за запястье, кто-то потянулся к его лицу. Артём в ужасе отдёрнулся назад, вновь оказавшись в середине повозки.
Ворота с грохотом открылись. Из крепости с щитами и копьями наперевес начали выходить солдаты. Они шли медленно, но с каждым шагом издавали воинственный клич. Артём не сразу понял, что это за звук пробивается сквозь общий гул и крик. Но спустя несколько секунд понял — это «У-ра! У-ра! У-ра!» — по одному слогу на каждый шаг.
Раздался истошный вопль. Толпа начала стихать.
Артём посмотрел в сторону солдат. Один из них только что проткнул женщину копьём. Она истошно кричала, пока солдаты продолжали идти вперёд, перешагивая её. Позади начинали двигаться новые ряды — вооружённые теми же копьями.
— Что же вы делаете? — в ужасе спросил Артём, открыв рот от удивления.
«У-ра! У-ра! У-ра!»
Ноги солдат уверенно ступают по грязи. Наконечники копий неумолимо двигаются вперёд-назад, угрожающе распугивая всех, кто оказался не с той стороны.
Вектор на своём коне начал медленно двигаться к солдатам. Те остановились и услужливо расступились, впуская офицера внутрь кольца из копий. Вектор остановился позади них и, повернувшись обратно к толпе, закричал:
— Я велел освободить проход! Вы либо подчинитесь, либо умрёте!
— Нет, ну это уже как-то совсем жёстко… — выкрикнул Артём. Но его, похоже, никто не слушал.
«У-ра! У-ра! У-ра!»
Солдаты продолжили медленно вышагивать в сторону толпы. Все те, кто недавно раскачивали телегу Артёма, уже поняли, что происходит, и, стихнув, начали тесниться в сторону от солдат. Один из эльфов в толпе увидел лежащую на земле эльфийку, истекающую кровью, и с жалостным криком рванул к ней: