Константин Нормаер – Механическая пустошь (страница 4)

– Будь ты проклят, пыльное отродье! Да чтоб гробовщик соорудил тебе тесную будку, мать твою! – промычал пленник.

– Чирикай-чирикай, говорун, – отмахнулся странник и заткнул его рот кляпом из куска влажного сатина.

Реакция последовала незамедлительно – пропитанная эфирным маслом ткань, явно пришлась Тени не по вкусу. Он принялся фыркать, хрипеть, ощущая приступ удушья.

– Так-то лучше, – согласился странник.

Монета уже закуталась в кокон из нитей, сверху пристроился кусок печали. И в этот самый миг рыцарь ощутил страшный удар: плечо в плечо, словно в него на всей скорости врезался мохнатый буйвол, – и был сбит с ног сбил с ног.

Когда странник поднялся с земли и встряхнул головой, пленника уже и след простыл. А на его месте, прикованный к стене, тихо постанывал незнакомый ему здоровяк, придерживая торчащие из живота внутренности. Тень использовал в качестве оружия заостренную дугу. Так сказать, усмирил буйный нрав одним движением.

6

Возле ворот творилось нечто невообразимое. Обезумевшие от страха поселенцы, карабкались на стены, рыли подкопы, царапали ржавые клепки. Каждый из них желал как можно быстрее покинуть захлебнувшийся в крови и смерти родной кров.

– Гони их отсюда! Быстрее! – сипел во все горло Клюк. Орать уже просто не мог.

Вот только его подчиненные были бессильны что-либо изменить. Толпа напирала, толпа давила. Еще чуть-чуть и внутренние засовы не выдержат сумасшедшего натиска.

Несколько стражей попытались выстроить нечто вроде заслона – но идея оказалась, прямо скажем, не очень. Это вчера жители Жаровни были добрыми друзьями, живущими под одной крышей и опаляемые одним солнцем. Теперь все изменилось. Их разбросала по разные стороны баррикад – одни пытались сохранить жизнь себе, вторые – всем остальным. Если бы не паника, они наверняка смогли бы найти общий язык, и хоть как-то договориться. Ведь лишившись защиты, те, кому посчастливиться выжить сегодня, завтра обязательно пожалеют об этом. Отсутствие стен – крах всему! Пустыня не станет терпеть горстку жалких неудачников. День, максимум два, а потом приползут те, кто совсем не прочь, на халяву, поживиться свежим мясом. И тогда уже не спасут ни крепкие двери, ни глубокие погреба.

– Терпи!

– Не могу, страсть как напирают!

– Клич подмогу с противоположной стороны!

Беззвучные от крика голоса, вскоре окончательно увязли в нарастающем гуле. Толпа ухнула, подалась вперед и ворота раскрылись.

– Стойте!

– Куда вы, глупцы?! Ничего у нас не выйдет, – махнул беглецам вслед Клюк.

– Я его поймал! Поймал! Клянусь Вангом-провидцем! – глухой бас заставил застывшую у ворот горстку стражей обернуться.

Местный следопыт по кличке Герг-Торопыга приближался к ним, залихватски постукивая новыми сапогами. И шел он не один – с добычей. Его крепкая рука держала стоптанный ботинок, а тело скользило по песку.

– Вы только гляньте! Это ж, шакалье вымя, сам душегуб!

Остановившись, Герг ослабил хватку и смачно высморкался прямо на человека. Тот лишь застонал, но глаза так и не открыл. Видимо, следопыт здорово оглушил его своим могучим кулачищем.

– Ты где его сцапал? – поинтересовался Клюк.

– Как где? – удивился Герг. – Прямо возле кривого амбара. Сбежать пытался, сучий потрох!

– Крепко ты его! – подметили остальные стражи.

– А это шоб неповадно было, – пояснил следопыт. – А то глянь, чего в городе учинил!

– Да, это уж точно, – согласились все присутствующие.

– Чего только с ним делать теперь? – задумался Клюк. – Ума не приложу.

– Как чего? – удивился Герг. – Народ собрать, да четвертовать. И так уж дел натворил!

– Верно мыслишь, – согласился один из стражей. Тощий и высокорослый, словно местные кактусы-фыркуны, Герг приблизился к пленнику, нагнулся, чтобы получше рассмотреть его заплывшую от синяка физиономию, и…

Кровавый фонтан брызнул из шеи стража, а следом заостренная дуга впилась уже в ногу распорядителя. Тот взвыл от боли. На лице пленника возникла хищная улыбка. Он размахнулся снова, но стражу повезло: не устояв на месте, тот повалился на землю и пополз в сторону уже несуществующих ворот.

Здесь он и столкнулся с путником.

Оглушительный выстрел прозвучал хлестко, словно плеть. Странник убрал револьвер в кобуру и зло выругался – этой гребанной твари опять удалось ускользнуть!

Приблизившись к телам погибших, странник извлек стальную дугу из тела следопыта. Грузное тело медленно осело и повалилось на огромные ржавые весы. Клюк следил за происходящим с немым оцепенением.

– Я, кажется, задолжал тебе порцию влаги? – уточнил путник.

Распорядитель нервно хихикнул, а потом быстро закивал.

– Держи, не расплескай! – Странник швырнул Клюку пузатый бурдюк, который забрал у мертвеца. – Мой отец учил: оставлять долг великий грех… Ну так как, в расчете?

Ответом было невнятное блеянье. Но его вполне можно было расценить как согласие. Так странник и поступил.

Поправив дорожный плащ и шляпу, он устремился в самое сердце Колючей пустыни, куда вел след беглеца.

Марево за его спиной становилось все ярче и вскоре застило собой все вокруг, даже звезды. А вскоре, на песке возникла длинная, кривая тень бредущего по пескам человека. Именно она долгие годы и была его путеводной стрелой, уводившей рыцаря все дальше от дома, в дикие земли Изначального мира.

Глава 2

Мельница каменотеса

1

Это странное сооружение – с большим водяным колесом и остроконечной крышей, где примостился ржавый флигель, торчало посреди белых песков, как бельмо на глазу. Деревянный круг давным-давно врос в землю, фундамент заметно просел, а место для окон было заложено серым булыжником – камнем из которого местные жители мастерили разве что хлев, либо хранилища.

Странник остановился на пригорке и долго рассматривал мельницу пытаясь отыскать в ней как можно больше изъянов. Раньше, когда мир был вполне нормален и прост, ему частенько доводилось видеть водяные мельницы, как две капли воды похожие на эту. Возле таких мест нередко крутилась ребятня да неторопливые грузчики. Здесь находилось место для всех. Дети плескались у колеса, работники таскали мешки к повозкам, которые гусеницей обвивали подъездной путь. Одно следовало из другого, подчиняясь привычным правилам человеческого бытия. Но так было раньше. А теперь, когда мир окончательно слетел с петель, все изменилось до неузнаваемости. Каменный желоб, по которому раньше текла вода и приводила в действие огромный механизм, сейчас был заполнен мелкой крошкой. На первый взгляд ничего удивительного, сушь привела все в запустение: тропа давно поросла пустырником, после чего песок, повинуясь ветру, подчистил все следы. Так что заброшенное место вряд ли могло таить все какую-нибудь опасность.

Такая мысль могла прийти в голову кому угодно, но только не страннику. Учитель не зря научил его выжидать.

– Очертя голову ринуться на амбразуры ты всегда успеешь, – говаривал старый Берг. – Гораздо тяжелее немного повременить, осмотреться, так сказать: уловить такт. Почувствовать чем дышит мир. Поверь, научившись этому, ты станешь практически не победим. Просто почувствуй ритм.

Устроившись на краю выступа, странник сложил руки на коленях и принялся наблюдать. Конечно, он мог поступить иначе. Выбить дверь, ворваться внутрь и вытрясти из мельника его хрупкую душу пока тот не даст ему нужную информацию. Но уроки вераго [6] еще никогда не подводили его, спасая от собственной же глупости. Поэтому, заснув свое нетерпение куда подальше, странник решил хорошенько изучить близлежащие окрестности и сам дом. Зевнув, он слегка прищурился и мысленно принялся считать. Сначала расстояние до мельницы – прикинул приблизительное расположение зала и коморки мельника. А затем перешел к количеству ступеней на крыльце и повозок, что были небрежно свалены в кучу, слева от водяного круга.

2

Примерно через час, когда солнце принялось клониться к закату, наблюдение принесло первые плоды. Южный ветер сорванцом ворвался в долину и взбаламутил все вокруг. Подхватив крохотный песчаник, он потащил его в сторону водяного колеса, словно речной поток. Камешки, по привычки, запрыгнули на лопасти, приведя в движение деревянный механизм. Протяжный скрип возвестил о возобновление работы. Ход был медленным, но через какое-то время заметно ускорился. Мельничные жернова принялись молоть острые камни с двойным усилием.

Странник напрягся, встал на ноги. В голове крутилась добрая сотня всевозможных мыслей. Большинство из них абсолютно бесполезные. Но если хорошо покапать и собрать все воедино, картина вырисовалась вполне понятная.

– Мельница рабочая – этот факт нельзя было оспорить, это раз, – буркнул себе под нос странник. – Следы человека без тени привели меня именно сюда, это два. И выбор этой остановки, явно не случаен, это три. Если бы он хотел, повернул на запад к Сухим холмам или попытался запутать следы на территории Болотной коалиции. Но нет, он выбрал именно эту каменоломню. Значит, его здесь ждут, четыре и пять. А значит, и мое появление здесь не станет новостью… – Странник хотел добавить еще что-то, но посчитал все остальные выводы своевременными.

Добавив в барабан еще пару патронов, он принялся медленно спускаться с холма навстречу водяной мельнице, которая сейчас больше всего напоминала старого, готовящегося к чужой смерти гробовщика. Требовательный стук в дверь не вызвал никакого переполоха. Внутри было тихо, словно в погребе. Рука путника нащупала в патронаже крохотную мензурку с деревянной пробкой. Правда, внутри оказалась не жидкость, а трава. Слегка поразмыслив, стоит ли тратить сухой жан без реальной необходимости, странник решил, что лишняя предосторожность все же не повредит.