Константин Нивх – Подкидыш (страница 41)

— Атрана. Если по прямой, то до неё 2240 километров. Основные торговые пути с западным побережьем находятся южнее и там расстояние менее двух тысяч. Думаю, целесообразнее проложить маршрут нашего полёта, минуя эти пути.

— Согласен. А сколько по времени займёт перелёт?

— Учитывая ограничение скорости полёта в 500 км/ч и достаточно серьёзный технический износ самого курьера, скорость выше 400 км/ч считаю малооправданной, так что рассчитывай на 5–6 часов полёта.

Решил осмотреться в кабине — ничего лишнего и интересного. Впереди два места — пилота и пассажира, позади небольшой багажный отсек. Рядом с панелью управления обнаружился универсальный зарядный разъём. Достал батарею из станнера — разъём подошёл идеально.

— "Входящее сообщение на ИскИн курьера. Принять или отклонить?" — поступило сообщение от Флоры.

— "А что там"?

— "Местные фразеологические обороты, перемешанные с угрозами и проклятиями, как в твой адрес, так и всей родне вплоть до третьего колена".

— "Ну и зачем их радовать? Отключай связь".

— "Принято. Осуществлена попытка перехвата управлением флайера".

— "Для нас это опасно"?

— "Не волнуйся, атака на уровне дилетантов. Всё под контролем".

Начало светать. Монотонное однообразие расстилающихся под нами лесных массивов и нахлынувшая усталость подействовали расслабляюще и вскоре я, незаметно для себя, заснул.

— "ВНИМАНИЕ! ОПАСНОСТЬ!" — внезапно, перед глазами, появилось сообщение от нейрокома.

— "Неконтролируемое снижение мощности силовой установки! Экстренная посадка!" — отрапортовала Флора.

Едва успев зафиксировать себя в кресле пилота и выхватить из зарядки батарею от станнера, мы грохнулись. Срезав крону какого-то громадного дерева, курьер со всего маха врезался по касательной в ствол соседнего гиганта — носовая часть вся всмятку, меня конкретно приложило о фонарь кабины. Флайер перевернуло, и он ещё раз приложился о попавшийся ствол, фонарь вырвало с корнем, а меня выкинуло из кабины. Спас меня густой подлесок — невысокие деревья погасили мою скорость, а разросшиеся кусты не дали разбиться при падении. Впрочем, к этому моменту мне было уже всё равно — я был без сознания.

— Клим, очнись! — верещала Флора. — Клим, тебе срочно надо отыскать аптечку!

Сознание с трудом возвращалось. Море боли! Несколько рёбер точно переломано, левая рука опухла и не шевелится. С трудом открыл спёкшиеся от засохшей крови глаза. Лежу на спине в каких-то поломанных кустах. Пытаюсь нащупать в нагрудном кармане накопитель с лечебной энергией. Со второй попытки это удаётся. Прокачиваюсь. После третьей прокачки отпустило — стало легче дышать, и исчезли разноцветные звёздочки перед глазами.

— Что случилось, Флора?

— Похоже, мы задели край аномальной зоны. Всё оборудование, включая и ИскИн флайера, отключились.

— А ты как?

— Я под защитой твоей ауры.

— Где мы?

— Километров пятьсот до столицы. Немного не дотянули. Тебе надо найти аптечку, — напомнила она.

Останки курьера виднелись метрах в пятидесяти от меня. Кое-как поднявшись, с трудом доковылял до флайера. М-да… жалкое зрелище. Как ни странно рюкзак нашёлся быстро. Передние сиденья сохранились, и если на моём месте аварийная система фиксации была вырвана, то на соседнем кресле она надёжно зафиксировала рюкзак. Особого труда достать его не составило, хотя курьер лежал в неестественном для него положении — боком. Отойдя немного в сторону, устроился у небольшого деревца и достал аптечку. Штатно отработав, аптечка отключилась, а вслед за ней и я.

Очнулся под вечер. Состояние гораздо лучше. Опухоль на руке спала, боль в районе рёбер прошла. Зверски хотелось есть. В рюкзаке отыскались сухпайки. За раз умял два пайка. Надо искать воду — весь в крови, одежда разорвана в клочья. Флора посоветовала заглянуть в лощину, что виднелась в метрах ста от нас. Перед уходом решил осмотреть кусты, в которые упал. И не зря — нашлась батарея от станнера. Видно я до последнего держал её в руке, пока не потерял сознание.

Уже перед самым заходом солнца нашёлся небольшой ручей. Решил остановиться здесь на ночёвку. Насобирал дров, организовал небольшой костёр, поставил кипятиться воду в котелке из походного набора, отправился к ручью. Всю одежду пришлось выбрасывать и после, того как отмылся, достал свой комбез. Уже через полчаса я сидел у костра и пил свежезаваренный взвар.

— Клим, у нас гости, — сообщила Флора. — Трое разумных.

Глава 19

"Шама́нство — ранняя форма религии, в основании которой лежит вера в общение шамана с ду́хами в состоянии транса ("камлание"). Шаманизм связан с магией, фетишизмом и тотемизмом. Шаман является избранником духов. Это означает, что шаманами становятся не по своей воле, не вследствие обучения, а по воле духа, вселяющегося в шамана. Шаманизм опирается в первую очередь на индивидуальный опыт, который почти не накапливается в виде книг и канонов. Критерием истинности всегда являются индивидуальные экстатические переживания конкретного шамана. Шаман, как правило, не может полностью контролировать духа, который в него вселяется или с которым он общается, он служит скорее посредником при общении с духами, а иногда следует воле духов. Для вызова духа или общения с ним используются ритуалы камлания, когда шаман входит в транс или испытывает трансперсональные состояния. Во многих регионах для камлания используется бубен или варган, определённые танцы и заклинания. Шаманы воспринимают мир как взаимодействие духов, и в этом мире большое значение играют всевозможные ритуалы — инициации, подношения духам, борьбы с духами и т. п.".

Материалы из Всемирной глобальной сети.

Метрах в пятнадцати от меня из зарослей кустарника вышло трое незнакомцев. На всех кожаные штаны, на голом теле накинуты куртки-безрукавки из плотной кожи, обувь тоже кожаная, похожая на мокасины. Ни дать, ни взять — местные команчи. И красноватый цвет кожи соответствовал. У самого представительного из них волосы на голове были завиты в косички. Все трое держали в руках дротики, длиной чуть больше метра, на поясах висели ножи, а за спинами виднелись луки и саадаки.

— "Они специально нас обошли, — сообщила Флора, — чтобы не заходить со спины".

— Мир тебе, путник, — заговорил самый старший, с заметным акцентом. — Мы видели твоё падение и поспешили сюда. Не нужна ли тебе наша помощь?

Я встал и подошёл к ним поближе. Прижав правую руку к сердцу и обозначил поклон:

— И вам мир. Спасибо за предложенную помощь. Прошу вас, — пригласил я их к костру.

Пришлось срочно доставать котелок побольше и сбегать за водой к ручью. Местные "индейцы" молча наблюдали за моими метаниями и только, когда я подсел к костру старший продолжил:

— Меня зовут Ивхо, а это мои сыновья — Ивкэ и Ивша. Мы охотники рода Кэлгу, — представился он.

— Клим, путник — немного охотник, немного лекарь, — представился я.

Ивхо заинтересовано взглянул на меня. Ё-моё, опять, что-то не то ляпнул. Ну, да ладно, разберёмся… По законам гостеприимства мне бы следовало накормить гостей, но ничего, кроме сухпайков я им предложить не мог. Впрочем, они не отказались и даже с интересом попробовали содержимое. Я же без особого стеснения налегал на образцы местной кулинарии, предложенные мне "индейцами". К тому времени как мы допивали взвар, заметно стемнело.

— В дне пути отсюда находится наше стойбище, — наблюдая за сыновьями, которые собрав грязную посуду, отправились к ручью, продолжил Ивхо. — Я приглашаю тебя в качестве гостя.

— А в какой стороне ваше стойбище?

Ивхо махнул рукой немного южнее нужного мне направления. Ну, ничего, всё веселее, да и про дорогу у местных узнать нужно.

— Я принимаю ваше приглашение, — кивнул я головой.

— Что привело тебя в наши края, путник, — поинтересовался он.

— Несчастный случай, — усмехнулся я. — Разбитый флайер видел?

Ивхо кивнул.

— Кажется, я залетел в аномальную зону.

— Да, в километрах пяти-шести отсюда начинается плохое место.

Ого! Сколько я ещё пролетел, пока ИскИн флайера не отказал окончательно.

— Здесь не опасно? — поинтересовался я.

— Нет, зверьё почти не выходит из проклятых земель — ему здесь плохо.

Немного погодя вернулись сыновья Ивхо.

— Ну что, будем устраиваться на ночлег? — предложил я.

— Да, выходим рано утром.

Перед сном распределили дежурства — в лесу без этого никак. Перед рассветом меня разбудил Ивша. Не вставая, прокачался из накопителя. Кстати, эту же процедуру я проделал и перед сном. Аптечка, конечно, помогла здорово, но не на все 100 процентов — там побаливало, здесь тянуло и ныло. Сейчас же самочувствие было почти отличным. Всё не могу привыкнуть к повышенной регенерации своего организма и укреплению костной и мышечной тканей. В прошлой жизни я наверняка ещё не смог бы ходить, при таких повреждениях.

Стараясь особо не шуметь, размялся, немного отойдя от костра. Тренировался с наградной шашкой. М-да… насобиралась у меня коллекция — катана, шашка, мачете. Почти родственники, хотя катана, всё же ближе к мечу, а вот шашка и мачете точно — прямые родственники. Судя по всему, наградная шашка отличалась от боевой, только посеребрёнными ножнами, да рукояткой с вензелем императорского двора. Последние каты я выполнял уже под первыми лучами солнца и внимательным наблюдением трёх пар глаз.

После быстрого перекуса мы направились к стойбищу Ивхо. По пути выяснилось, что их троица была в дальнем рейде. Стойбище только недавно перебралось на новое место, и надо было определиться как с полезными растениями, так и охотой на данной территории. Стойбище у них небольшое — не будет и сотни, включая стариков и детей. На прошлом месте подвела кормовая база — зверьё куда-то ушло и есть стало нечего. С имперцами сталкиваются редко, в основном весной и осенью, когда совместно с другими стойбищами отправляют торговые обозы в ближайший охотничий городок. Особого пиетета к имперским охотникам нет. Бывали случаи, когда те пытались похищать женщин, но, как правило, до своих городков они не доходили. Не смотря на то, что охотники были вооружены более современным оружием, это им особо не помогало — в лесу они были чужими, а аборигены дома. Вот таким образом у них установилось какое-то подобие вооружённого нейтралитета.