Константин Лузянин – Любовь по контракту (страница 3)

Она переворачивалась с боку на бок, сбрасывала одеяло, снова натягивала его до подбородка. Пыталась думать о чём-то другом. О работе. О деньгах. О том, что завтра нужно купить хлеб. О том, что на счету 3400 рублей, а до зарплаты – если она вообще будет – ещё две недели.

Но мысли возвращались к нему.

Она вспоминала его голос. Низкий, с хрипотцой. Словно он не спал несколько ночей. Словно носил в себе что-то тяжёлое. Она вспоминала его пальцы, длинные, ухоженные, перебирающие ручки в стакане. Она представляла, как эти пальцы могли бы…

Она села, чувствуя, как кровь приливает к щекам.

– Прекрати, – прошептала она. – Ты ничего о нём не знаешь.

Но она знала.

Она знала, что у него есть тайна. Она знала, что он одинок. Она знала, что он смотрел на неё так, будто искал что-то, что она сама в себе не знала.

Она встала, подошла к окну, прижалась лбом к холодному стеклу. За окном горели огни. Где-то там, далеко, в центре города, светилось окно его офиса. Она не могла его видеть, но знала, что оно есть. И что, возможно, он всё ещё там. Один. В темноте.

«Что ты делаешь со мной?» – мысленно спросила она. И тут же испугалась, что он может услышать.

Она отошла от окна, легла, накрылась одеялом с головой, зажмурилась. И в темноте снова увидела его лицо. Серые глаза. Тень на скулах. Руки, которые так хотели кого-то касаться.

«Вы выйдете за меня замуж».

Она вынырнула из-под одеяла, села, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

– Да, – сказала она в пустоту.

Слово вырвалось само. Непрошеным, неожиданным, но таким правильным.

Она замерла, прислушиваясь к себе. Тишина. Только сердце стучит. Только кровь шумит в ушах. Только где-то глубоко внутри разливается тепло, которое она не чувствовала уже очень, очень давно.

Она снова легла, но не закрывала глаз. Смотрела в потолок и думала.

Она думала о том, что у неё нет ничего. Ни денег, ни перспектив, ни человека, который бы сказал ей, что всё будет хорошо. Она думала о том, что эта работа – её последний шанс. А вместе с ней – он. Его предложение. Его условия. Его мир, который был так далёк от её мира.

«Я не его круга, – подумала она. – Я не смогу. Я испугаюсь. Я сломаюсь».

Но где-то внутри, глубоко, под слоем страха и неуверенности, прорастало что-то тёплое, настойчивое, непобедимое.

Она вспомнила, как он смотрел на неё. Как уголок его рта дрогнул, когда она спросила: «И?». Как он сказал: «Вы не похожи на других».

«Я не похожа на других».

Она повторила эти слова про себя несколько раз, и с каждым разом они становились всё более реальными.

К утру она приняла решение.

Она не спала всю ночь. Когда первые лучи солнца пробились сквозь занавески, она уже стояла у окна, готовая. Не было страха. Не было сомнений. Была только одна мысль, которая перекрывала всё: «Если я сейчас отступлю, то больше никогда не решусь».

Она оделась. Та же юбка. Та же блузка. Та же туфли, которые жали, но делали её выше. Перед выходом она посмотрела на себя в зеркало. Бледная, под глазами круги, но глаза… глаза горели. Она не видела в них себя. Она видела ту, которая не боится.

Она вышла из дома. Город только просыпался. Было свежо, и воздух пах свободой. Она шла не спеша, но каждый шаг приближал её к чему-то новому. К чему-то неизведанному. К чему-то, что могло разрушить её жизнь или сделать её совсем другой.

В холле офиса было пусто. Та же девушка за стойкой, та же неестественная улыбка. Но сейчас Алина смотрела на неё и чувствовала себя выше. Не за счёт туфель. За счёт того, что она знала что-то, чего не знала эта девушка.

– Я к Денису Артамонову, – сказала она, и голос прозвучал ровно, спокойно. – У нас назначено.

Девушка улыбнулась, что-то нажала на телефоне, и через мгновение Алина уже шла по коридору. К третьей двери справа.

Она постучала. Сразу, не медля.

– Войдите.

Его голос. Тот же. Низкий, спокойный. И уже знакомый.

Она толкнула дверь и вошла.

Он сидел за столом, но не работал. Смотрел на неё. Ждал.

Алина подошла к стулу, на котором сидела вчера, но не села. Опустила портфолио на пол. Выпрямилась. Посмотрела ему в глаза. Серые. Холодные. Но под этим холодом – что-то, что она уже научилась видеть.

– Я согласна, – сказала она.

Тишина.

Он не двигался. Не говорил. Только смотрел. А она стояла и чувствовала, как её сердце бьётся где-то у самого горла, но голос не дрожал.

– Я согласна на ваш… на ваш брак. Фиктивный. На один год.

Он медленно поднялся из-за стола. Сделал шаг к ней. Ещё один. Она чувствовала его запах – свежий, горьковатый, как кофе и хвойный лес. Она чувствовала тепло, которое исходило от его тела, и ей казалось, что воздух вокруг становится плотнее.

Он остановился в шаге от неё. Опустил голову, глядя ей прямо в глаза.

– Вы уверены? – спросил он. – Подумали?

Она не отвела взгляда.

– Я не спала всю ночь, – сказала она. – Думала о вашем предложении. О вас. О том, что я ничего о вас не знаю. О том, что это безумие. О том, что это может быть ошибкой.

Она замолчала, чувствуя, как её голос начинает дрожать. Но он не дрогнул.

– Но я решила, – продолжила она. – Я скажу «да» этому безумию. Потому что… потому что я хочу. Хочу узнать, что будет дальше. Хочу узнать, почему вы выбрали именно меня. Хочу узнать вас.

Она замолчала, не веря, что сказала это вслух. Не веря, что смотрит ему в глаза и не отводит взгляд.

Он смотрел на неё долго. Так долго, что ей показалось – время остановилось. И в этой тишине она слышала только своё сердце. И, кажется, его.

– Хорошо, – сказал он.

И улыбнулся. Впервые за всё время. Не холодно, не дежурно. А так, будто она сказала ему что-то важное. Будто она сделала его чуточку счастливее.

Алина замерла, чувствуя, как в груди разливаетсяпло. Такое же, как вчера, когда она смотрела на него у окна.

– Тогда приступим, – сказал он, протягивая ей руку.

Она смотрела на его ладонь. Широкая, сильная, с длинными пальцами. Она протянула свою, и её пальцы коснулись его.

Кожа была горячей. Такой горячей, что у неё перехватило дыхание.

Он сжал её руку. Легко, почти невесомо, но она чувствовала каждое его прикосновение. Каждый миллиметр.

– Добро пожаловать в мою жизнь, Алина, – сказал он.

И она поняла, что её жизнь только начинается.

ГЛАВА 3.

Машина остановилась у высоких кованых ворот. Алина смотрела на них, не в силах пошевелиться. Они были чёрными, тяжёлыми, с какими-то завитками, которые в вечернем свете казались то ли цветами, то ли чьими-то силуэтами. Она не знала, как это назвать. Она вообще мало что знала о его мире.

– Мы приехали, – сказал он.

Голос был спокойным, будничным, как будто он привёз её не в свой дом, а на обычное собеседование. Но его пальцы, лежащие на руле, чуть заметно сжались. Она заметила. Она замечала всё.

Он вышел из машины, обошёл её, открыл дверь. Алина не двинулась. Смотрела на него снизу вверх, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

– Боитесь? – спросил он.

– Нет, – соврала она.

Он усмехнулся. Она впервые слышала его смех – тихий, почти неслышный, но от него у неё перехватило дыхание. Он протянул руку, и она, не думая, вложила свою в его ладонь. Пальцы обожгло жаром. Он помог ей выйти, но не отпустил. Стоял рядом, смотрел на ворота, и она чувствовала его дыхание где-то у своего виска.