Константин Лесницкий – Сердце в огне (страница 25)
Юрий кое-как выбрался из хаоса, уже без стеснения распихивая народ ногами. Куча-мала выплюнула его с другой стороны улицы. Тут прилавки и кончались.
Музыка. Парни в гриме прыгали, орали и играли на инструментах. Молодёжь танцевала и пила свинскими объёмами – водку, как Юрий уже выяснил, тут вполне себе изобрели. Среди празднества была кучка детей, в центре которой на пеньке, широко расставив ноги, баял актёр в колпаке:
– Во-от, а от Великана пошли могучие мощи, так их называют, – раскинул руки он, а потом неожиданно обратился к девочкам, чуть выше ростом пацанов: – А вы знали, что самая знаменитая и сильная из мощей – девочка?
– Женщина! – исправила младшая.
Парень пьяно ухмыльнулся, водя пальцем.
– Нет-нет-нет. На самом деле у мощей не бывает пола, они же мощи. Так что ни твоё, ни моё! Ха-ха-ха!
В городе стояла страшная духота, и чем меньше становилось людей, тем было легче Юрию дышать. Он сам не заметил, как приблизился к нависающему над крышами собору – впереди уже виднелось лезвие его тени, отрезающей улицу, но перед тем, как дойти до туда, надо было пересечь городскую площадь. Там вновь толпа, окружившая эшафот.
Юрий слился с зеваками. На эшафоте охранники держали троих приговорённых. Сбоку палач в чёрном колпаке, а рядом какой-то старик с надменной рожей и блестящей плешью, облачённый в ослепительно-красную инквизиторскую рясу. Преступники – какой-то коротышка, девушка с позеленевшим лицом, едва стоящая на ногах, и мужик с бандитской мордой. Кто-то радостно махал ему из толпы, наверное, друзья. Он кивал, улыбаясь.
Народ шумел, пока красный старик не шепнул солдату.
– Молчать! – прогремел тот. – Тишины на площади!
Люди притихли. Тут были и мужики, и женщины. Все ростом небольшие, Юрий самый высокий. Он вытянул шею. В первом ряду с раскрытыми ртами стояли детишки.
Стражник откашлялся. Развернул свиток. С очень сосредоточенным видом он пялился на него аж пару минут. В толпе опять начались разговоры. Наконец, стражник сунул старику свиток с расстроенным видом, сдавшись. Тот вышел вперёд.
– Именем бургомистра и святого Сердца, объявляю.
Откашлялся. Молчит. Палач переглянулся с солдатами.
– Гео… Ге-орг. Шер… Ше… Шер-пф, – он с трудом по слогам прочитал имя. – Об-ви-ня-ет-ся. В. Со-до… Са-да… Чтоб его через дыбу!
Он раздражённо скомкал документ.
– Внимайте! Этот мужчина обвиняется в непотребном грехе с четырьмя коровами, двумя телятами и овцой. Приговорён к повешению, коров сжечь вместе с ним, остальных животных под опеку забирает бургомистр!
Толпа засвистела. Кто-то заржал.
– Тишины на площади!
Старикан пошёл к следующей. Зелёная девица.
– Эта горожанка, если мне не изменяет память, отравила свекровь, для отвода глаз сама съела три ложки отравленной каши, – в подтверждение его словам девушка закатила глаза и чуть не упала, но стражник успел поднять за шиворот. – Приговаривается к повешению!
Толпа зашумела. Старик подошёл к бандиту. Настоящий зэк, форменный разбойник. На обоих щеках и на лбу клейма.
– Этот преступник обвиняется в ограблении представителя власти в дороге! Злостный нарушитель порядка, это, как можете видеть, далеко не первое его преступление! Приговаривается к повешению!
Было видно, что старик под конец уже спешит. Казнь вот-вот бы началась, как вдруг в толпе раздался визг. Одна горожанка неожиданно взбежала по ступенькам и бросилась на шею разбойнику прямо на эшафоте. Она обнимала и целовала его в щетину.
– Ивона?! – изумился он. – Ты чё ко мне прилипла, а ну отвали!
– Что происходит, кто вы? Вы знаете этого человека?
Она упала на колени и подползла к старику в красном, вся в слезах.
– Уважаемый господин священник, я с ужасом опознала в этом человеке… своего мужа!
Толпа ахнула.
– Простите меня за мою выходку, я… я сейчас же убегу, только меня не трогайте, я ничего, в конце концов, не сделала! Простите…
– Тогда убирайтесь к великанской матери с эшафота, вы срываете публичную казнь! К чему это вообще было? Чтоб земля с небом перепутались!
Уже убегая, она напоследок обняла мужа, тот улыбался, кивая кому-то через её плечо. Если б не был связан, наверное, и ручкой бы помахал. На лестнице женщина развернулась.
– Господин священник, а не могли бы вы повторить, за что осуждён этот прохвост?
– За ограбление чиновника!
– Ах! – она приложила запястье ко лбу. – А я же даже не знала, что мой муж пойман, и что он такой достойный и честный человек! Господи, святое Сердце!
Толпа взорвалась свистом и хохотом, разбойник во всю светил зубами. Старик покраснел в цвет собственной робы.
– Ах вы… недостойные! Я бы на вашем месте после такого купил индульгенцию. Для сквернословов, за непристойное употребление имени Сердца, – пояснил он, чтобы при покупке не ошиблась. Наверное, стоимость была разная за разные грехи. – И ещё, если кто не в курсе, хоть хлеба и сгорели, праздник урожая всё равно будет, и цена на индульгенции временно снизится! Казнить.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.